Цена Неба
Тишина длилась одно мгновение.
А потом Купол треснул.
Звук был нечеловеческим — визг разрываемого металла, смешанный с хрустальным звоном миллиардов осколков. Они разбегались во все стороны, как паучья сеть.
Рен висел в центре этого апокалипсиса.
Его тело, измождённое до предела, всё ещё было окутано остатками алой материи. Она истончалась, рассыпалась багровыми искрами, но он был там. Он сделал это.
И в следующий миг Купол взорвался.
Ослепительная вспышка белого, а затем — тьма. Настоящая, живая, бездонная тьма настоящего неба обрушилась на город, и вместе с ней — вода.
Дождь.
Он обрушился на город. Тяжёлые, холодные струи хлынули в разрыв, затапливая улицы, хлестая по лицам, смешиваясь с кровью и грязью. Люди закричали — не от боли, а от ужаса и восторга. Они никогда не видели такого.
Рен падал.
Его тело, лишённое сил, камнем рухнуло вниз, в этот водопад, в этот хаос. Алая материя окончательно погасла, оставив лишь слабый багровый шлейф. Он исчез в толпе, в дыму, в потоках воды, прежде чем кто-либо успел его поймать.
---
Рейто смотрел в небо.
Он стоял на самой верхней площадке штаб-квартиры, куда только что поднялся. Его рука всё ещё была поднята, пальцы всё ещё хранили тепло сконцентрированного солнечного луча, который он выпустил — и промахнулся.
Он смотрел в дыру.
В чёрную, мокрую, живую дыру, где раньше был его мир. Его идеальный, белый, контролируемый мир.
Капли дождя падали на его идеально уложенные волосы, стекали по лицу, заливали глаза. Он не моргал. Он не мог.
В его голове зазвучали голоса. Старые, забытые, вытесненные годами абсолютной власти.
«Ты должен защищать их, Рейто. Ты сильнее всех».
«Без тебя они погибнут. Без тебя мир утонет в хаосе».
«Контроль — это милосердие. Порядок — это спасение».
«ТЫ ДОЛЖЕН!»
Голоса накладывались друг на друга, превращаясь в оглушительный хор, в какофонию, разрывающую череп изнутри.
Колени Рейто подкосились.
Он рухнул на мокрый пол площадки, не чувствуя боли от удара. Его руки, ещё минуту назад готовые испепелить всё живое, безвольно повисли. Он смотрел в небо, в эту чёрную бездну, и в его глазах, похожих на два маленьких солнца, впервые появилось то, чего там никогда не было.
Смятение.
— Что… — прошептал он. — Что мне теперь… делать?
Никто не ответил. Только дождь, безжалостный и равнодушный, продолжал поливать его, смывая с идеального лица остатки величия.
---
Площадь внизу превратилась в хаос.
Собиратели, только что гнавшиеся за Реном, замерли, задрав головы. Оружие выпадало из рук. Барьеры гасли. Кто-то кричал, кто-то смеялся, кто-то просто стоял, раскрыв рот, ловя губами холодные, солёные капли.
Дождь.
Настоящий дождь.
Они знали о нём только из старых записей, из легенд, которые считали сказками. И вот он был здесь, хлестал по лицу, промачивал форму до нитки, заставлял дрожать от холода.
В центре этого хаоса, на коленях, сидел Кайто.
Он не замечал дождя. Не замечал криков. Не замечал ничего, кроме тяжести в своих руках.
Гарон.
Ветеран, спасший их в бою со Змеем. Тот, кто учил их, предупреждал, помогал втайне. Тот, кто нёс в себе правду, запертую ментальными блоками.
Кайто сжимал его тело, прижимал к груди, чувствуя, как тепло жизни покидает его, как дождь смешивается со слезами, текущими по его лицу.
— За что… — прошептал он, глядя в мёртвое, но такое спокойное лицо Гарона. — За что ты… почему…
Ответа не было. Только дождь. Только холод.
И вдруг — голос. Усиленный динамиками, разрезающий шум ливня.
— «Внимание всем собирателям!»
Голос Рейто. Но в нём не было прежней уверенности. В нём звенели истерические нотки, которые никто никогда не слышал.
— «Собиратель Рен Миёри объявляется врагом №1. Уничтожить при встрече без предупреждения ».
Пауза. Треск помех.
— «Собирателей Кайто Кагами и Сай Хосино — задержать как сообщников. Немедленно!. Это мой прямой приказ!».
Кайто поднял голову.
Дождь хлестал по его лицу, но он не чувствовал холода. Он слышал только одно слово: «задержать». Он сжимал тело человека, который умер, потому что система не позволяла ему говорить правду. И эта же система теперь называла его преступником.
Он медленно, очень медленно, опустил тело Гарона на мокрый асфальт. Его руки дрожали от сдерживаемой ярости.
Он встал.
Мокрая форма облепила его тело. Тёмные волосы прилипли ко лбу. И когда он повернулся, те, кто успел приблизиться, увидели его лицо и замерли.
Зелёных глаз больше не было.
Точнее, они были. Но в них не осталось ни искры того веселья, той дурашливости, того тепла, что всегда отличало Кайто Кагами. В них горело нечто иное. Холодное. Тяжёлое. Смертельное.
Никто из окружавших его Собирателей не сделал ни шагу. Два десятка человек, вооружённых, обученных, стояли в круге и не решались приблизиться к одному парню, сжимающему пустые кулаки.
Кайто обвёл их взглядом. Медленно. По очереди.
— Ну, — его голос был тихим, почти спокойным, но от этого спокойствия веяло могильным холодом. — Кто первый?
Никто не шелохнулся.
В этот момент, где-то в хаосе разрушенной площади, фиолетовая вспышка на мгновение осветила переулок. Сай, зажимая рану на боку, скользнула в тень. Её глаза горели, но она не останавливалась. Она нырнула в проход между зданиями, и дождь мгновенно смыл её следы.
Её искали. Но в этом хаосе, в этом аду, найти того, кто не хочет быть найденным, было почти невозможно.
А где-то в толпе, под грудой обломков, у самого края площади, лежал Рен. Без сознания. Без сил. Без защиты.
Дождь заливал его лицо, смывал кровь с разбитых губ. Шрам на шее пульсировал слабым багровым светом, последним отголоском силы, сжёгшей себя до дна. Он был жив. Но надолго ли?
Город, впервые за десятилетия ощутивший на себе настоящий дождь, захлёбывался в хаосе. Купол пал. Старый мир рухнул. И в этом новом, мокром, тёмном мире трое друзей оказались по разные стороны баррикад.