Ветвь Катчуа (Часть первая)

1

Шёл четвёртый день тренировок.

Карс стоял напротив Дориатессы. Он занял защитную стойку, слегка выставив вперёд правую руку, в которой сжимал меч.

— Хм... — Задумчиво выдохнул Бард.

Он увидел брешь в обороне Карса со стороны его правого плеча.

Карс ни разу не допускал в своей защите настолько очевидного изъяна. Скорее всего, сейчас он сделал это намеренно.

"Вот так легко провоцировать противника на атаку в определённую часть тела... Насколько же он может быть хорош?"

Дориатесса держала свой меч в средней стойке, направив его острие на противника и слегка покачивая им.

Так она готовилась к атаке, стараясь не дать Карсу понять, куда именно нанесёт удар.

После этого она начинала двигаться вперёд, резко шагая и делая выпад в его сторону.

Если первый удар не попадал в цель, она стремительно наносила ещё несколько ударов.

В каждый из них она вкладывала всю свою силу, и каждый из них был очень быстрым, так как она была довольно ловкой.

Кем бы ни был её учитель, похоже, он прекрасно понял её слабые стороны, а потому обучал её так, чтобы раскрыть её силу.

Её клинок прекрасно подходил к тому стилю боя, который она использовала.

Несмотря на то, что этот магический меч ей дали лишь для охоты на монстра, похоже, она и до этого предпочитала подобное оружие.

Её меч, носящий имя Дева Ночи, обладал тонким но прочным клинком, и внешне напоминал мечи для колющих ударов, но, в отличие от них, у него заточено было не только острие но и лезвие.

Были времена, когда подобные мечи были очень широко распространены, но с развитием кузнечного дела и появлением полноценных рыцарских лат они почти полностью пропали с полей сражений.

Во-первых, легче было обучить рыцаря владению двуручным мечом, способным нанести серьёзную травму даже через доспехи.

Во-вторых, шансов пробить выпадом прочный доспех рыцаря было немного даже у настоящих мастеров подобного оружия. Нужно было выжидать удачного момента для атаки, что давало противнику возможность легко контратаковать.

В настоящее время из колющего оружия широко распространены лишь кинжалы, которые используют, чтобы добить упавших рыцарей через стыки в броне или прорези в забрале.

Лезвие на подобном мече не даст его рубящим атакам сравниться с аналогичными атаками обычного клинка, и лишь сделает его более хрупким.

Однако, этот магический меч был невероятно прочным, а его необычайная острота делала его чрезвычайно опасным оружием.

Вероятно, таким мечом можно было пробить полноценные латы.

Скорее всего, именно из-за существования подобных клинков, во время турнира использование собственного оружия запрещено.

Дориатесса шагнула вперёд правой ногой, сократив дистанцию и сделав стремительный выпад. Её скорость впечатляла.

Её атака, однако, на этом закончилась.

Карс отразил её удар, уведя его в сторону.

Дориатесса оступилась, оказавшись полностью открытой перед ним.

Она побледнела, но Карс не стал атаковать. Он убрал меч в ножны и пошёл прочь, устроившись на своём любимом камне у озера.

Понимая, что она вновь не справилась, Дориатесса повесила голову и пошла отрабатывать удары самостоятельно.

Кажется, все её мысли были именно о той неудаче.

За завтракам она тихо произнесла, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Что же я сделала не так?

— Хм? Разве дело не в том, что ты не ударила туда, куда он показывал? — Ответил ей Джуручага.

Дориатесса удивлённо посмотрела на него.

Бард тоже был удивлён.

Джуручага, который ни разу не участвовал в сражениях, заметил брешь в защите Карса.

После завтрака вновь началась тренировка.

Дориатесса внимательно следила за Карсом и нанесла удар в тот момент, когда заметила брешь в его обороне.

Он отразил её удар, но сразу же вновь открылся.

Иными словами он говорил, что она хорошо справлялась.

