«Скажи, что делать — сделаем!»
В три часа ночи Цзян Линь под покровом тьмы добрался до дома, поставил будильник и рухнул спать.
В половине восьмого мать, Сюй Жун, тихонько постучала в дверь. Он уже проснулся. Быстро проглотив несколько ложек лапши, он сел на электроскутер и поехал в сельский кредитный кооператив в райцентре.
Он протянул банковскую карту и удостоверение личности: «Снимите 40 тысяч юаней».
Кассирша подняла голову, посмотрела на его молодое лицо и с улыбкой спросила: «На что вам столько денег?»
«Арбузы продаю, — спокойно ответил Цзян Линь. — В деревне с односельчанами расплатиться».
Через десять минут он вышел из банка с рюкзаком за плечами.
Когда он приехал на совместные посадки, секретарь Ли уже рыхлил землю с семью-восемью крестьянами.
«Секретарь!»
Ли Шуцзе воткнул мотыгу в землю и вышел на обочину: «Я слышал от твоего отца, ты только под утро вернулся. Мог бы и ещё немного поспать».
Цзян Линь улыбнулся: «Всё хорошо, я ещё молод»
Он окинул взглядом все совместные посадки. Данные на панели показывали, что состояние в норме, но было предупреждение о возможных болезнях.
«Секретарь, соберите всех. Есть кое-какие дела, нужно кое-что организовать».
«О!» — Ли Шуцзе понимающе кивнул. — «Хорошо».
Раз парень примчался ни свет ни заря — значит, случилось что-то важное.
К девяти часам народ уже собрался во дворе у секретаря Ли. Слышались оживлённые голоса:
«Что ещё стряслось?»
«В поле же ещё работать надо!»
«Говорят, Цзян Линь позвал...»
«С этими сорока тысячами цзиней что, проблемы?»
«Ты бы свой чёрный рот закрыл!»
Цзян Линь припарковал скутер у ворот и, услышав эти слова, рассмеялся: «Дядя Вань, такие слова лучше не говорить!»
Видя его улыбку, люди немного расслабились. Тётя Сань, воспользовавшись моментом, спросила: «Ну что там стряслось?»
Цзян Линь хмыкнул, поднял свой рюкзак и похлопал по нему: «Конечно, дело важное!»
С этими словами он направился к столу посреди тока.
П.п: Ток (场坝, чанба) — в деревенском контексте это ровная, утрамбованная площадка, обычно перед домом или во дворе, которая традиционно используется для сельскохозяйственных работ: молотьбы, сушки зерна, веяния.
Ли Шуцзе с одним из крестьян поставили длинную скамью: «Садись!»
Секретарь Ли сел на другом конце, достал из сумки блокнот, смочил палец в слюне и принялся его листать.
Цзян Линь сел напротив, и с протяжным «вииии» расстегнул молнию на рюкзаке. Под шорох пластикового пакета на столе одна за другой появились пачки красных купюр.
Во дворе мгновенно воцарилась тишина.
Все уставились на деньги. Кто-то выпрямился, кто-то сглотнул, не сводя с них глаз.
Цзян Линь открыл боковой карман и достал оттуда ещё одну пачку. «Одна, две, три…»
Во дворе остались только звуки: как Ли Шуцзе перелистывает блокнот и как Цзян Линь отсчитывает деньги.
Насчитав три тысячи юаней, Цзян Линь пересчитал их ещё раз и положил на стол перед Ли Шуцзе: «Секретарь, пересчитайте. Всего сорок три тысячи цзиней — сорок три тысячи юаней».
Ли Шуцзе кивнул, отложил блокнот в сторону и начал перекладывать пачки одну за другой на левую сторону, ровным столбиком.
Он снял с пачек белую бумажную ленту и принялся старательно пересчитывать.
Отсчитав одну пачку, он перекладывал её на другую сторону, рядом с блокнотом, потом вторую, третью…
«Всё правильно».
Он обвёл взглядом собравшихся: «Все здесь?»
«Все, все!» — лица у всех сияли.
Ли Шуцзе кивнул, провёл пальцем по блокноту, прочистил горло и громко произнёс: «Ли Дамин!»
«А, я здесь, здесь!» — мужчина с жёлтыми зубами поднял руку и протиснулся вперёд.
Секретарь Ли пересчитал ему деньги, протягивая: «Всего две тысячи пятьсот».
«Правильно, правильно! — мужчина просиял. — Спасибо, секретарь, спасибо!»
