Неуклонное движение вперёд
Пухлые губы Цзян Е приоткрылись, и она осторожно подула на кусочек угря, прежде чем отправить в рот.
Аромат чеснока смешался с привкусом ферментированных бобов и мгновенно взорвался во рту.
Мясо дикого угря было мягким, с лёгким оттенком землистости — нежное, ароматное, с тем насыщенным вкусом, который бывает только у деревенских блюд.
От этого изысканного вкуса глаза Цзян Е сами собой прищурились.
«Ты у нас скрытный гений... Как вкусно!»
«Правда вкусно?» — весело спросила Чжан Цинь. Эта старшая невестка ей сразу понравилась: видно, что городская девушка, но ни капли жеманства, в словах и делах простая и открытая.
«М-м-м!» — Цзян Е прикрыла рот рукой, проглатывая кусочек, и невнятно промычала в ответ.
После пары рюмок парни разговорились.
Линь Тао и Дэн Синь жаловались, как на заводе их гнобят старожилы, Го Кай и Чэнь Ду — как на стройке раскалённый металл обжигает руки.
А под конец все как один заговорили о деревенских арбузах.
На лицах читалась тревога…
Линь Тао помедлил, но всё же спросил: «Я слышал от наших, ты вчера чуть ли не десять тысяч цзиней арбузов вывез?»
Цзян Линь усмехнулся: «Если так и дальше пойдёт, через пару дней неизвестно во что это превратится. Всего-то меньше четырёх тысяч было».
«Сегодня я вас позвал, во-первых, чтобы официально представить вам Цзян Е».
Он повернул голову к девушке рядом, и в глазах его была одна лишь нежность.
«А во-вторых, есть одна мысль, хочу с вами поделиться».
За столом стало тихо, несколько пар глаз уставились на него.
«Я нашёл сбыт для арбузов в университетском городке…»
Цзян Линь сделал паузу, и в тишине комнаты его голос прозвучал особенно отчётливо.
«Расскажу вкратце, как обстоят дела».
«Сейчас я продаю арбузы в университетском городке. Но не на улице, а по предзаказу, с доставкой».
«У меня уже есть заказов на семь тысяч цзиней, и их количество продолжает расти».
«Ско… сколько?» — опешил Линь Тао.
«Семь тысяч?» — Чэнь Ду только что глотнул пива и чуть не поперхнулся. «Господи, босс, ты… не свихнулся ли случаем?»
Чжан Цинь перестала чистить арахис и украдкой взглянула на Цзян Е. За день она наслушалась всяких слухов — говорили, что эта городская девушка очень пробивная и именно она помогла найти покупателей на арбузы. А оказалось, всё совсем не так.
Дэн Синь и Го Кай смотрели с недоверием. Семь тысяч цзиней — это вам не шутка!
«Выходит, слухи правдивы!» — пробормотал Го Кай.
Цзян Линь не стал спорить с пересудами, лишь улыбнулся: «Семь тысяч — это только начало. Заказы идут и идут, не переставая».
«Но потом объёмы, наверное, снизятся. Думаю, стабильно будет… около трёх тысяч в день».
В гостиной раздался дружный выдох.
Ребята переглянулись, на лицах у всех было написано изумление.
По тому, как Цзян Линь это сказал, три тысячи казались уже не такой уж большой цифрой.
«В городе я продаю по три юаня. Но если вычесть бензин, потери, зарплату студентам-подработникам, остаётся примерно два сорок».
«Плюс до тридцать первого у меня акция — двадцать процентов скидки, так что ещё по шестьдесят копеек от каждого цзиня отнимается…»
Он подробно, без утайки рассказал о своих расчётах, опуская только то, что могло показаться рискованным.
Все они, конечно, безоговорочно доверяли Цзян Линю.
Линь Тао сказал прямо: «Говори, что нам делать».
Цзян Линь поднял рюмку, медленно оглядел лица друзей, всё ещё хранившие следы растерянности. Голос его был ровным:
«Ваши арбузы я беру у вас, плачу по полтора юаня за цзинь. А вы помогаете их сортировать и грузить как надо».
На самом деле Цзян Линь больше хотел, чтобы братья работали вместе с ним. Если бы он попросил, они бы не отказались.
Но так он поступить не мог.
Линь Тао помолчал: «Полтора юаня? А тебе самому что-то останется?»
Перекупщики, которые наезжают в деревню, цену сбивают с каждым днём — больше шестидесяти мао не дают. Полтора юаня — это просто неслыханно.
Дэн Синь промолчал, только посмотрел на Цзян Линя долгим взглядом, потом поднял рюмку и молча отпил.
Го Кай почесал затылок, переводя взгляд с Цзян Линя на Чэнь Ду.
