Белое Гетто

Дождь не прекращался.

Он лил уже несколько часов подряд, превращая улицы белого города в грязные реки, смывающие с асфальта многолетнюю стерильность. Кайто шел, не разбирая дороги. Его ноги сами несли его вперед, прочь от всего, что он только что пережил.

Он не знал, куда идет. Это не имело значения.

Переулки становились уже, дома ниже, улицы грязнее. Он забрел в район, где никогда раньше не бывал — местное Гетто, окраина города, куда Собиратели заглядывали редко, разве что для подавления особо буйных всплесков.

Здесь жили те, кого «ЭСфера» считала отбросами. Те, чьи эмоции были слишком сильными, чтобы их можно было полностью контролировать, но слишком слабыми, чтобы представлять настоящую угрозу. Их просто оставили здесь, доживать свой век в тени белых небоскребов.

Сейчас этот район превратился в ад.

Кайто шел по улице, заваленной обломками. Справа от него взорвался мусорный бак — чья-то неконтролируемая ярость нашла выход в самом дешевом и доступном объекте. Слева из окна второго этажа вырывались языки пламени, и оттуда доносились душераздирающие крики. На перекрестке двое мужчин дрались до крови, их лица были искажены такой ненавистью, что они не замечали ничего вокруг.

Люди в ужасе метались по улицам. Женщина с ребенком на руках прижималась к стене, глядя на Кайто расширенными от страха глазами. Старик сидел прямо на тротуаре, обхватив голову руками, и раскачивался взад-вперед, бормоча что-то невнятное.

Кайто проходил мимо всего этого, не останавливаясь.

Его лицо оставалось бесстрастным. Черные глаза не отражали ни ужаса, ни сострадания. Он просто шел, как призрак, невидящий и невидимый.

Взрыв справа. Крик слева. Плач ребенка где-то в подворотне. Он не реагировал. Внутри него не осталось места для чужих эмоций — только ледяная пустота и одна-единственная мысль: «Где Рен? Где Сай?»

И вдруг — рывок.

Чья-то рука схватила его за шиворот и с невероятной силой дернула в сторону, в щель между двумя покосившимися зданиями. Кайто, застигнутый врасплох, не успел среагировать — его прижали к стене, а ладонь зажала рот.

— Тш-ш-ш-ш.

Шепот был резким, но в нем слышались знакомые нотки. Кайто замер, не сопротивляясь. Его глаза, привыкшие к темноте, пытались разглядеть лицо нападавшего.

Девушка. Короткие, ярко-желтые волосы, мокрые от дождя, прилипли к лицу. Глаза — розовые, такие яркие, что, казалось, светились в полумраке.

Ай.

Она не отпускала его, продолжая прижимать к стене, и смотрела куда-то поверх его плеча, на улицу, откуда они только что свернули.

Кайто проследил за ее взглядом и увидел.

Собиратели.

Отряд из десятка человек в белой форме двигался по улице, методично прочесывая район. Они не просто шли — они работали. Двое заходили в каждый дом, выволакивали жителей наружу, задавали вопросы. Когда ответы их не устраивали, в ход шли закаленные дубинки и электрошокеры.

Крик женщины, которую ударили по лицу, разнесся по улице. Мужчина, попытавшийся заступиться, рухнул на землю от удара в живот и остался лежать, скорчившись.

Кайто дернулся вперед, но рука Ай впилась в его плечо с неожиданной силой.

— Не смей, — прошептала она ему прямо в ухо. — Там их десять, а за ними придут еще. Ты ничего не изменишь, только себя убьешь.

Кайто сжал кулаки. Пустота внутри него на мгновение всколыхнулась, готовая выплеснуться наружу ледяным пламенем. Но Ай не отпускала. Она смотрела ему прямо в глаза, и в ее розовых зрачках читалось то, чего он не ожидал увидеть — понимание.

— Я знаю, — тихо сказала она. — Я знаю про Гарона. Я видела.

Эти слова прозвучали как удар под дых. Пустота внутри Кайто дрогнула.

Ай, убедившись, что отряд прошел мимо, медленно убрала руку с его рта. Она отступила на шаг, и тут произошло нечто, чего Кайто совсем не ожидал.

Она обняла его.

Крепко, по-настоящему, прижавшись всем телом и уткнувшись лицом ему в плечо. Ее плечи чуть вздрогнули, и Кайто почувствовал, как его мокрая форма намокает еще сильнее — от слез, которых Ай отчаянно пыталась не показывать.

