Глава 4.0

Симон стоял в стороне, прислонившись к дереву, и наблюдал за паразитами, которые всё больше погружались в обсуждение неудачных попыток извлечь информацию из камней.

 Он не мог не заметить, как их лица становились всё более напряженными, а в голосах начали звучать нотки раздражения.

Оскар, который до этого был довольно сдержанным, наконец не выдержал и произнес с явным недовольством:

— Это невозможно. Мы тратим слишком много времени на эти камни, а они не дают ничего! Каждый раз, когда мы пытаемся извлечь хотя бы малую часть данных, всё рушится. Почему они не стабильны? Почему в них только пустота?

Артур, стоявший рядом, стиснул зубы и скрючился, как будто на мгновение готов был сорваться на агрессию.

 Его глаза сверкали, но он сдерживал себя. Он уставился на кристалл с таким взглядом, что казалось, будто он готов был сломать его голыми руками.

— Мы не можем продолжать так, — проговорил Артур, его голос был низким и угрожающим. 

— Мы все это уже слышали. Они просто пусты! Мы делаем всё, что можем, но камни не поддаются. Мы всё больше и больше теряем время. Наши усилия бесполезны.

Исаак, обычно более спокойный и сдержанный, тоже не мог скрыть своего разочарования. 

Он подошёл ближе к кристаллу, пальцами потрогал его поверхность, но камень лишь безмолвно блеснул в ответ, не давая ни малейшего отклика.

— Этот кристалл... — начал Исаак, его голос был почти уставшим.

— Я думал, что мы наконец-то нашли то, что искали, но всё это... мрак. Мы исчерпали все возможные подходы, а камень не даёт нам ничего.

 Симон почувствовал, как напряжение нарастает в воздухе. Эти паразиты, несмотря на свою внешнюю угрожающую природу, были раздражены чем-то, что они не могли контролировать. 

Они все встали вокруг кристалла, каждый словно пытался найти решение, но камень оставался молчаливым и не податливым.

Оскар снова заговорил, на этот раз с ярко выраженной фрустрацией:

— Мы не можем продолжать так! Этот камень не даёт нам ответа, и мы стоим на месте! Нужно искать что-то другое, а не тратить время на этот кусок камня. 

Артур, с его властным видом, выпрямился и кивнул, как бы соглашаясь с этим. Он снял руки с камня и посмотрел на Исаака.

 — Мы подходим к этому вопросу слишком традиционно. Камни... они не просто простые объекты. Мы должны думать шире. Возможно, это не просто физическая сущность. 

Исаак нахмурился и взглянул на них обоих, его глаза начали темнеть от усталости.

 — И кто предложит этот новый подход? Мы пробовали всё! Все теоретические модели, все методы. Проблема не в нашем подходе, а в том, что эти камни... не так просты, как мы думали. Может, мы и правда не готовы понять, что скрывается внутри.

Симон, наблюдая за этим обменом мнений, почувствовал, как напряжение нарастает. 

Он понимал, что для этих существ камни стали своего рода одержимостью, их целью, и то, что они не могут извлечь ответ, вероятно, сильно задевало их чувства и амбиции.

Артур, вздохнув, оторвал взгляд от камня и взглянул на своих спутников. Его лицо было напряженным, но в глазах всё-таки читалась какая-то скрытая уверенность, будто он уже знал, что делать, даже если не было чёткого плана.

— Нам нужно передохнуть. Мы не добьемся ничего, пока не соберёмся с мыслями. Давайте зайдём в палатку, поговорим там, обсудим всё в спокойной обстановке. Может, нам стоит посмотреть на проблему с другой стороны.

Он повёл остальных к палатке, которая стояла в углу лагеря. Это было небольшое сооружение, окруженное различными инструментами и растянутыми тканями, которые скрывали внутри какие-то неясные предметы.

 Лишь один тусклый свет, пробивающийся сквозь ткань, говорил о том, что внутри было какое-то оборудование.

Исаак с медленным шагом последовал за Артуром, его лицо было мрачным, но в нем ощущалась усталость. Он заметил Симона, стоящего в стороне, и на мгновение их взгляды встретились. Исаак поднял бровь, явно размышляя.

— Ты с нами? Или ты будешь оставаться здесь, среди камней? Нам нужно обсудить всё в тишине.

Симон посмотрел на Исаака и, почувствовав, что оставаться на улице было бы неоправданно, кивнул и шагнул в сторону палатки.

 — Ладно, я не собирался прятаться за деревьями, — сказал Симон, хотя его голос звучал неуверенно. 

— Пойду с вами. Вряд ли мне удастся что-то понять, если я останусь здесь.

Оскар не сказал ни слова, только коротко кивнул и последовал за остальными.

 Он оставил камень, словно прощаясь с ним на время, но взгляд его не покидал блестящую поверхность минерала, словно он оставался в поисках решения, которое могло бы возникнуть, стоя перед ним.

В палатке было достаточно тесно, но внутри было тепло и укромно. Стены были окружены массивными тумбами и столами с разложенными на них странными инструментами, похожими на то, что использовали археологи, но с дополнительными технологическими компонентами.

 На одном из столов стояли фрагменты камней, сложенные в аккуратные ряды, которые едва ли можно было назвать "стартовым материалом" для нормальных исследований.

 Свет тускло освещал пространство, и тени, отбрасываемые металлическими предметами, поднимались к потолку, создавая беспокойную атмосферу.

Оскар и Артур уселись за стол. Исаак прошёл к одному из уголков, где стояли различные приборы, и что-то щёлкнуло, когда он подключил к ним один из камней.