Продать арбузы дороже — это, конечно, хорошо. Но нельзя же, чтобы друг в убытке оставался!
Цзян Линь улыбнулся: «Вы поймите, я с вами не бизнес веду».
«По правде, я бы хотел, чтобы вы со мной вместе занимались арбузами. Да не только арбузами. Но сейчас это нереально — у вас у всех своя работа есть».
«Поэтому я сначала дорожку проторю, а вы потом за мной подтянетесь».
В пустом ведре лежали бамбуковые щипцы. На деревенской дороге фонарей не было — только свет налобных фонарей выхватывал из темноты неясные силуэты.
На обратном пути Цзян Е устала, и Цзян Линь посадил её к себе на спину.
Она лежала у него на спине, обхватив руками его шею, чувствуя, как твёрдо он ступает, и улавливая едва заметное напряжение в его теле.
Она знала: он снова думает о чём-то далёком.
Она мягко потрепала его по голове, голос её стал тихим и ласковым:
«Не бери на себя слишком много. Всему своё время».
А потом добавила, уже деловито: «В бизнесе есть свои законы».
Цзян Линь усмехнулся и заговорил:
«Ты помнишь Чэнь Ляна из нашего класса, в младшей школе?»
«Помню. Этот тип был жутко противный. Он мне ещё любовное письмо подкинул».
Цзян Линь довольно хмыкнул: «Ты же у нас тогда была первой красавицей в классе».
«Ах, не отвлекайся! Говори, что хотел».
«Я тогда был маленького роста, и Чэнь Лян вечно меня задирал. А я учителям боялся пожаловаться».
«А Линь Тао с ребятами на выходных пошли в интернет-кафе и там его подкараулили. Каждый раз, как он меня задирал, они его ловили. Потом он от меня отстал».
«Меня с детства дома строго держали, карманных денег не давали. Раньше, когда в интернет-кафе ходил или где-то перекусывал, они за меня платили».
«Они в профтехучилище пошли, рано начали работать, так что деньгами распоряжались свободнее».
«И я тогда себе сказал: если когда-нибудь у меня всё получится, я о своих братьях позабочусь».
В Городе в одиннадцать ночи ещё ярко горели огни. А в деревне стояла тишина.
Когда они вернулись домой, родители уже спали, из боковой комнаты изредка доносился кашель дедушки.
Умывшись, они пожелали друг другу спокойной ночи и легли каждый в свою постель.
Цзян Е принялась докладывать сестре Сюй о событиях последних двух дней: о том, как арбузы разлетелись, о скандале с подделками, о том, как сайт отслеживания со всей жесткостью наглядно всё доказал, а ещё о планах Цзян Линя насчёт друзей детства, о которых он говорил сегодня вечером.
Свет экрана отражался на её взволнованном лице. В окне чата QQ плескалась её радость.
«Сестра Сюй, даже у твоего идеального героя из романа нет такого чувства стиля, как у Цзян Линя!»
«Я тебе скажу, он так вкусно готовит! Лучше, чем в ресторане!»
«Ты свою новую главу дописала?»
«Если нет вдохновения — нельзя же через силу писать! Это просто отговорки! Так твой самый преданный читатель от тебя отвернётся…»
В гостиной на раскладном диване Цзян Линь подсчитал новые заказы в группе и наконец снова набрал номер Гу Чжэнвэя.
Гудки прошли несколько раз, прежде чем в трубке раздался заспанный, но мгновенно насторожившийся голос: «Чёрт, сайт рухнул?»
Цзян Линь усмехнулся, откинувшись на спинку дивана: «Нет, всё работает стабильно. Просто у меня появилась новая идея…»
Гу крякнул: «Выкладывай!»
Цзян Линь сказал прямо: «Мне нужна система заказов. Сейчас всё идёт через QQ, я считаю вручную. Когда народу станет много — легко ошибиться».
«Нужна простая страница: форма отправки на фронтенде, в бэкенде — автоматический сбор данных и выгрузка в таблицу».
«И хорошо бы, чтобы это как-то стыковалось с отслеживанием…»
Гу на том конце помолчал: «Неплохо, босс Цзян. За один день так бизнес разросся?»
«Я в общих чертах понял, что нужно. Но это посложнее, чем тот сайт с отслеживанием».
«Ничего, можно не торопиться. По бюджету…»
«Какой там бюджет!» — Гу Чжэнвэй рассмеялся. «Сколько у тебя сейчас денег на такие штуки? Считай, что я это как инвестицию делаю».
«Уговор такой: если всё получится, то система наша общая. Если у тебя потом дела пойдут — меня не забывай».
«Само собой!» — Цзян Линь тоже рассмеялся. «Давай отдыхай. Я завтра опишу всё подробно и скину тебе документ».