Двойная спираль (Часть первая)

1

Бард был несколько смущен тем, как к нему относились в особняке правителя города Линс.

Саймон Эпибарес открыто называл его не просто почётным гостем, а героем и спасителем.

Похожее отношение было и у его приближённых, когда они полностью осознали всё произошедшее.

Когда Барду стало лучше, они стали приходить к нему и приносить подарки.

Среди подарков было не только различное высококачественное оружие, роскошные одеяния и драгоценности. Некоторые доставляли также роскошные предметы интерьера и мебель.

В ответ на всё это внимание Барду оставалось лишь задумчиво чесать в затылке.

Его доспехи, и одежда были скромными, но в них было удобно путешествовать.

То же касалось и меча.

Тогда он решил оставить всё, что не собирается или не может взять с собой, графу, и попросить его передать эти вещи Дому Телсиа.

Правитель города с готовностью согласился.

В тот день, когда Бард полностью оправился, Саймон Эпибарес пригласил его на официальный приём, на котором громогласно объявил:

— Сэр Бард Лоэн. Позвольте вам представить моего старшего сына и наследника, Венера, и Хелену, его жену. Я бы хотел выразить вам глубочайшую признательность, но сперва должен принести свои извинения. Когда я приглашал вас к себе, я даже не думал, что тем самым подвергну вас и многоуважаемого Джурурана опасности. Я проглядел заговор в собственной Семье. Лишь ваша храбрость помогла нам живыми выйти из этой отчаянной ситуации. Дом Эпибарес никогда не забудет ваш подвиг. Наши двери всегда открыты для вас. Если вам потребуется какая-либо помощь, просто дайте нам знать. Пожалуйста, примите этот подарок в качестве знака нашей искренней признательности.

Сын и жена правителя слегка поклонились Барду, в то время как сам правитель указал на стол, на котором стоял крупный поднос, задрапированный тканью, на котором лежало множество больших золотых монет.

Один большой золотой был равноценен десяти обычным золотым монетам, а на подносе лежало около сотни таких.

Бард принял благодарность правителя, но отказался от денег.

Всё же, основной причиной того нападения было не сколько желание Освальда занять место отца, сколько попытка Дома Коендел избавиться от Барда и Джурурана ради своих целей.

— Нет. Это не так.— Ответил правитель Линс. — Допрос соучастников дал понять, что Освальд уже довольно долгое время обсуждал возможность захвата Дома Эпибарес вместе с Семьей Коендел. Мы все погибли бы, не окажись вы тут. Именно вы спасли мою жизнь, и жизни всех членов моей Семьи. Кроме того, я не могу просто забрать то, что сам предложил в качестве подарка.

Тогда Бард попросил Саймона Эпибареса передать эти деньги Дому Телсиа.

— Хм-м. Ваша бескорыстность похвальна, но если я передам Дому Телсиа деньги, как бы я не пытался всё скрыть, об этом вскоре расползутся слухи. Слухи опасны тем, что они постоянно обрастают домыслами. Я больше известен как торговец а не как рыцарь. Торговцы никогда и никому просто так не передают деньги. Как бы всё не повернулось, репутация Дома Телсиа может пострадать. Сэр Лоэн, я обязательно найду способ отблагодарить Дом Телсиа, но пожалуйста, оставьте эти деньги себе.

Барду оставалось только кивнуть.

Поскольку он не мог носить с собой такую крупную сумму денег, он сказал, что возьмёт лишь небольшую их часть а остальное будет забирать по мере необходимости.

— Это разумно. Вы, вероятно, не всегда сможете приходить лично. Нужно придумать способ убедиться, что от вашего лица прибыл действительно ваш представитель.

Бард попросил чернильницу и лист.

Лист, который ему вручили, оказался пергаментом очень высокого качества. Он был белым, гладким и тонким и не обладал неприятным запахом, обычно присущем пергаменту. Бард не знал, из какой шкуры он мог быть изготовлен.

Когда принесли чернильницу, Бард опустил в неё указательный палец правой руки, а затем потёр этот палец указательным пальцем левой. Затем он прижал пальцы к листу.

Когда он убрал пальцы с листа, на нём остались два отпечатка.