Она продолжала внимательно следить за ним, используя каждую открывавшуюся возможность для атаки.

В начале следующего дня тренировок Карс вновь дал ей возможность воспользоваться брешью в его защите, после чего повернулся в сторону и ударил по воздуху.

Это была техника, позволявшая ему нанести стремительный выпад прямо из средней стойки.

Без всяких сомнений, он показывал ей, как нужно бить.

По всей видимости Карс решил, что этот приём поможет ей как следует применить её гибкость и необычную ловкость.

Дориатесса поклонилась Карсу, вновь ушедшему отдыхать на камне, после чего начала отрабатывать показанный удар, атакуя воздух.

Она прекрасно имитировала движения Карса, но у Барда было ощущение, будто что-то не так.

И вновь решение проблемы пришло со стороны Джуручаги:

— Всё не совсем так, Дора.

— И что же именно не так?

— Карс... Он не просто бил по воздуху, он представлял противника, который открылся, и наносил точный удар.

"Верно." - подумал Бард.

Дориатесса согласно кивнула, и возобновила тренировку.

Теперь острие её меча било с точностью и силой, которых не было раньше.

Когда Дориатесса показала, что способна атаковать как следует, Карс начал демонстрировать ей одну брешь в защите за другой, давая шанс практиковаться.

Иногда он внезапно менял брешь прямо перед самым ударом, заставляя её действовать быстрее.

Тренировки продолжались, нужно было, чтобы она могла заметить брешь в защите противника и ударить туда даже не задумываясь.

2

Дориатесса пошла принять ежедневную ванну.

Сперва она отходила мыться за камни, но поскольку ей было завидно, что остальные могут свободно плавать в озерце у водопада, начала купаться и плавать ниже по течению.

Все держались как можно дальше оттуда, когда она уходила мыться.

Бард заметил, что когда Дориатесса уходила плавать, Карс или Джуручага старались находиться рядом с озером.

Если с Дориатессой что-то случится, они смогут это услышать и бросятся ей на помощь.

В этом отношении они были весьма внимательны.

Они пришли к этому совершенно естественно и даже не договаривались заранее. Это могло означать, что они прекрасно поладили друг с другом.

В настоящее время Карс лежал на камне у озера.

Джуручага был занят. Гордон Заркос учил его читать и писать.

Гордон решил заняться этим, когда узнал, что Джуручага способен написать и прочитать лишь собственное имя.

У Джуручаги была прекрасная память, благодаря чему он очень быстро учился.

Затем до них донёсся крик Дориатессы.

Карс бросился к ней.

К тому моменту, как Бард прибыл на место, инцидент был исчерпан.

Оказалось, когда Дориатесса собиралась выйти на берег, появился волк.

Карс отогнал его даже не обнажив меч. Хватило одного его тяжёлого взгляда.

"Какой же он интересный человек" - вновь подумал Бард.

Карс с лёгкостью убивал людей, но никогда не отнимал жизни животных, если в этом не было необходимости.

С того дня Дориатесса начала купаться в безопасном озере у водопада, причём плавала совершенно без одежды.

По её словам, любая одежда портила ощущение свежести от купания.

Это, конечно, правда, но было очень странно слышать подобное от дворянки.

С другой стороны дворян же переодевают слуги, так что они часто оказываются перед другими людьми без одежды.

Сперва Бард не знал, куда смотреть, но вскоре привык.

Он решил думать о ней как о купающейся лесной фее.

Он старался не пялиться, но иногда его взгляд всё же падал на неё.

Грудь Дориатессы была довольно большой, и имела очень красивую форму. Бледно-розовые соски казались столь же яркими, как плоды Йуфу, сверкающие на солнце.

Светлая кожа её обнажённого тела в лазурных водах озера дарила ощущение какой-то мистической красоты.

Если бы он её не знал, точно решил бы, что она фея.

