На приёме усталости

Джон откинулся на спинку кресла и одним глотком допил кофе — до последней тёмной капли. День предстоял долгий и утомительный. Они с Андрессой втиснули в расписание встречи, запланированные на время их поездки, добавив их к уже назначенным приёмам. Новых клиентов не ожидалось, и это радовало, однако мысль о том, что за день придётся принять почти вдвое больше людей, всё же настораживала.

Первым был Ли Чжэньхай из Секты Небесного Меча Тирана. После традиционной торжественной встречи и краткой чайной церемонии они перешли к разговору.

— Итак, как ваши дела?

— Меня беспокоят недавние события в клане.

— Что именно?

— Отец привёл в дом новую наложницу. Она настойчиво пытается вывести меня из равновесия, чтобы я запятнал честь семьи.

— Вы продолжаете практиковать техники управления гневом?

— Да. Я сосредотачиваюсь на дыхании и считаю до десяти тысяч.

Раньше он ограничивался счётом до десяти, однако его ум работал настолько быстро, что такой короткий интервал не позволял замедлиться и успокоиться.

— Это помогает?

— Я удерживаюсь от резких поступков и сохраняю расположение отца, но при этом чувствую себя нелепо.

— Подобное ощущение возникает часто — метод действительно может казаться странным. Но об этом знаете только вы.

— Верно.

— Появление нового человека в доме — серьёзное испытание для всех. Как ваша мать реагирует на происходящее?

— Я не обсуждал это с ней.

— Возможно, если вы поделитесь переживаниями, вам станет спокойнее — или хотя бы появится ощущение, что вы не остались с этим один на один.

Культиватор задумчиво провёл рукой по подбородку.

— Да… возможно, союз с матерью окажется продуктивнее прямого противостояния.

Психотерапевт вздохнул.

— Я имел в виду немного другое.

***

Джон открыл дверь.

— Доброе утро, Сабата, Родрик. С вашего последнего визита прошло немало времени.

— Мы были заняты. Меня похитила стая сирен, — сказал рыцарь, присаживаясь.

— А потом меня унёс золотой дракон… — добавила принцесса с мечтательной улыбкой.

— Понимаю, — кивнул Джон. — Будете чай?

Они покачали головами.

— Прежде чем начнём, уточню: сегодня никто из вас не собирается внезапно исчезнуть в когтях очередного чудовища?

— Э-э… у меня ничего подобного не запланировано, — сказала Сабата, чуть покраснев.

— Я тоже стараюсь избегать таких ситуаций.

— Правда? Неужели вы наконец научились слышать друг друга без бесконечных инсценировок похищений?

Оба отвели взгляд, и психотерапевт поудобнее устроился в кресле.

— Отлично. Честно говоря, после истории с кротовиками я подумывал завершить наши сеансы. Количество грязи, которое они оставили, когда утащили Сабату… мне пришлось прибегнуть к желанию джинна, чтобы привести шторы в порядок.

Он взял блокнот и ручку.

— Итак, как складываются ваши отношения теперь, когда туман страсти хотя бы частично рассеялся?

— Хорошо, — начал Родрик, затем посмотрел на Сабату; она кивнула, подтверждая его слова. — Хотя стало труднее находить, чем занять время.

— Наступило спокойствие, но теперь мы просто бродим по дворцу, не зная, чем себя занять, — добавила женщина.

— Чем вы занимались до знакомства друг с другом?

— Я был королевским рыцарем и принцем. Тренировался в фехтовании, верховой езде и других воинских навыках.

— А я долгое время находилась в плену у дракона. Обычно пела или ткала.

— Похоже, вам стоит вернуться к этим занятиям. А если они не вдохновят, советую проводить больше времени здесь — в Авалоне. Здесь множество увлечений и впечатлений. Например, Бескрайняя Библиотека — прекрасное место для начала.

— Не знаю… звучит немного скучно, — произнесла Сабата с сомнением.

— Думаю, лёгкая скука и спокойные ночи без похищений всё же лучше, любимая, — мягко возразил мужчина.

Она кивнула.

— С этим не поспоришь.

***

Вия грациозно устроилась на краю дивана, на мгновение занялась вылизыванием лапы и поправила диадему, прежде чем окончательно улечься. Сфинкс, как всегда, выглядела безупречно, и Джон снова задумался, как ей удаётся наносить тени на веки лапами.

— Спасибо, что смогли перенести сеанс. Понимаю, с вашей работой это непросто.

— Что есть в воде, но не намокает?

Джон улыбнулся, мысленно поблагодарив судьбу за недавнюю находку в Бескрайней Библиотеке — сборник «Тысяча и одна загадка», обнаруженный всего неделю назад.

