Красное на чёрном

Они приближались. С жалобным, механическим скрежетом, будто сломанные машины, пытающиеся вспомнить, как быть людьми. В их искажённых чертах Рен видел остатки лиц: напряжённый лоб Ток, мигающее, как экран, пятно на месте лица Миры, угловатые тени, повторяющие контуры Кая. И из этой мешанины боли и проводов доносился хриплый, раздвоенный голос, похожий на наложение голосов всех троих:

«Бе…ги… Рен… Они… знают… Это… ловуш…ка…»

Рен не сдвинулся с места. Слёзы текли по его грязным щекам, смешиваясь с потом. Он не мог бежать. Не от этого.

— Простите… — прошептал он. — Я… я не хотел…

Один из монстров, тот, что был похож на Тока, сделал резкое движение. Из его массы выстрелил обломок арматуры, обёрнутый чёрной слизью. Рен инстинктивно отпрыгнул, но острая грань чиркнула его по щеке, оставив тонкую, горящую линию. Боль была острой и ясной.

Другой, бывшая Мира, испустила пронзительный, ультразвуковой визг. Волна дезориентации ударила Рена в голову. Он пошатнулся, зажав уши. В этот момент тенеподобный Кай скользнул по земле и ударил его чем-то острым и холодным в предплечье. Кровь брызнула на грязный пол.

Боль. Страх. Бессилие. Они смешались в коктейль, который поднялся из желудка к горлу. И что-то в Рене… щёлкнуло.

Всё, что было потом, он помнил смутно, как в лихорадочном бреду. Его сознание словно отступило, уступив место чему-то древнему, базовому, животному. Алый свет не просто окутал его — он взорвался изнутри. Он не формировал кнуты или клинки. Его тело само стало оружием.

С криком, в котором не было ни слова, только чистый рёв, он рванулся вперёд. Алые щупальца вырвались из его спины, рук, даже из ран, сшивая плоть и превращаясь в свирепые, режущие ленты. Он не дрался. Он разрывал. Вспарывал чёрную слизь, ломал провода, дробил обломки, из которых состояли эти существа. Он двигался с нечеловеческой скоростью и яростью, не думая о защите, только об уничтожении угрозы, боли, этого кошмара. Это была не техника Собирателя. Это была бойня дикого зверя, загнанного в угол.

Скребущие звуки, хруст, последние хрипы. И тишина.

Рен стоял, тяжело дыша, в центре разбросанных, обездвиженных останков. Вся его больничная одежда была пропитана чёрной слизью и его собственной кровью, которая странно светилась в темноте. Свежие раны на лице и руке пульсировали. В его глазах не было триумфа. Только пустота и леденящее недоумение. Что это было? Кто это сделал?

Его взгляд упал на то, что осталось от Тока. Среди обломков и слизи из разрушенного ушного проёма торчал маленький, чёрный, цилиндрический предмет, размером с рисовое зёрнышко. Не наушник. Маячок-трекер. Вживлённый. Его нельзя было просто так снять. Рен, всё ещё дрожа, подобрал его. Металл был холодным.

Он выбрался из здания, едва держась на ногах. Холодный воздух обжёг лёгкие. И тогда он увидел их.

Площадь перед стройкой была окружена десятками Собирателей в полной экипировке, их оружие направлено на него. Среди них — Сай и Кайто, их лица были бледными масками, а глаза полными ужаса и непонимания. Рядом с ними стояла Ай, сжав планшет так, что её пальцы побелели. А впереди всех, небрежно скрестив руки, стоял Рейто. Его жёлтые, солнечные глаза холодно оценивали Рена, с ног до головы, будто изучая интересный, но испачканный экземпляр.

— Объект Омега-01, — раздался его ровный, леденящий голос. — Нарушение режима, повреждение имущества «ЭСферы», применение силы в населённом секторе. Время игр окончено. Сдайся.

Рен ничего не ответил. Он просто стоял, сжимая в кулаке окровавленный маячок, и смотрел на Сай и Кайто. Он видел боль в их глазах. Боль от того, кем он стал.

И тут из-за строя Собирателей шагнул вперёд Гарон. Его массивная фигура встала между Реном и стволами оружия.

— Отставить, — его голос прокатился громовым раскатом. — Операция завершена. Угроза ликвидирована.

Все, включая Рейто, повернулись к нему.

— Какая операция, Гарон? — спросил Рейто, даже не моргнув.

— Спецзадание по зачистке остатков нестабильной группы «Призраки», — невозмутимо ответил Гарон. Он указал большим пальцем на здание за спиной Рена. — Данные об их местонахождении и склонности к насилию поступили ко мне. Я направил для ликвидации ближайший доступный актив — его. — Он кивнул на Рена. — Протокол «Тихий клинок». Всё по уставу. Домашний арест был прикрытием для маскировки. Он выполнил приказ. Если есть вопросы по методам — все претензии ко мне. Я готов понести дисциплинарное наказание за превышение допустимого уровня разрушений.

В воздухе повисла тяжёлая пауза. Рейто смотрел то на Гарона, то на Рена. Его жёлтые глаза казались ещё ярче. Он прекрасно понимал, что это наглая ложь. Но Гарон был ветераном, героем, и его слово что-то значило. Публичный конфликт с ним из-за одного, пусть и аномального, юнца мог быть невыгоден.

Наконец, Рейто слегка, почти невежливо, кивнул.

— Твоя ответственность, командир. Разберись с последствиями. И со своим… «активом». — Он бросил последний взгляд на Рена, полный немого обещания: «Это не конец». И, развернувшись, ушёл, его охрана последовала за ним.

Напряжение спало. Кайто сделал шаг к Рену, но Сай легонько остановила его. Гарон подошёл к Рену вплотную, его лицо было каменным.

— Идем домой. Ты ещё жив только потому, что я должен кое-кому старый долг. Больше таких прикрытий не будет.

Рена, молча и без эмоций, погрузили в транспорт. Сай и Кайто смотрели ему вслед, не в силах найти слов.

—-

Его доставили в свою комнату в. Дверь закрылась. Рен сел на кровать. Всё его тело дрожало. Он смотрел на свои окровавленные, но уже чистые руки. На них не было ни ран, ни ссадин — алая материя затянула всё, оставив лишь гладкую кожу и память о боли.

Он поднял взгляд на своё отражение в тёмном окне. Тот, кто смотрел на него в отражении, был незнакомцем. Глаза пустые. Лицо в синяках и грязи. Внутри — чёрная дыра.

Кто я? — пронеслось в голове. Собиратель? Жертва? Оружие?

Тот, кто был в нём сегодня, в той бойне… это был не он. Это было что-то дикое, инстинктивное, чудовищное. Его сила, но не под его контролем.

Он посмотрел на чёрный маячок, зажатый в ладони. Крошечный кусочек доказательства. И на свою руку, которая могла его раздавить в пыль.

Крыша окончательно поехала. Он сидел в центре идеально белой, тихой комнаты, и чувствовал, как трещины расходятся по его собственному разуму. Он больше не знал, где заканчивается Рен и начинается монстр, созданный «ЭСферой». И самое страшное было то, что, возможно, разницы уже не существовало.

КОНЕЦ 2 ТОМА