— Дурак, — прошептала она куда-то в ткань его куртки. — Совсем дурак. Я думала, вы все… я думала, ты…

Она не договорила. Резко отстранилась, отвернулась, и Кайто увидел, как ее щеки заливает яркий румянец, заметный даже в полумраке переулка.

— В смысле, — ее голос снова стал язвительным, колючим, как и всегда, — если ты сейчас пойдешь и подставишься, я лично воскрешу тебя и убью снова. Понял?

Кайто смотрел на нее.

Смотрел на ее мокрые волосы, на ее упрямо вздернутый подбородок, на ее розовые глаза, в которых плескалась буря чувств, которые она отчаянно пыталась скрыть за маской агрессии.

И вдруг, впервые за последние часы, уголки его губ дрогнули. Медленно, неуверенно, словно разучившийся это делать, он улыбнулся.

Не той широкой, дурашливой улыбкой, которой он всегда встречал мир. Тихой, грустной, но настоящей.

— Ты жива, — сказал он, и его голос впервые за долгое время прозвучал не ледяным эхом, а человеческим, теплым шепотом. — Ты жива, Ай.

Ай моргнула, явно не ожидая такого. Ее щеки вспыхнули еще ярче.

— Конечно, жива, — буркнула она, отводя взгляд. — Не так-то просто убить меня, знаешь ли. Я вообще-то…

— Я рад, — перебил Кайто.

Ай замолчала. В переулке повисла тишина, нарушаемая только шумом дождя и далекими криками с улицы.

— Идем, — наконец сказала она, беря себя в руки. Ее голос снова стал деловым, собранным. — Здесь оставаться нельзя. Ты видел, что творится? Это только начало. Купол рухнул, эмоции выходят из-под контроля у всех подряд, «ЭСфера» сходит с ума и пытается заткнуть дыры руками, которые еще держатся. Если мы не подготовимся, всех нас сожрут собственные чувства или перебьют собиратели.

Она протянула ему руку.

— Идем. Я знаю, где можно переждать и придумать план. Тот придурок и наша маленькая сенсорная девочка уже там.

— Рю? Юна? — в голосе Кайто мелькнула надежда.

— А ты думал, мы все разбежались кто куда? — фыркнула Ай. — Нет уж. Мы теперь команда. Бывшая «Валькирия» и… ну, ты.

Она схватила его за руку и потащила за собой в глубину переулка, лавируя между грудами мусора и разрушенными стенами.

Они пробирались через узкие проходы, перелезали через завалы, пережидали в тени, когда мимо проходили очередные патрули. Ай двигалась уверенно, явно зная этот район как свои пять пальцев. Кайто просто следовал за ней, позволяя вести себя, и впервые за долгое время чувствуя, что он не один.

Дорога заняла почти час. Они обошли три засады, дважды прятались в подвалах от прочесывающих отрядов и один раз чуть не нарвались на группу мародеров, которые, пользуясь хаосом, грабили разбитые магазины. Ай каждый раз находила путь, шептала короткие команды, и они проскальзывали, как тени.

Наконец они остановились перед зданием, которое когда-то было, судя по вывеске, баром или небольшим рестораном. Теперь оно представляло собой жалкое зрелище: фасад обвалился, окна выбиты, крыша местами провалилась. Груда обломков у входа казалась непреодолимой.

— Сюда, — Ай подошла к стене и, покопавшись в мусоре, нажала на что-то невидимое. Часть обломков бесшумно сдвинулась, открывая узкий лаз.

Кайто полез первым. Внутри было темно, но через пару метров проход расширился, и он оказался в довольно просторном помещении.

Это был бар.

Бывший бар. Настоящий, старомодный, с деревянной стойкой, высокими стульями и рядами пустых полок за спиной бармена. Пахло пылью, плесенью и еще чем-то, отдаленно напоминающим кофе. Где-то в углу горела тусклая лампа, питающаяся от древнего генератора — его тихое урчание создавало иллюзию уюта.

За стойкой, на высоких стульях, сидели двое.

Огромный, как скала, Рю — его мощная фигура занимала сразу два стула, и он задумчиво вертел в пальцах пустую кружку. Рядом с ним, почти теряясь на фоне его габаритов, сидела Юна, поджав под себя ноги и уткнувшись в планшет, который чудом работал.

При звуке шагов оба подняли головы.

— Ай? — голос Рю прозвучал глухо, но в нем слышалось облегчение. — Ты вернулась. Мы уже…

Он осекся, увидев, кто идет за ней.

— Кайто… — выдохнула Юна. Ее глаза, и без того огромные, расширились до невозможных размеров. Планшет выскользнул из рук и с глухим стуком упал на пол, но она не обратила на это внимания. — Ты… ты живой!