— Возможно, для вас это пустяк, но я ценю усилия, — сказал он, устраиваясь в кресле и уже представляя, сколько времени уйдёт на вычёсывание золотистой шерсти с обивки. — Вам удалось сократить случаи спонтанных загадок прохожим?

— В основном да. Был лишь один эпизод: я остановила гоблина на перекрёстке, пока он не ответил, что тяжелее — килограмм перьев или килограмм железа.

— Не идеально, но прогресс редко бывает безупречным. Острые позывы всё ещё беспокоят?

Она покачала головой.

— По совету Сары — подруги из нашей игровой группы — я начала проводить пабные викторины через ночь в заведении «Гномье наслаждение».

— Это замечательно.

Психотерапевт знал, что Сара участвовала в нескольких кружках поддержки, но не подозревал о её знакомстве с Вией. Было приятно слышать, что она помогла. Тем не менее лёгкая тревога оставалась — он всё ещё переживал, оставляя группу под её присмотром на время отъезда.

— Всё проходит хорошо. Правда, я заметила, что многие тяжело переносят поражение в состоянии опьянения.

Мужчина пожал плечами.

— Увы, это универсальная проблема для всех рас Авалона.

***

— Оба послания от Валена и Урды оказались испещрены пятнами… и подозрительными разводами. Их смысл сводился к одному: приём отменяется. Судя по всему, они даже не пытались выбраться из общей постели, — сказала Андресса.

Джон тяжело вздохнул.

— Что ж, буду благодарен даже таким передышкам — хотя бы потому, что они являются результатом неудержимого влечения моих клиентов друг к другу.

Эту пару он всё же успел принять ещё раз: их откровенные, до мельчайших подробностей рассказы о проведённом времени звучали почти как гимн страсти. Он искренне хотел продолжить терапию, тревожась из-за их взаимной одержимости, но отправлять за ними стражу было бы явным перебором.

Джон откинулся в кресле и потёр воспалённые глаза. Отменённые встречи дали шанс перехватить что-нибудь съестное, но впереди по-прежнему тянулась череда приёмов — не говоря уже о ночных клиентах.

Внезапно по его щеке скользнул бархатистый кончик хвоста. Он открыл глаза: рядом стояла Андресса с дымящейся кружкой кофе. Психотерапевт благодарно улыбнулся, принял напиток и сделал щедрый глоток. Вкус оказался безупречным — именно таким, каким он любил.

— Знаешь, я ценю, что ты так стараешься, — сказала она с улыбкой. — Немногие смертные станут так надрываться ради поездки в Преисподнюю с девушкой.

Он пожал плечами.

— Ты того стоишь.

— Можно было просто отменить часть встреч. Зачем изматывать себя?

— Они тоже того стоят.

Джон поставил кружку и хотел вздохнуть, но кончик её хвоста мягко коснулся его подбородка, приподняв голову. Демоница наклонилась, и их губы встретились в медленном, усталом поцелуе. Он ответил с той же нежностью.

***

Кристоф встретил его безупречной улыбкой, едва Джон вошёл в кабинет. На нём были джинсы и футболка — резкий контраст с привычными здесь туниками и штанами-чулками. Этот выходец из другого мира сумел не только выжить в Авалоне, но и стать успешным авантюристом — редкое достижение.

Психотерапевт пожал ему руку и завершил приветствие лёгким полуобъятием.

— Кристоф, рад вас видеть. Не был уверен, что вы успеете.

У него была постоянная ежемесячная запись, но экспедиции редко позволяли приходить вовремя.

— И я рад, — ответил клиент, усаживаясь. — Услышал, что ты уезжаешь на несколько недель, и решил обязательно заглянуть. Правда, что направляешься в Преисподнюю? Мои визиты туда приятными не назовёшь: огонь, всевозможные черти, смерть — сплошной кошмар…

— В другую Преисподнюю. Если только весь прошлый год выстраивания отношений не был хитрой уловкой, чтобы заполучить мою душу, — Джон задумчиво постучал ручкой по подбородку. — Впрочем, сомневаюсь.

— Если вдруг так и окажется, я первым пересеку границу и вытащу тебя обратно.

— Я в этом не сомневаюсь, — сказал психотерапевт, беря блокнот. — Улучшилось ли у вас взаимопонимание с товарищами?

Клиент кивнул.

— Мы стали чаще бывать в Авалоне между вылазками и обмениваемся книгами из Бескрайней Библиотеки. Мы ещё не читаем друг друга как открытую книгу, но когда Иктисс упоминает Тысячехвостый Клубок, Гундарина шутит про Десять Тысяч Ступеней Бурндара, а я вставляю что-нибудь о Бэтмене, всем становится понятнее и веселее. К тому же я активнее посещаю собрания группы поддержки — это помогает.