Правитель города с интересом смотрел на отпечатки, а Бард объяснял:

— Этот способ постановки печати распространён в странах центральной части континента. Поскольку нет двух абсолютно одинаковых узоров на пальцах, это очень хороший способ подтвердить личность человека. Вы можете смело доверить деньги тому, кто принесёт вам такой отпечаток. Существует опасность потерять палец в бою, потому лучше поставить несколько разных с обеих рук.

Саймон Эпибарес был впечатлён. Он поставил свой отпечаток, а затем попросил своих приближённых сделать то же самое и сравнил их со своими.

— Понятно. Они все действительно разные. А вы хороши не только в бою, сэр Рыцарь Народа. — Сказал граф и рассмеялся.

Об этом Бард узнал от Идоры, когда они собирались в саду после её возвращения.

За то время, что она жила в особняке Кардоса, она обрела множество самых разных необычных знаний. Её познания часто удивляли Барда.

Когда Бард думал об этом, его взгляд упал на лист пергамента с отпечатками, и его внезапно осенило. Печать с двойной спиралью, о которой говорил Гиензар, могла быть отпечатком пальца.

Он сказал об этом Саймону.

— Хм-м. Понятно. В таком случае, они ищут кого-то, чьи отпечатки напоминают двойную спираль, или же некий документ, запечатанный таким образом.

— Возможно. Судя по всему, сам Гиензар не знал об отпечатках.

— Это определённо так. Иначе он бы напрямую спросил об этом. Исходя из этого можно предположить, что неизвестного человека или документ ищут другие, а люди Дома Коендел просто пытаются их опередить, добыв некие крупицы информации.

Бард был согласен с этим рассуждением, но поскольку не в его привычке было строить догадки и предположения по недостаточной информации, он не стал развивать эту тему.

Его слегка волновало то, что они хотели заполучить письмо Идоры, но поскольку её уже не было в живых, оно в любом случае уже никак ей не навредит.

Кроме того, Бард очень хорошо её знал. Если Идора узнала что-то важное, она определённо записала это где-то ещё, а не только в письме, адресованном ему.

Доставка письма слишком сложный процесс, занимающий очень много времени. Кроме того, всегда есть риск того, что письмо так и не дойдёт.

Наверняка все действительно важные вопросы она обсудила со своим братом, сыном или Шидерумонтом.

В письме Барду могло быть только то, что имело значение для него самого, поэтому нет смысла переживать о том, что оно попало в чужие руки.

"Кроме того, что такого важного могла узнать Идора, если она не покидала территорию замка с самого возвращения с земель Дорба?"

Семье Телсиа служит множество мудрых людей. Нет ни малейшего шанса, что Бард может узнать что-то, чего не знают они.

2

Впервые за долгое время Бард смог прогуляться по рынку со множеством лавок с самой разной едой.

Он покупал и пробовал всё, что по какой-то причине привлекало его взгляд.

В особняке правителя, конечно, кормили очень достойно. Вечером подавали самые разные деликатесы, а утром лёгкие и полезные блюда. Однако, есть своя прелесть в разнообразной еде из уличных лавок.

"Раз уж я здесь, нужно съесть столько, сколько смогу." - решил для себя Бард.

— Я смотрю, вам уже лучше? — Раздался за спиной Барда знакомый голос.

Это оказался Джуручага.

— Не угостите и меня?

Бард купил две порции блюда, называемого Хасамияки* в ближайшей лавке, и протянул одну из них Джуручаге.

Есть на ходу было не очень удобно, поэтому они нашли удобное место на берегу одного из каналов и устроились там.

— Ай-ай-ай! Горячо! Но так вкусно!

Бард и сам впервые пробовал это блюдо. Это были запечённые шарики из теста, внутри которых была начинка из слегка обжаренных на гриле морепродуктов. Сверху они были политы соусом со смесью специй.

Подавали это блюдо на крупном листе какого-то растения. Несмотря на то, что лист просто был дешёвой заменой тарелки, его свежий запах приятно дополнял аромат блюда и ещё сильнее распалял аппетит.

Следуя примеру Джуручаги, Бард смело откусил кусок одного из шариков и, не удержавшись, выдохнул:

— Ого, это действительно вкусно!

На его лице сама собой появилась улыбка.

