Глава 36.0

— Если вы, мисс Лерайе, вступили в эти отношения, зная обо всем, то у вас… — Лексион усмехнулся и закончил: — …определенно, дурной вкус.

— Ч-что вы здесь делаете?.. — Каллиан выдавил из себя нелепое бормотание.

Впрочем, не он один. Казалось, каждый в этом зале задавался тем же вопросом. Тем более что Лексион Розенвестер был известен тем, что практически никогда не посещал светские собрания.

— Я так и думал, что вы это скажете. Что все это лишь пустые слухи, не подкрепленные доказательствами.

— О чем… о чем вы говорите?..

— Сможете ли вы повторить эти слова, глядя на этого человека?

Лексион подал знак, и у входа в зал появилась пожилая горничная с мертвенно-бледным лицом. Каллиан знал ее слишком хорошо. Это была та самая няня, что присматривала за Бени и помогала Лерайе на вилле.

— Ну же, скажи еще раз, что все это лишь домыслы. Я могу доказать это сколько угодно раз.

Кончики пальцев Каллиана мелко задрожали. В отличие от того момента, когда он грубо хватал Сериниэль за плечо, сейчас он не мог пошевелиться и лишь завороженно смотрел на Лексиона.

— Почему… — только и мог он бессвязно повторять. — Зачем вы… заходите так далеко?..

Вместо ответа Лексион окинул виконта взглядом, полным омерзения. Затем он перевел взор на Сериниэль и произнес:

— Разве ты не договорила? Продолжай. Похоже, теперь все присутствующие идеально подготовились к тому, чтобы тебя выслушать.

Слова Лексиона были чистой правдой. Взоры гостей по-прежнему были прикованы к Сериниэль. Лерайе и Веллес тоже застыли в ожидании.

— Я закрывала глаза на измену виконта Каллиана лишь из-за моей дружбы с мисс Лерайе и привязанности к ним обоим, — медленно начала она. — Но они продолжали обманывать меня до самого конца, пока в итоге моя жизнь не оказалась под угрозой. И доказательства этого у меня в руках.

В тот же миг лицо Лерайе исказилось от ужаса.

[Я с трудом чай достала. Он не подействует сразу, если принимать день или два, но чем больше яда накапливается в организме, тем сильнее становится эффект...]

Она… знала об этом?

— Поэтому я решила поставить точку в нашем браке с виконтом Каллианом. И, как я уже упоминала, это решение было согласовано с ним самим.

— Се… Сериниэль…

— Я могла бы раздуть скандал до немыслимых масштабов, но не стала этого делать — это была моя последняя милость. Как и разрешение присутствовать на сегодняшнем празднике.

На лицах дам, слушавших хозяйку вечера, отразились жалость и сострадание. По залу поплыл едва слышный шепот: «Боже, какое благородство».

Сериниэль прекрасно знала, как вести себя в подобной ситуации. Вызвать ненависть легко, но вызвать сочувствие — еще проще. А когда жертва и виновник стоят на противоположных полюсах, чувство неприязни к последнему становится только сильнее. Займи она жесткую позицию, кто-нибудь обязательно бы шепнул: «А не слишком ли она сурова? Может, Каллиан и изменил ей потому, что у виконтессы такой тяжелый нрав?». Но Сериниэль намеревалась лишь подчеркнуть тот факт, что она — пострадавшая сторона, предоставив любителям посудачить возможность делать выводы самим. И, судя по всему, ей это удалось.

— Какой бесстыдный человек… Как он посмел сотворить такое?

— А эта простолюдинка? Какова наглость!

Гневные взгляды гостей обратились на Каллиана и Лерайе.

Лицо Веллеса, наблюдавшего за происходящим, стало еще мрачнее. Развод сам по себе его не пугал — возможно, для него это был даже более выгодный расклад. Но почему… почему здесь появился этот человек? Тревога заполнила взгляд графа, прикованный к Лексиону.

— Но что же тогда будет с горнодобывающим делом? Ведь виконт Каллиан управлял проектом… — раздался чей-то голос.

Все знали, что хотя их имена стояли рядом, единоличной владелицей рудника была Сериниэль. К тому же в дело вкладывались не только инвесторы, приведенные Веллесом. Хотя их было большинство, несколько аристократов также внесли свои средства.

— Если инвесторы, обеспокоенные спором о праве собственности на рудник и предприятие, пожелают вернуть свои вклады, я предоставлю им такую возможность, — спокойно произнес Лексион. — Отныне семья Розенвестеров возьмет на себя все финансирование, включая любые новые инвестиции. Так что об этом можете не беспокоиться.

При этих словах Сериниэль вздрогнула. Она слышала об этом впервые. Ее взгляд непроизвольно метнулся к Веллесу. Его лицо исказилось от ярости так, что дальше было уже некуда. Он до крови закусил губу и уставился на Лексиона убийственным взглядом.

— Лексион Розенвестер… — Каллиан, который до этого слушал все с ошарашенным видом, заговорил охрипшим голосом. — По какому праву… ваша светлость делает подобные заявления?

Лексион усмехнулся. Только что этот человек дрожал от страха, а теперь, испугавшись потери рудника, окончательно лишился рассудка.

— Вы говорите так, будто являетесь защитником Сериниэль. Я решительно не понимаю…

В этот момент огромная ладонь Лексиона мертвой хваткой вцепилась в плечо Каллиана. Точно так же, как Каллиан мгновением ранее хватал жену.

— Будь я защитником Сериниэль, ты был бы уже мертв. Причем очень давно. Но хорошенько запомни мои слова: если я стану ее защитником, это будет означать, что я волен делать с тобой все, что пожелаю.

Глаза его, сверлившие виконта, горели холодным огнем. И неудивительно: с точки зрения герцога, он и так проявил ангельское терпение, тратя время и силы на этот план.

— Защитником, вот как… — Ледяную тишину прорезал голос Веллеса. — Герцог Лексион, что вы имеете в виду? Я не помню, чтобы моя племянница упоминала о чем-то подобном. Ваше заявление может быть истолковано весьма превратно. Особенно перед лицом стольких свидетелей…

Разумеется, Веллес выступил не ради защиты Каллиана. Его мотивы были прозрачны: все дело было в словах о том, что семья Розенвестеров возьмет на себя полное финансирование рудника.

К тому же это не было сказано с глазу на глаз — вокруг было слишком много свидетелей. Не пройдет и недели, как весть о сегодняшних событиях разлетится по всей империи. Более того, Лексион Розенвестер был человеком, стоявшим по другую сторону баррикад от Веллеса и его сторонников. Если не прояснить ситуацию здесь и сейчас, для графа это не сулило ничего хорошего.

…Однако он и представить себе не мог, каким будет ответ Лексиона.

— Да, пожалуй. Ведь я еще не говорил об этом самой Сериниэль.

Сериниэль, почувствовав неладное, с недоумением посмотрела на Лексиона. Тот медленно повернулся к ней.

— Сериниэль Верделет.

— Герцог Лексион?..

— Как насчет того, чтобы оставить фамилию Хелкар и взять новую? Обещаю, ставя на кон все, что у меня есть: если ты примешь мое предложение, я защищу тебя от кого угодно.

С этими словами Лексион достал из-за пазухи некий предмет. Это было кольцо с огромным драгоценным камнем. Обручальное кольцо. И затем, на глазах у всех присутствующих, он опустился на одно колено.

— Я прошу твоей руки. Ты выйдешь за меня, Сериниэль?

Договорив, Лексион лучезарно улыбнулся… в то время как лица всех гостей застыли в немом шоке.