Предложение, от которого нельзя отказаться

Ночь. Рен лежал в своей койке, уставившись в потолок, но видел не белую штукатурку, а черные, вязкие волны «Загрязненной Тоски». В тишине комнаты слышался лишь далекий гул города за окном. Но внутри у Рена стоял гул иного рода — гул чужой боли, ворвавшейся в него в «Деметре».

Он чувствовал холод металла на щеке. Чуял химический запах. Слышал жужжание. Это были не воспоминания — это были призрачные ощущения, впившиеся в его нервную систему. Грудь сжало. Дыхание стало коротким, прерывистым, пальцы вцепились в простыню. Он попытался думать о чем-то другом — о завтрашней тренировке, о шутках Кайто, о спокойном взгляде Сай. Но чужое отчаяние было сильнее, накатывая волной тошноты и леденящего страха. Паническая атака. Он скрючился, зажав ладонью рот, чтобы не издать звука, и просто ждал, пока это пройдет. Прошло минут десять. Оставив после себя опустошение и липкий пот. И одну четкую мысль: он больше не может оставаться в неведении. Завтра. Ответы.

—-

День выдался скучным и серым, как и большинство дней работы Собирателя. Патруль по тихому жилому сектору. Кайто, как обычно, пытался разрядить обстановку анекдотами, но его шутки повисали в воздухе. Рен шел молча, его взгляд был остекленевшим и направленным куда-то внутрь себя. Он машинально отмечал маршрут, но мысли были далеко.

— Ты похож на того слизня, которого мы утром утилизировали, — не выдержал Кайто, хлопнув Рена по плечу. — Только менее бодрый. Тебе спать нужно, а не патрулировать.

— Со мной всё в порядке, — буркнул Рен, даже не повернув головы.

Сай шла немного позади, наблюдая. Она видела тремор в его пальцах, неестественную скованность в плечах. Видела, как его взгляд, обычно живой и цепкий, теперь скользил по окружению, ничего не видя. Это была не усталость. Это было истощение. Душевное. Она молча сжала кулак.

—-

23:00. Рен, оставив в комнате спящего Кайто и увернувшись от любых возможных камер, как тень скользнул по служебным лестницам на крышу старого коммуникационного центра «Орион». Ветер на высоте был сильнее и холоднее. Под ногами шуршала мелкая гравийная засыпка, а над головой сияли звезды.

Кай уже ждал. Он стоял спиной к нему, его силуэт был неподвижен. Рен подошел ближе.

— Ты пришел, — констатировал Кай. — Значит, боль была убедительнее слов.

— Что это было? — голос Рена прозвучал хрипло. Он не стал тратить время на предисловия. — В «Деметре». Та боль… эти обрывки. Это чьи-то воспоминания?

— Осколки, — поправил Кай. — «Загрязненная Тоска» — это не просто дикое чувство. Это побочный продукт. Психо-эмоциональные отходы от экспериментов «ЭСферы» над людьми. Тех самых, кого они находят с «нестабильными» способностями. Их не лечат. Их тестируют. Стимулируют эмоции, наблюдают за реакцией силы, а потом… сбрасывают излишки, как шлак. То, до чего ты дотронулся, было сгустком выброшенной чужой агонии.

Рен почувствовал, как его снова начинает тошнить.

— А код «Сбор»? Устройство на руке?

— Для отбора проб. Их интересует не уничтожение, а изучение. Они создают банк эмоций. Им нужна чистая, концентрированная «тоска», «страх», «ярость». Для чего — не знаю. Но архив, где хранятся все данные по этим экспериментам и по таким, как ты, есть.

— Как я? — Рен шагнул вперед. — С особой меткой. Со шрамом. Ты — не случайность, Рен. Возможно, ты самая важная вещь в их коллекции. В архиве лежат ответы. О твоем прошлом. О твоем отце.

Ветер выл, забираясь под куртку. Рен стоял, сжимая кулаки. Все сходилось. Ужасно, чудовищно, но сходилось.

— Что ты предлагаешь? — спросил он, уже зная ответ.

— Я предлагаю не бегать от правды, а взять ее. Самому, — Кай достал из кармана плоский чип. — Это ключ. Одноразовый, самоликвидирующийся. В ближайшую среду, в 02:00, на нижних уровнях будет плановое отключение энергии на 40 минут для техобслуживания систем. Системы безопасности архивного блока перейдут на резервные батареи. На 90 секунд. Ровно столько, чтобы этот чип смог обойти протокол идентификации и открыть дверь в центральный зал серверов. Дальше — дело за твоей скоростью и решимостью. Считай данные. Сбрось их на этот накопитель. — Он протянул второй, крошечный девайс.

— А ты?

— Моя задача — обеспечить тебе окно и отвлечь внимание, если что-то пойдет не так. После этого… ты сам решаешь, что делать с этой правдой. Скрыть. Уничтожить. Или обрушить всю эту гнилую систему к чертям.

Рен взял оба устройства. Они были холодными и тяжелыми невесомыми.

— Почему я должен тебе верить? Это может быть ловушка.

— Может, — Кай пожал плечами. — Но у тебя есть выбор? Ждать, пока они придут за тобой или за твоими друзьями. Или нанести удар первым, пока знаешь, куда бить? Среда. 02:00. Координаты будут на чипе. Решай.

Не дожидаясь ответа, Кай развернулся и растворился в тени.

Рен остался один на крыше, с холодным чипом в руке и еще более холодной решимостью в сердце. Путь назад был окончательно стерт. Впереди был только архив, полный кошмаров, и шаг в самую гущу тьмы, которую зовут «ЭСферой».