Рю медленно поднялся. Его лицо, обычно непроницаемое, сейчас выражало сложную гамму чувств — облегчение, тревогу, и что-то похожее на вину.

— Кагами, — кивнул он. — Мы слышали… про Гарона. Соболезную.

Кайто молчал. Имя Гарона снова полоснуло по сердцу, но он заставил себя кивнуть в ответ.

— Я привела к нам еще одного! — громко объявила Ай, пытаясь разрядить атмосферу. — Так что давайте подвиньтесь, теперь нас четверо.

Юна спрыгнула со стула и подбежала к Кайто. На мгновение она замерла, не решаясь, а потом обняла его за талию, уткнувшись лицом в мокрую куртку.

— Хорошо, что ты здесь, — прошептала она. — Мы так боялись… за всех вас.

Рю подошел и просто положил свою тяжелую ладонь на плечо Кайто. В этом жесте было больше поддержки, чем в любых словах.

Кайто оглядел их. Ай, с ее вечно колючим взглядом, за которым пряталась искренняя забота. Рю, молчаливый и надежный, как скала. Юна, маленькая и трепетная, но с невероятной внутренней силой, которая позволяла ей видеть то, чего не видели другие.

Они были здесь. Живые. Целые. Ждали.

В груди Кайто что-то дрогнуло. Ледяная корка, сковавшая сердце после смерти Гарона, дала трещину. Небольшую, но достаточную, чтобы через нее пробилось тепло.

— Теперь все в порядке, — сказал он, и его голос, хоть и тихий, прозвучал твердо. — Я здесь.

Ай фыркнула, скрестив руки на груди.

— Ну слава богу, а то мы уж думали, что ты там решил стать героем-одиночкой и погибнуть красиво. У нас таких героев уже хватает, спасибо.

— Ай, — мягко упрекнула Юна.

— Что? Я правду говорю! — Ай тряхнула мокрыми волосами. — Рен этот… дурак белобрысый, куда он полез? Разрушить Купол — это, конечно, круто, но где он теперь? Снова в коме? В бегах? С ним вечно так — сначала делает, потом думает.

Кайто поймал себя на том, что уголки его губ снова дрожат в попытке улыбнуться. Язвительность Ай, ее вечная манера прикрывать заботу агрессией — это было настолько знакомо, настолько по-человечески, что боль внутри чуть-чуть отпустила.

— Рен не дурак, — тихо сказал он. — Он сделал то, что должен был. И мы… мы закончим то, что он начал.

Все трое посмотрели на него.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Рю.

Кайто сделал шаг вперед и сел на один из стульев у стойки. Его глаза, все еще темные, но уже с заметными проблесками изумрудного, обвели собравшихся.

— «ЭСфера» не остановится, — сказал он. — Рейто не остановится. Они будут охотиться на Рена, на нас, на всех, кто знает правду. Мы видели, что они сделали с Гароном. Мы видели, как они пытали людей на улицах. И мы не можем просто сидеть и ждать, пока нас перебьют поодиночке.

— Ты предлагаешь воевать? — Ай подошла ближе, ее розовые глаза сузились. — В открытую? Против всей «ЭСферы»? Нас четверо, Кайто.

— Не в открытую, — покачал головой Кайто. — Но воевать. Собирать информацию. Искать союзников. Тех, кто не верит им. Тех, кто тоже пострадал. Таких людей сейчас много, вы сами видели, что творится на улицах.

Он обвел взглядом каждого из них.

— Я обещаю. Мы найдем Рена. Мы найдем Сай. И мы закончим это. Вместе. Как команда.

Повисла тишина. Слышно было только урчание генератора и далекие, приглушенные расстоянием крики с улицы.

Первой не выдержала Ай.

— Ну наконец-то, — сказала она, и в ее голосе не было язвительности. Только усталое, но искреннее облегчение. — А то я уж думала, мы тут просто в прятки играть собрались.

Она протянула руку.

Рю положил свою огромную ладонь поверх ее. Юна, чуть помедлив, добавила свою маленькую ручку сверху.

Кайто посмотрел на них, на эту странную, разношерстную команду, собравшуюся в пыльном, полуразрушенном баре на окраине ада. Он глубоко вдохнул и накрыл их руки своей.

Четыре ладони, четыре эмоции, четыре судьбы, сплетенные в один узел.

— Команда «Феникс», — тихо сказал Кайто. — Новый состав. Старая цель.

И впервые за весь этот долгий, кровавый день, в его глазах зажегся настоящий, живой свет.