Ветер перемен

Гност Древобород побелевшими костяшками сжимал перила балкона, глядя прямо перед собой — на здания вдали, — и заставлял себя дышать глубоко и медленно.

— Вы отлично справляетесь, Гност, — сказал Джон, стоявший в нескольких шагах позади. — Как ощущения?

— С-страшно… но лучше, чем в прошлый раз.

— Прекрасно. Идите сюда, — мужчина протянул руку. — Возвращайтесь, если готовы.

— Н-нет. Думаю, выдержу ещё немного.

— Хорошо. Я рядом.

Психотерапевт улыбнулся, чувствуя гордость за прогресс пациента. Молодой дварф прошёл путь от паники при одном лишь взгляде из окна шестиметровой высоты до способности спокойно стоять на открытом балконе.

Помогли и зелья, назначенные Джоном, и его идея с зонтом для прогулок под открытым небом. Но главным оказалось упорство самого Гноста — редкое и ценное качество в терапии. Он ежедневно проводил по пять–десять минут на улице, смотрел в окна, если проходил мимо, и не пропускал сеансов.

— Л-ладно. Думаю, на сегодня хватит.

Джон взял его за руки и мягко потянул внутрь. Дварф не бросился обратно, а сделал несколько уверенных, осознанных шагов — это снова впечатлило психотерапевта. Тот закрыл дверь и задвинул занавес.

— Ваш прогресс впечатляет, — сказал он, усаживаясь напротив.

— Спасибо… — ответил Гност, застенчиво улыбаясь из-под бороды.

— Как дела у дяди? В мастерской всё спокойно?

— Намного лучше. Теперь могу стоять за прилавком и помогать на складе — дорогу туда переношу нормально. Кажется, я многому учусь. И приятно, что теперь каждый его взгляд — не жалость ко мне.

— Замечательно. Работа вам по душе?

— Да. Встречаю самых разных людей. Дома видел разве что дварфов да случайных кобольдов, — он усмехнулся. — Когда впервые увидел эльфа, мама стукнула меня по затылку, чтобы не пялился.

— Понимаю. Здесь целый новый мир, — Джон заглянул в записи. — Херб корректировал дозировку зелья?

— Нет, но в этом месяце я принимал чуть больше. Попробовал сходить с тётей к соседям, и сердце никак не удавалось унять — будто выскакивало из груди.

— Ценю ваше старание, но, пожалуйста, не перенапрягайтесь. И строго следуйте дозировке Херба — он назначает её не просто так.

Гност кивнул.

— Хотите поговорить ещё о чём-нибудь? Или просто посидим с чаем?

— Всё в порядке. Не хочу задерживать дядю.

— Тогда до встречи на следующей неделе, — психотерапевт встал и открыл дверь.

— Хорошо, — ответил дварф и вышел.

Джон мягко прикрыл за ним дверь и направился к столу, но услышал разговор в приёмной.

— Как прошло? — спросила Андресса.

— Продержался целых двенадцать минут.

— Похоже, скоро можно будет и без записей.

— Не уверен…

— При таких темпах к концу месяца будете летать на драконе.

Дварф рассмеялся.

— До встречи.

— Пока.

Мужчина с улыбкой слушал их и вернулся к столу, чтобы подготовить пометки к следующей сессии.

***

— Я тебе искренне признателен. Твой совет быть мрачнее и выразительнее сработал безупречно, — произнёс Фибоначчи, пряча глаза за густым слоем туши и облачённый в чёрный дублет с серебряной вышивкой. Даже его лютня недавно приобрела угольно-чёрный оттенок — для завершённости образа.

— Фибоначчи, я в очередной раз повторю: это не тот совет, который я имел в виду. Я просил вас искренне и открыто поговорить с близкими. Рад, что новое направление вдохновляет, но меня беспокоит, что вы используете его, чтобы уйти от настоящих проблем.

— Не знаю никого скромнее тебя, — бард перебрал струны. — Большинство людей поспешили бы приписать себе мои последние успехи, а ты и правда хочешь, чтобы я считал, будто всё это — исключительно моя заслуга.

— Так и есть. Это полностью ваша заслуга.

— Вот видишь? Ты мастерски льстишь самолюбию.

В дверь постучали, и секретарша заглянула в кабинет; её кожа засветилась чуть ярче — напряжение в комнате ощущалось даже с порога.

— Прости, что прерываю, Джон, но следующие клиенты уже на подходе.

— О, тогда не смею мешать! Мне пора готовиться к выступлению в мрачном настроении. До встречи!

Он почти вскочил с дивана и вылетел за дверь, на ходу послав Андрессе воздушный поцелуй. Та лишь усмехнулась и покачала головой.

Джон привёл в порядок записи и рабочее место, затем вышел в приёмную. Там ждали Зак, Кэрол и принцесса Граилия. Зак был в привычных походных, коричневых одеждах и выглядел куда бодрее, чем на первой встрече, когда они обсуждали бесконечный шлейф женщин, появлявшихся в его жизни за годы приключений. Учитывая, что их число сократилось с четырёх до двух, это неудивительно.