«Чего меня благодаришь? — Ли Шуцзе покосился на него. — Тот, кого благодарить надо, сидит рядом».
«А, да-да-да!»
«Спасибо, босс Цзян!» — он снова пересчитал деньги, слюнявя пальцы. — «Спасибо, спасибо!»
Ли Шуцзе покачал головой и продолжил: «Цзян Гофу — две тысячи сто…»
Сорок три тысячи юаней быстро раздали всем.
Держа в руках настоящие деньги, люди почувствовали уверенность, и на их лицах расцвели улыбки.
«Ой, вы не знаете, те бригады на том холме как пострадали!»
«Каждая семья потеряла минимум по тысяче-другой цзиней».
«Им же первая партия рассады досталась, ничего не поделаешь. В полях-то много, а дома некуда девать!»
«Эх, хорошо, что в нашей деревне есть Цзян Линь, а то бы…»
«Этот парень — наше счастье!»
«А я с детства знала, что он человек талантливый!»
«И в школе умный был…»
Когда деньги раздали, Цзян Линь сказал Ли Шуцзе: «Секретарь, эту тетрадку с записями хорошо сохраните. Это же документы!»
«Знаю, знаю. Они у меня в сундуке заперты. Я даже тетрадки двухлетней давности могу найти!»
Цзян Линь улыбнулся, кивнул и достал из рюкзака папку для документов.
Он откашлялся, привлекая всеобщее внимание: «Деньги раздали, теперь второе дело».
Он раскрыл папку: «Вчера я ездил в сельскохозяйственный университет, и один профессор составил для нас план восстановления посадок после дождей».
«Я только что был на поле — дренаж, рыхление, всё сделали довольно быстро».
Кто-то из крестьян заметил: «Мы же старые хлеборобы, мы это знаем».
«Точно-точно, кто не сделал — к тому секретарь Ли сам домой приходил».
Несколько человек смущённо засмеялись.
Цзян Линь кивнул, разворачивая план: «Вы знаете, к поставщикам у меня требования высокие. После нескольких дней дождя арбузы легко становятся водянистыми. Если наши арбузы будут такими, у нас их точно не примут. Поэтому впредь мы будем управлять землёй научными методами».
Один из крестьян тут же отозвался: «Без проблем! Как скажут специалисты, так и сделаем».
Теперь, когда деньги оказались у них в руках, слова Цзян Линя не подвергались сомнению.
«Профессор сказал, — продолжал Цзян Линь, — что после такой погоды легко вспыхивают болезни, арбузы трескаются и теряют вкус». Он водил пальцем по пунктам: «Здесь перечислено всё, что нужно сделать до начала продаж».
«Сегодня обязательно нужно обработать поля от болезней, строго соблюдая рецептуру — ни больше, ни меньше!»
«Старые листья, особенно те, что в пятнах, с налётом плесени — все их убрать и выбросить подальше, а не в канаву!»
«Каждый день: переворачивать арбузы, вносить удобрения… Последовательность важна».
«Как это делать — вы и без меня знаете лучше. Я не буду вдаваться в подробности».
«Но подчеркну одно: строго следовать этому плану!»
Ли Шуцзе смотрел на Цзян Линя, который серьёзно объяснял крестьянам план, и чувствовал лёгкое головокружение.
Ещё неделю назад он места себе не находил — куда сбывать арбузы, которые они все вместе посадили?
Если бы десятки му арбузов сгнили в полях, он, Ли Шуцзе, стал бы преступником в Дунфэнцуне. О каком богатстве тут говорить — его бы просто помидорами закидали!
А теперь этот молодой человек не только нашёл выход, но и помог им пережить стихию, передав в его руки наличные, пачку за пачкой.
И даже после этого он уже всё продумал — и план от профессора университета раздобыл!
Сердце Ли Шуцзе переполнила благодарность судьбе.
«Секретарь, вам же нужно их контролировать!» — закончил Цзян Линь и протянул ему документы.
Ли Шуцзе очнулся от задумчивости и торжественно принял бумаги. Глубоко вздохнув, он обвёл взглядом собравшихся: «Все слышали? Хотите заработать — работайте честно».
«Парень вам дорогу проложил, деньги вернул, метод раздобыл».
«А если вы теперь не справитесь, струсите…»
«Это вы сами свой кошелёк топориком рубите!»
«Кто посмеет хитрить и лодырничать, тому, даже если Цзян Линь слова не скажет, я, Ли Шуцзе, первым по шапке надаю!»