Глава 47.0

— Я в порядке, — Симон тяжело вздохнул.

— Теперь в порядке, — поправила она, переводя дыхание.

— Спасибо за пощёчину, — слабо усмехнулся он.

— Обращайся, — Мария отвернулась, но он заметил, как на секунду её губы дрогнули в улыбке.

Он потер щеку, покачал головой и глубоко выдохнул:

— Завтра я поговорю с Кареном или Элиасом.

Мария молча вышла, не глядя назад. 

Дверь за ней закрылась с едва слышным щелчком, оставив Симона один на один с тишиной.

Он остался стоять в центре комнаты, тяжело дыша. Щека всё ещё горела от удара, но в этом жжении была своя ясность. 

Оно не давало провалиться обратно в тот странный ступор, куда он начал медленно скатываться.
Он провёл пальцами по лицу, потом опустил руки, сжав их в кулаки. 

Руки дрожали от злости. 

«Я дал слабину. Слишком позволил себе поверить, что это место безопасно.»

Он сел на край кровати. Сердце билось глухо, в горле стоял сухой ком.

«Я сказал правду и теперь меня бояться…»

Он закрыл глаза и припомнил слова Марии. Значит, дело даже не в паразите. 

А в нём, в самом Симоне.

«Как бы сильно я ни держал себя в узде, этого будет мало. Им нужно чудовище, чтобы на него показать.»

Он посмотрел на свою руку, сжал пальцы в кулак. 

Симон тяжело выдохнул и подошёл к раковине. Умылся ледяной водой, вглядываясь в своё отражение.

— Ты справишься даже если им страшно.

Он посмотрел себе прямо в глаза.

«Черт..» — он медленно развернулся. 

Коридор был пуст, освещён ровно настолько, чтобы видеть силуэты и слышать собственные шаги.
Симон быстро шел оглядываясь по сторонам, он знал, что Мария не пошла далеко. 

И оказался прав.

Она стояла у стены, рядом с панелью распределения, скрестив руки. 

Её глаза были устремлены в пол, но он знал, она ждала.
Когда шаги приблизились, она подняла взгляд.

— Я думал, ты снова закроешься, — спокойно сказала Мария.

Симон остановился в шаге от неё.
В его лице было напряжение, но голос был тихий, сдержанный.

— Я почти это сделал.
Он провёл рукой по затылку.
— Прости, я был глуп.
Он встретился с её взглядом.
— Расслабился. Позволил себе поверить, что у нас есть время. 

— Что это место… действительно может быть временным домом. 

Мария чуть склонила голову, её черты смягчились.

— Это укрытие, Симон. 

— Просто оно не вечное и не для всех одинаково.

Он кивнул. 

— Я должен был предвидеть.

— Я знал, что правда может стать оружием. Но решил быть честным. 

— Решил, что мне поверят…

— А поверили не все, — закончила она за него.

Симон выдохнул.
Он сделал полшага ближе, уже почти рядом с ней.

— Сегодня вечером, за столом, я… спрошу напрямую. 

Он отвёл взгляд.

— Я должен узнать, кто это. Или хотя бы понять, откуда пошло.

Он посмотрел на Марию.

— Но только если ты не против. 

— Ты… втянута в это, хочешь ты того или нет.

— Я не хочу подставить тебя.

Мария мягко коснулась его руки.

— Я уже подставлена, Симон. 

— Мы оба, — она надула щеки и выставила руки по бокам. 

— Но пока мы честны друг с другом у нас есть шанс.

Симон кивнул.

Он выпрямился и посмотрел вперёд по коридору.

— Пойдём? Ещё немного времени до вечера. 

— Хочу пройтись.
Он усмехнулся.
— Вдруг кто-то из наших доброжелателей не спит днём.

Мария тоже слегка улыбнулась и кивнула.

— Только не лезь первым в драку. Сейчас ты нужен не как кулак, а как мозг.

— Постараюсь, — буркнул Симон и шагнул вперёд, чувствуя, как напряжение в груди слегка спадает.

Но в глубине сознания он уже начал собирать вопросы.

Потому что вечером он хотел знать, с кем сидит за одним столом.

В преддверии вечернего собрания в убежище царила напряжённая атмосфера. 

По коридорам распространялись слухи о кражах. 

Исчезали личные вещи, инструменты и даже еда. Жители начали подозревать новоприбывших, включая Симона и Марию.

В общей кухне, где обычно царила оживлённая беседа, теперь слышались тревожные разговоры.

— Сначала пропали мои инструменты, теперь ещё и еда исчезает, — пожаловался один из жителей.

— Я тоже заметил, что некоторые вещи исчезают, — добавил другой.

— Думаете, это новенькие? — спросил третий.

— Кто ещё? Раньше такого не было, — ответил первый.

— Надо поговорить с Кареном. Пусть разберётся, — предложил второй.

— Или самим разобраться, — мрачно добавил третий.

Симон и Мария шли по коридору жилого сектора, направляясь к техническому отсеку, когда за поворотом остановились — до их ушей донёсся приглушённый, но раздражённый голос.

— Я тебе точно говорю, с тех пор как они пришли, началась эта чёртова возня. 

— Раньше у нас хоть порядок был.

— Думаешь, это они крадут? — прошептала в ответ женщина.

— А кто ещё? — отрезал мужчина. 

— Она, эта девчонка, бродит где попало, как будто не понимает, куда попала. 

— А этот… — его голос стал глуше.

— Он вообще признался, что не человек. 

— Может, они просто прикрываются, чтобы выждать момент.

Мария на секунду замерла, будто каменея, и лишь потом сделала шаг назад, отводя взгляд.

 Симон сжал челюсть, но сдержался. Он не бросился на людей. 

Вместо этого он прошептал, почти себе. 

— Они боятся. А страх делает из людей идиотов.

Мария посмотрела на него, в её глазах уже не было ни обиды, ни даже злости. 

Только усталость.

— Но это неправда. 

— Мы ничего не брали, — тихо сказала она.

 — Это не мы.

— Я знаю, — кивнул Симон. 

Он снова посмотрел в ту сторону, откуда доносились голоса.

 Там уже слышался смех и звук отдаляющихся шагов. 

— Но им всё равно. Им нужен виноватый. 

Они продолжили идти. 

Люди в проходах косились на них: кто-то прятал взгляд, кто-то, наоборот, задерживал слишком долго, слишком оценивающе.

— Если так пойдёт дальше, кто-нибудь попытается что-то сделать, — сказала Мария. 

— Значит, будем действовать первыми, — голос Симона был низким и твёрдым. 

— Сегодня ночью я выйду на дежурство. Если это кто-то из них, я узнаю. 

— И тогда пусть сами решают, на кого смотреть косо.

Мария чуть повернулась к нему.

— Я с тобой.

Он покачал головой.

— Нет. 

— Если я кого-то поймаю, им будет проще обвинить одного. 

— Два новеньких и уже линчуют.
Он усмехнулся с оттенком горечи. 

— Я ведь всё-таки почти не человек, помнишь?

Она медленно кивнула. 

И пошла рядом, молча.

Проходя мимо одной из комнат, они услышали, как кто-то резко закрыл дверь, стоило им пройти мимо.
— Всё хуже, — сказал Симон.
— Да, — ответила Мария. 

— Но если мы здесь надолго… нам придётся выжить и среди этих людей тоже.

Симон сжал кулак и выпустил воздух сквозь зубы.