— Если дадите денег, я сбегаю за напитками. — предложил Джуручага.

Получив от Барда несколько монет, он одним движением пихнул в рот остатки своего блюда, после чего вскочил на ноги и растворился в толпе.

Он вернулся как раз к тому моменту, когда Бард закончил есть свою порцию.

— Вот и я. — Сказал он и протянул Барду одну из чашек, вырезанных из куска бамбука. Внутри был чуть сладковатый напиток.

После этого Джуручага достал из кармана ещё что-то, завернутое в чистую тряпочку.

— Они варят картофель и другие овощи, мелко их нарезают, смешивают, нарезают получившуюся смесь на полосы, быстро их обжаривают и посыпают солью. Получается очень вкусно. — С этими словами он положил это новое блюдо между собой и Бардом так.

Некоторое время они сидели и наслаждались этой необычной закуской, попивая напиток, напоминавший сладкое рисовое вино.

— Вы не думали, что я спрыгну с обрыва? — Нарушил молчание Джуручага.

— Нет, не думал. — Ответил ему Бард.

— И вам казалось невероятным, что я смог спуститься по этой скале?

— Да, казалось. Думаю, никто кроме тебя на такое не осмелился бы.

— Ух ты! Меня ещё никогда так открыто не хвалили. Сказать по правде - было очень страшно. В моей голове постоянно бились мысли: "Это невозможно! Я точно не смогу! Это же верная смерть!", но я отогнал их прочь, твёрдо заявив: "Всё получится!" Когда всё действительно получилось, я и сам был удивлён не меньше вас.

— Вот оно что. Рыцари выходят на бой с сильным противником ровно с такими же мыслями.

Джуручага удивлённо посмотрел на Барда, после чего произнёс:

— Вот как? Никогда бы не подумал, что у меня есть что-то общее с рыцарями.

Они продолжили молча наслаждаться напитком, который, казалось, согревал их изнутри.

Мимо них по каналу проходили лодки. Их было настолько много, что казалось, волны, которые они поднимают, никогда не стихнут.

Неожиданно раздался громкий испуганный крик.

Посмотрев в его сторону, Бард увидел как на другом берегу канала с берега в воду упал ребёнок. Кричала женщина, которая, вероятно, была его матерью.

Бард вскочил на ноги и бросился бежать в тот момент, когда ребёнок с громким всплеском упал в воду и начал тонуть.

Не успел он сделать и нескольких шагов, как Джуручага резким рывком разогнался до невероятной скорости и нырнул в воду.

На одной лишь инерции от разбега он пересёк канал, и смог под водой схватить упавшего ребёнка. Вынырнул он почти у противоположного берега.

Прямо на них двигалась тяжело нагруженная крупная лодка. Лодочник видел, что ребёнок упал в воду и решил двигаться ближе к берегу, чтобы помочь ему. К сожалению, его новый курс пролегал именно там, где всплыл Джуручага.

Джуручага отчаянно пытался отплыть в сторону, но испуганный ребёнок сильно барахтался, и потому быстро двигаться у него не получалось.

Нос лодки уже навис над Джуручагой. Тот закрыл глаза и сильнее прижал к себе ребёнка, ожидая столкновения.

Удара не последовало.

Всё благодаря Барду, который схватил бревно и упёрся им в лодку сбоку, заставляя её изменить курс.

Раздался громкий хруст дерева, лодка была сдвинута в сторону, и сам лодочник стремительно повернул в сторону от берега.

Тогда Бард протянул бревно в сторону Джуручаги и крикнул:

— Хватайся!

Не выпуская ребёнка, Джуручага схватился за бревно, после чего Бард вытянул его на берег.

Женщина, которая действительно оказалась матерью ребёнка, бросилась к нему и рыдая начала благодарить Барда и Джуручагу.

— Как вы вообще оказались на этом берегу? — Удивлённо спросил Джуручага у Барда.

Как оказалось, Бард точно знал, что не сможет плавать так же быстро как ловкий Джуручага, а потому пересёк канал, прыгая с лодки на лодку. К счастью, из берега торчало бревно, которое он смог выдернуть из земли и использовать для того, чтобы изменить курс лодки.

Услышав его объяснение, Джуручага перевёл взгляд на бревно.

— А, это. Действительно. