Малолетки

Три года и пять лет

«Старый Чжан, ставь метку вон на ту дамбу, в юго-восточном углу!»

«Есть!»

«Осторожнее идите, смотрите под ноги, не наступите на арбузы».

Плети арбузов стелились повсюду. Старый Чжан с тревогой, услышав предупреждение, стал ещё аккуратнее, стараясь обходить арбузы — казалось, они вот-вот лопнут сами собой. Другие техники с призматическими вешками (геодезические инструменты, используемые при топографической съёмке, выносе точек в натуру и разбивочных работах), стояли у края поля.

Господин Чэнь понаблюдал немного, потом нашёл Цзян Линя и секретаря Ли:

«Босс Цзян, секретарь Ли, надо кое-что обсудить». Он достал план, распечатанный в полдень, и провёл по нему линию: «Наши теплицы можно ориентировать чуть-чуть не по прямой. Вот так». Он провёл ручкой линию. «На этом участке такой угол позволит увеличить продолжительность солнечного освещения в теплице на полчаса после зимы. Не стоит недооценивать эти полчаса — разница заметна именно в таких деталях».

Секретарь Ли слушал внимательно, про себя поражаясь: вот как, оказывается, даже направление солнечного света учитывать надо. Он-то думал, что точный полив и удобрения — уже высшее мастерство, а тут вон оно как.

«Поступайте по науке», — кивнул Цзян Линь.

«Да-да, слушайте специалистов», — поспешно поддакнул Ли Шуцзе.

«Секретарь, вы здесь!» — по каменным плитам канавы бежал крестьянин с пучком свежеоструганных бамбуковых полос. Полосы были зелёными, гладко оструганными, все одной длины.

«Секретарь, бамбук, что вы просили».

Ли Шуцзе взял и передал господину Чэню: «Вот, посмотрите, достаточно? Если мало — пусть ещё нарежут».

Господин Чэнь с улыбкой принял свёрток: «Хватит, хватит, как вы быстро!» Ему очень нравились проекты с такой хорошей организацией. Пятьдесят му для них — невелик объём, но когда всё слажено — работать одно удовольствие.

Отмечали контрольные точки, чтобы точно определить будущее расположение опор, делали пометки на плане. Техники рассредоточились по полю, осторожно обходя арбузы. Если два арбуза оказывались на пути, крестьяне подбегали и помогали их отодвинуть.

«Следите, чтобы дренажная канава была не здесь, иначе потом будет застаиваться вода!»

Цзян Е в старой соломенной шляпе ходила по полю. Она то останавливалась, то приседала почти к самой земле, чтобы снять крупный план. То отходила подальше, чтобы охватить всё поле и тени гор вдалеке. Каждый занимался своим делом, всё шло чинно и слаженно.

«Угощайтесь, арбуз!» — появилась Третья тётя с двумя мисками свеженарезанного арбуза. Ровные кусочки красной мякоти, переливающиеся на солнце, так и просятся в рот.

Она поставила миски на сено и, вытянув шею, посмотрела в сторону Цзян Е — услышала ли девушка? Увидев, что та идёт, выбрала из миски самый красный кусок с наименьшим количеством косточек и пошла к ней. «На, Сяо Е, арбуз!»

Цзян Е замерла и невольно посмотрела на Цзян Линя.

«Это Третья тётя», — представил Цзян Линь.

Цзян Е взяла арбуз, чуть покраснев: «Спасибо, Третья тётя».

«Ах!» — громко отозвалась Третья тётя, и улыбка её стала ещё шире. Девушка ей очень понравилась! Она повернулась к Цзян Линю: «Ну и бессовестный! Как же ты так — девушку под такое солнце поставить?»

Цзян Линь развёл руками: «Я говорил, что сам хочу снимать — она не даёт!»

«Это потому что ты плохо снимаешь, — отрезала Цзян Е. — Твои фотки на сайт не выложишь».

«А с тобой легко не сладить!» — рассмеялась Третья тётя, заступаясь за Цзян Е: «Если плохо получается — надо учиться!»

Цзян Е ела арбуз и от смеха щурилась в две щёлочки. «Третья тётя, ничего страшного, у Цзян Линя и так дел хватает, а это я могу».

«Это самое верное слово!» — донёсся голос секретаря Ли издалека. «Вместе и друг другу помогая — вот тогда далеко уйдём!»

Третья тётя смотрела на Цзян Е и вся изводилась от умиления. Она что-то пробормотала себе под нос — негромко, но так, что рядом было слышно: «И в кого это Цзян Линь такой везучий, что такую девушку охомутал?» Потом повысила голос: «Цзян Линь, запомни: я девушку в обиду не дам! Только попробуй её обидеть!»

Все рассмеялись. Цзян Линь потёр нос, а Цзян Е опустила голову — ела арбуз, но уши у неё пылали.

---

К половине пятого господин Чэнь со своими людьми закончили замеры. Инструменты упаковали в ящики, оборудование аккуратно сложили по рюкзакам.

«Спасибо за работу!» — Цзян Линь провожал их до машины. Секретарь Ли следом нёс два арбуза: «Вот, возьмите в дорогу». Он положил арбузы в машину.

Господин Чэнь не стал церемониться: «Ой, спасибо». Он повернулся к Цзян Линю, лицо его стало серьёзным: «Босс Цзян, как приедем — сразу план сделаем, ночную смену устроим, только для вас!»

Глядя, как микроавтобус удаляется вдаль, секретарь Ли облегчённо вздохнул и с улыбкой похлопал Цзян Линя по плечу: «Дальше уж сам распоряжайся». Он кивнул в сторону Цзян Е.

В этот момент Цзян Е стояла под деревом у обочины. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву, отбрасывали на неё пятнистые блики. На груди у неё висел фотоаппарат, в одной руке она держала кусочек арбуза — самая сладкая сердцевина была уже надкушена. В другой руке — прозрачный пакет с говяжьими жилами, уткой по-пекински и всякими вкусностями.

Когда Цзян Линь повернулся, она растянула губы в улыбке, не подозревая, что на её лице прилипла арбузная косточка. Она помахала добычей, хвастаясь: «Третья тётя дала».

Налетел жаркий ветерок, шляпа чуть не слетела. Она машинально придержала её рукой, несколько непокорных волосков взметнулись и коснулись щёк. Арбузная косточка всё так же торчала на своём месте. Световые пятна заплясали ещё беспорядочнее.

Цзян Линь стоял и смотрел, чуть прищурившись. Ему показалось, что его кто-то мягко подтолкнул. Может быть, много-много лет спустя он всё ещё будет помнить этот день. Помнить девушку под деревом с арбузной косточкой на лице.

Он подошёл поближе и легонько провёл пальцем по её щеке, снимая прилипшую чёрную косточку.
«У тебя вся мордашка в арбузе. Прям как трёхлетний ребёнок!»

Цзян Е ничуть не обиделась. Она только хихикнула и снова сунула ему под нос пакет с гостинцами:
«А вот это Третья тётя мне дала!»

Цзян Линь ловко выхватил пакет и закинул себе за спину.
«А вот нечего было дразниться! Теперь это всё моё!»

Цзян Е откусила ещё кусочек арбуза и, не проглатывая, пробасила с набитым ртом:
«Отда-а-ай! Третья тётя вручила это мне, а не тебе!»

Цзян Линь отвернулся и дразняще высунул язык:
«Ду-лю-ду-лю! Не отдам!»

Цзян Е проводила его взглядом и рассмеялась:
«Тьфу ты! Сам как пятилетний!»