 Протяжный звук раздался в комнате, как если бы сама энергия камня пробудилась, пульсируя в воздухе.

— Итак, что мы будем делать дальше? Мы уже столько времени пытаемся извлечь хоть что-то. У нас есть идеи, но все они приходят к одному: эти камни не для нас. Нам нужно искать что-то другое. Может быть, мы не видим важного.

Исаак молчал, его лицо было сосредоточено. Симон почувствовал, как его дыхание стало напряженным. 

Он стоял чуть в стороне, подслушивая, но одновременно ощущая странное беспокойство. Он почувствовал себя здесь чужим, наблюдателем, который мог бы быть полезен, но не знал, каким образом.

 — Вы действительно думаете, что эти камни... такие важные? Может, они просто минералы. Мы не можем точно знать, что они из себя представляют, — сказал Симон, слегка смущённо, хотя сам понимал, что ему было трудно воспринимать всё это всерьёз.

Оскар поднял взгляд, его глаза были холодными, но сдержанными. Он медленно повернулся к Симону.

— Ты не понимаешь. Это не просто минералы. Это память. Камни записывают всё, что происходило, и, возможно, даже что-то скрывают. Мы находимся на грани открытия, и ты… ты стоишь и говоришь, что это всё просто камни?

Симон почувствовал, как его нервная система напряглась. Он не был уверен, что стоит спорить, но тем не менее не мог не задать себе вопрос, почему камни — такие важные элементы в этом странном мире. 

Может, он был не готов принять это, но что-то внутри него подсказывало, что здесь, в этом лагере, скрыта какая-то правда.

Артур прервал его мысли, поднимаясь с места.

 — Мы могли бы начать с чего-то другого. Давайте подумаем, может быть, нужно изменить подход. Я думаю, нам нужно исследовать не только камни, но и окружающую среду. Мы могли бы быть ближе к разгадке, если бы начали смотреть шире.

Симон, хотя и не был уверен в этих идеях, почувствовал, что ему нужно продолжать быть в игре, не сдаваться. 

Он не знал, что ожидает его дальше, но ощущал, что эти существа, как и он, ищут ответы на вопросы, которые могли бы изменить всё вокруг.

Оскар сидел, скрестив руки, его взгляд то и дело скользил по камням, выложенным на столе, но мысли были уже где-то далеко.

 Спокойствие в палатке становилось натянутым — каждый из них явно прокручивал в голове неудачи последних дней, но вслух говорить об этом никто не хотел. 

Свет приборов отбрасывал неровные блики на стены, в воздухе висел запах пыли, металлического инструмента и чего-то едва уловимо живого — возможно, остатков слизи, которой были покрыты некоторые из этих существ.

Симон молчал. Он сидел чуть в стороне, стараясь не выдать себя ни одной деталью — ни взглядом, ни дыханием, ни позой. Он знал, что любое неосторожное слово могло поставить под сомнение его "принадлежность", и пока что он держался лишь на тонкой нити доверия.

В этот момент Исаак, до этого сидевший молча у прибора, внезапно повернулся и нарушил молчание:

— Нам всё же повезло больше, чем кажется, — сказал Исаак, не отрывая взгляда от своих рук. Его голос был сдержанным, но в нём звучала едва уловимая нотка гордости. 

 — Один из разведчиков принёс нечто… из ряда вон выходящее. Мы поместили это в изоляционную палатку. Я хотел показать позже, но, возможно, сейчас как раз подходящее время. Это стоит того, чтобы увидеть.

Артур медленно обернулся, как будто услышав в голосе Исаака что-то, чего остальные не уловили.

— Речь идёт о той находке? Ты всё ещё уверен, что она настоящая?

Исаак кивнул:

— На сто процентов. Никакая подделка не обладает таким уровнем поля. 

Оскар приподнял бровь, теперь уже заинтригованный:

 — Тогда покажи. Я не хочу строить гипотезы вслепую.

Все взгляды обратились к Исааку, а затем, почти синхронно, к Симону. Тот внутренне напрягся, но сохранил спокойствие и даже позволил себе лёгкий, еле заметный кивок.

 — Раз уж я теперь “один из вас”… — Симон сделал паузу, подбирая правильные интонации, чтобы звучать убедительно,

 — Мне бы тоже хотелось увидеть. Если вы считаете это важным, я должен знать.

Исаак кивнул, затем медленно поднялся, делая приглашающий жест:

— Тогда пойдемте, — сказал Исаак смотря га остальных.

Они вышли из палатки. Снаружи всё было окутано туманом и лёгким мерцанием ночного воздуха — лес казался недвижимым, как будто затаил дыхание.

 Где-то вдалеке трещали насекомые, сливаясь с фоновым гулом, который Симон всё чаще начал воспринимать не как звук, а как что-то... живое, фон чувств, а не ушей.

Исаак шёл впереди, медленно и точно, словно каждый его шаг был выверен. Он провёл их к палатке, стоявшей немного в стороне от основного лагеря.

 Эта палатка отличалась от остальных — плотная ткань была укреплена металлическими кольцами, а по периметру расставлены источники света, бьющего в ультрафиолете, будто для сдерживания того, что находилось внутри. 

Исаак остановился перед входом и сказал, не оборачиваясь:

— Внутри находится артефакт. Мы не уверены, что он создан паразитами. Возможно… это остаток прежней цивилизации. Или нечто извне.

Он повернулся, посмотрел на Симона пристально:

 — Учитывая, что ты активировался вне протокола… — Исаак сделал паузу.

— Возможно, тебе повезло, — он посмотрел на Симона.