— Рад слышать.

— Вообще, я пришёл не только ради душевного здоровья, — сказал он, доставая маленький синий шарик и протягивая его Джону. — На последнем задании я нашёл это.

Тот принял находку и внимательно её осмотрел. Поверхность была неоднородной — с зелёными и белыми вкраплениями.

— Это же Земля… — произнёс он, осторожно сжимая шарик в пальцах.

— Да. Билет в один конец — к месту, которое выберет владелец.

Психотерапевт кивнул. Он всегда думал, что прикосновение к подобным артефактам пробудит тоску по дому и желание воспользоваться ими самому. Однако этого не происходило — ни с лампой джинна, ни с мелом для межпространственных порталов, ни даже с очищенной обезьяньей лапкой. Он лишь радовался возможности помочь другим вернуться.

— Это поистине царский подарок. Обязательно передам его по назначению перед отъездом. Он рассчитан только на одного?

— На двоих. Или на троих, если они небольшого роста, — Кристоф протянул небольшой конверт. — Наш маг приложил инструкцию.

Джон принял конверт. Детей, которых обычно отправляли первыми, сейчас не было в списке приоритетов, поэтому следовало свериться с перечнем тех, кто нуждался в помощи больше остальных. Джейк Онаса занимал одно из первых мест: его реальность едва не разрушил синдром синего экрана. Однако могли появиться новые случаи, и психотерапевт всё ещё надеялся на реабилитацию Джейка. К тому же парень был высоким — возможно, разумнее отправить сразу троих миниатюрных людей. Как бы ни сложились обстоятельства, артефакт оказался бесценным приобретением.

***

Первым среди ночных клиентов появился Раду — он ворвался в окно кабинета вихрем летучих мышей. Вампир принял привычный облик: вязаные варежки с узором из крошечных мышей, такая же шапка и шарф; под ними виднелись чёрные кожаные штаны и шёлковая блуза.

— Раду, добро пожаловать.

— Здравствуй, — ответил вампир, слегка приподняв губы и обнажив клыки.

— Ценю, что вы нашли время для встречи сегодня.

— Без проблем. Вязальный кружок всё равно отменили — Гертруда и Белла уехали навещать внуков.

— Значит, вы по-прежнему посещаете рукодельные группы? Учитесь новому, обсуждаете хобби?

Раду кивнул; улыбка не сходила с его лица.

— О да. Хотя, признаюсь, удовольствие я получаю вовсе не от этого.

Интонация заставила Джона нахмуриться.

— От общения, полагаю?

Клиент рассмеялся.

— Ничуть! Я оказался среди кровожадных сплетниц, чьи души куда изощрённее и злее, чем в любом вампирском дворе, который я знал. Удивительно, что они до сих пор не выдрали друг другу волосы вязальными крючками.

Психотерапевт нахмурился ещё сильнее.

— Получается, вы лишь сменили обстановку, а сама игра осталась прежней... как и последние сто лет.

— Нет-нет. Здесь всё иначе. Они предлагают купить друг другу ткань — только чтобы намекнуть на бедность. Говорят, что внук «очень особенный», подразумевая глупца. Каждое слово звучит безупречно доброжелательно, но скрывает яд. Намёки и колкости мне знакомы, однако у них… иной вкус. Столько жестокости, скрытой под вежливостью. Это восхитительно.

Джон потёр переносицу.

— Я ожидал не такого результата, когда советовал вам это занятие. Но хотя бы тоска отступила?

— Ещё как! Уже сто лет не чувствовал себя настолько живым. Кстати…

Он порылся в складках плаща и достал свёрток зелёной ткани. Развернув его, он показал шарф, усыпанный жёлтыми, красными, фиолетовыми и синими цветами.

— Я связал его для тебя. Знаю, ты не берёшь плату, но подумал, что тебе понравится. Мои невесты обычно разбирают мои подарки, однако этот оттенок зелёного они ненавидят — поэтому он и уцелел.

Мужчина принял шарф, ощущая мягкость пряжи.

— Потрясающая работа. Благодарю.

— Пожалуйста.

Психотерапевт ещё миг рассматривал узор. Прогресс оказался не таким, как он рассчитывал… Но и этот результат он был готов принять.

***

Под конец долгого, изматывающего дня и ночи Джон вышел из кабинета и обнаружил Андрессу, уснувшую за своим столом. Он разбудил её лёгким поцелуем в щёку, и они, взявшись за руки, в усталом молчании направились к его квартире, где без сил рухнули в постель и проспали до самого утра.