Кэрол стояла в синем платье, выгодно оттенявшем её рыжие волосы, и держала спину непривычно прямо. Психотерапевт отметил на последних сеансах, что она стала увереннее отстаивать собственные желания. Эти отношения не могли бы работать, если бы принцесса всё время помыкала ею.

Граилия, облачённая в струящееся лиловое платье и увенчанная золотой тиарой на идеально гладких чёрных волосах, выглядела безупречно. Андресса уже подала ей чай и положила дополнительную подушку на диван — ставшую традиционной мелочь.

— Прошу, проходите, — сказал Джон, распахивая дверь кабинета.

— Рад тебя видеть, Джон. Как ты? — спросил авантюрист, входя.

— Всё отлично, Зак, — солгал он.

Раздражение после разговора с Фибоначчи всё ещё бурлило внутри, но психотерапевт не позволил себе это показать. Здесь говорили об их проблемах, а не о его.

Он разлил чай по заведённому ритуалу, обменялся дежурными фразами и сел в кресло. Между Граилией и Кэрол повисло ощутимое напряжение.

Джон сделал глоток и прочистил горло.

— У меня складывается ощущение, что за последние недели мы ни на шаг не приблизились к решению этой проблемы.

— Она не желает слушать здравый смысл! — вспыхнула Граилия, и её слова полетели, как стрелы из тугой тетивы. — Я собираюсь сделать Зака принцем и не понимаю, почему она отказывается стать его царской наложницей!

— Я не собираюсь быть шлюхой с титулом! — резко ответила Кэрол, хотя на слове «шлюха» её голос дрогнул — будто ей самой было не по себе произносить это. — Он может жениться на мне и при этом оставаться твоим «королевским супругом». Я знаю, ты считаешь меня ниже себя, но я не меньше заслуживаю быть его женой!

Парень между ними буквально вжался в диван.

Джон тяжело вздохнул. Эти трое, в отличие от остальных пациентов, топтались на месте. Обе женщины искренне любили Зака и даже смирились с тем, что делят его, но стоило заговорить о статусе — вспыхивала война. Сам авантюрист, хоть и привык рубить чудовищ, в делах сердца оставался совершенно беспомощным. Психотерапевт наблюдал за спорящими красавицами и думал, каково это — быть одновременно самым счастливым и самым несчастным мужчиной на свете.

— Дамы, прошу, — сказал он мягко. — Сделаем паузу и немного остынем.

Граилия фыркнула, а Кэрол глубоко вдохнула.

— Я уже говорил: в моём мире многие не заключали браков, но это не мешало им хранить любовь и верность всю жизнь. Понимаю, вы обе настроены решительно, но, может, стоит рассмотреть иной путь? Скажем, неформальную церемонию для каждой из вас — что-то только для друзей и семьи, чтобы вы оставались в равном положении?

— Неофициальную!? Я скорее соглашусь на публичную казнь, чем на такую «свадьбу»!

— Ну так соглашайся… — прошептала девушка так тихо, что Джон едва расслышал.

В дверь постучали.

— Прошу извинить, — сказал он, поднимаясь и открывая дверь. На пороге стояла Андресса.

— Что-то случилось? — спросил он, сдерживая раздражение. — Я не люблю, когда прерывают сеанс.

— Если только ты их не недолюбливаешь, — усмехнулась демоница.

— Я люблю всех клиентов одинаково.

— Ну конечно.

Он выдохнул, восстанавливая спокойствие.

— Так в чём дело?

— Кажется, я нашла решение их проблемы. На прошлой неделе в Бескрайней библиотеке мне попалась вот эта книга, — секретарша протянула ему фолиант с золотыми буквами на обложке: «Брачное право Лендарии».

Джон нахмурился. Если Библиотека дала ей эту книгу, значит, почувствовала её намерение. Морщины на лбу психотерапевта разгладились, и уголки губ дрогнули в лёгкой ухмылке.

— А это ещё что за улыбка?

— Ничего. Просто покажи, что нашла.

Она раскрыла книгу и указала на абзац, выделенный мягким магическим сиянием. Джон пробежал глазами текст — и улыбнулся шире.

— Просто замечательно.

— Я тоже так подумала, — сказала Андресса и, разворачиваясь, направилась обратно к своему столу. Подол её платья мягко скользнул по его ногам, когда она закружилась. — Удачи.

— Спасибо, — ответил он, закрывая за ней дверь и возвращаясь к девушкам, которые уже снова спорили.

— Думаю, у меня есть решение вашей проблемы, — произнёс он, усаживаясь в кресло с книгой в руках.

Обе настороженно уставились на него.

— Согласно одному любопытному закону королевства Лендария, принцесса может выбрать столько супругов, сколько пожелает, даровав каждому равный статус.

Глаза Граилии расширились.

— Ты же не предлагаешь…

— Я не выйду за эту женщину! — вскрикнула Кэрол.

— Тебе бы повезло стать моей женой! Я сделала бы тебя особой королевской крови!

— Ты и так царственная головная боль, а ещё и в супруги — это уже пытка!

— Радуйся, что сама возможность моей постели вообще рассматривается!

— Мне… нравится идея, — неуверенно вставил парень.