Позже от неё он узнал, что тогда она и сама думала о Барде и его спутниках как о лесных божествах.

Прекрасное место, словно оторванное от реальности, которое позволяло им думать так, как они сами хотели.

В тот момент она даже не осознавала до конца, почему именно ей настолько приятно тут находиться.

Плавая в озере у водопада она сбросила не только всю одежду.

Латы, созданные настоящим мастером специально для неё.

Изысканный магический меч.

Статус дворянки и дочери знатной Семьи империи.

Обязанности, ограничения, чужие ожидания.

Она могла отбросить всё это и просто жить тут, свободная, словно птица или дикий зверь.

Можно сказать, что это единение с природой было своего рода ритуалом её перерождения, о котором она неосознанно начала мечтать в тот момент, когда увидела рождение Карса Лоэна.

В тот момент там, у подножия водопада, Бард, Гордон, Джуручага, Карс и Дориатесса обрели сильнейшие узы, словно благословлённые самими богами.

3

— Дядюшка, я бы хотел с вами сразиться. — Сказал Гордон.

Вдохновлённый тренировками Дориатессы, он начал просить Барда о поединке почти каждый день.

Без особой радости, Бард, в конце концов, согласился.

Последние бои показали, что былая неуклюжесть Гордона в обращении с молотом полностью пропала.

Он умело орудовал им с огромной скоростью и не меньшей точностью, легко загоняя противника в угол.

Вместе с тем каждый его удар нёс в себе поистине сокрушительную мощь.

Вероятно, в данный момент он был в своей лучшей форме.

Бард полагал, что не сможет достойно показать себя в бою с подобным воином, однако...

Как ни странно, Бард оказался способен реагировать на атаки Гордона и даже парировать их.

Конечно, у него был необычайно прочный магический меч, сколов и поломки которого можно было не опасаться, но даже так, почему он так умело отражал удары Гордона?

Не мог же он продолжать становиться сильнее в нынешнем возрасте.

В конце концов, он уже не способен двигаться так, как мог в юности.

Несмотря на то, что боль в плече и локте прошла, он никак не мог соперничать с Гордоном, который был не только сильным, но и быстрым.

И всё же он отражал атаки Гордона так, словно легко мог превзойти его.

Бард не понимал причин своей хорошей формы, но чувствовал, что быть способным вложить всю душу в поединок с Гордоном это не так уж плохо.

У него не было безграничной выносливости Гордона, так что долго продолжать сражение он не сможет, в конце концов он прекратил вкладывать большую часть сил в тренировки в тот момент, когда ощутил приближение старости.

Он уже давно не сражался настолько легко и привычно, а потому искренне наслаждался этой внезапно открывшейся возможностью.

4

Дориатесса замерла на месте. В её руках не было меча.

Карс стоял перед ней, держа меч в правой руке. Лезвие остановилось перед самым лицом Дориатессы.

Она не успела уклониться и застыла, широко раскрыв глаза.

Недовольный этим результатом Карс убрал меч в ножны и задумался. Думал он довольно долго.

Затем его взгляд упал на Джуручагу.

— Эй, эй. Карс? Разве можно так смотреть на своего старшего брата?

Карс приблизился к нему, словно паук, скользящий по водной глади, и рубанул его мечом.

— Эй! Ты чего?!

Джуручага уклонился от удара с необычайной ловкостью, хотя со стороны могло показаться, что он просто оступился.

На лице Карса не дрогнул ни один мускул, но Барду казалось, что он ухмыляется.

Последовала стремительная серия ударов.

Джуручага уклонялся от всех, выкрикивая: "Ой!" и "Ай!"

Карс начал бить ещё быстрее.

Бард больше не успевал следить за движениями острия его клинка, но Джуручага продолжал успешно уклоняться.

Посмотрев на Дориатессу, Бард увидел, что она пристально следит за движениями меча Карса.

"Внимательность и есть твоё главное сокровище..." - подумал он.