Обе повернулись к нему.

— Почему, Зак? — спросил Джон.

— Остальные варианты неравные, а этот решает всё. И свадьба будет одна на всех — позовём друзей, всю нашу команду. Звучит ведь неплохо, да? — он переводил взгляд с одной на другую.

Их выражения смягчились.

— Полагаю… можно это обдумать, — процедила Граилия.

— Я тоже подумаю, — кивнула Кэрол.

Джон закрыл книгу.

— Возьмите время, обсудите спокойно. Это всего лишь ещё одна возможность.

Все согласно кивнули.

— Хорошо. Оставим этот вопрос. Что ещё хотели обсудить? Кажется, у вас возникли сложности в разговорах с семьями о сложившейся ситуации?

***

Джон вздохнул и направился к кофеварке. Обычно предпочитал чай, но утро выдалось слишком долгим — требовалась крепость. С кружкой свежего кофе он вышел в приёмную размять ноги.

Андресса сидела, закинув каблуки на стол, и с увлечением читала любовный роман, который он не узнал — вероятно, новую книгу из её книгообмена с Мией.

— Устроила мне передышку между клиентами?

Она загнула уголок страницы и слегка улыбнулась, впитывая тот короткий всплеск тревоги, что он ощутил.

— Знала, что эта троица выматывает. Подумала, тебе не повредит глоток воздуха.

Он улыбнулся.

— И правда, не повредит. Спасибо.

Демоница покачала головой.

— Сексуальное напряжение там стояло такое густое, что моей сестре хватило бы на месяц питания.

Мужчина приподнял бровь.

— Она… классическая суккубка. Думаю, тебе бы она понравилась — может, даже слишком.

— Сомневаюсь.

— А я не сомневаюсь. Твоя подавленная энергия, спрятанная за костюмами и манией помогать, — точно в её вкусе.

Он хотел возразить, но заметил, как её кожа вспыхнула ярче, и предпочёл промолчать.

— Тебе бы иногда делать перерыв в… подпитке.

— Легко сказать.

— Удивлён, что ты уловила сексуальное напряжение. Они обе любят Зака, но сегодня едва обращали на него внимание.

Андресса рассмеялась.

— Напряжение было между ними.

Глаза Джона округлились.

— А-а-а…

***

Последними клиентами дня оказались принцесса Сабата и принц Родрик. На прошлой встрече Сабату похитил лич, а Родрик отправился её спасать. Теперь, глядя на них, психотерапевт видел, что с ними всё в порядке. От Сабаты будто исходило мягкое сияние, а Родрик выглядел довольным — с широкой улыбкой на лице.

— Рад видеть вас целыми и невредимыми. Полагаю, спасение прошло успешно?

— Более чем, — ответила Сабата, сжимая руку Родрика.

Тот кивнул.

— Я уничтожил лича и вернул её домой невредимой.

— И как с вашими прежними разногласиями? — уточнил Джон, глядя на принца.

— Мы здесь только из вежливости, — вмешалась принцесса. — Сошлись во мнении, что никаких проблем нет. Он просто… глупил. Верно?

Джон вопросительно посмотрел на Родрика. Судя по их последнему разговору, тот был до предела вымотан необходимостью каждый месяц мчаться спасать её от какой-нибудь новой ужасной угрозы. Сабата попадала в неприятности с пугающей регулярностью, и вся эта драма лишь подпитывала её явную тягу к риску.

— Это правда, Родрик?

Улыбка принца стала шире, а в глазах мелькнул лукавый блеск.

— Именно так я ей и сказал.

Раздался глухой рокот, и Джон заметил, как кружки на стойке начали подрагивать.

— Что вы имеете в виду, Родрик? — насторожился Джон.

Принц улыбнулся ещё шире.

— Думаю, тебе стоит укрыться.

Принцесса недоумённо уставилась на него, а психотерапевт рывком метнулся за стол.

Раздался мощный порыв ветра — балконное окно разлетелось вдребезги, и внутрь влетела массивная фигура из мышц и перьев. Когтистые руки сомкнулись вокруг Родрика и крепко сжали его.

Когда ветер улёгся, Джон смог разглядеть происходящее. Гарпия с радужными крыльями, увешанная золотыми и серебряными украшениями, прижимала мужчину к своей обнажённой груди. Тот, драматично закатив глаза, сохранял довольную улыбку.

— Я, Шайера, Королева Южных Ветров, объявляю этого принца своим супругом и рабом! Отныне он будет жить во дворце Тёплых Ветров и служить мне вечно! Никто не разорвёт эти узы!

С этими словами она выпорхнула через разбитое окно и исчезла в небе Авалона, оставив за собой вихрь перьев и сияния.

Джон поднялся, отряхивая пыль, и подошёл к Сабате, которая сидела на полу с расширенными от шока глазами.

— Вы в порядке? — спросил он, помогая ей подняться.

— Не… не могу поверить, что он позволил себя вот так…

Джон сжал губы, и уголок его рта дрогнул в сдержанной усмешке.

— Это не столько правило психотерапии, сколько правило жизни: как аукнется, так и откликнется.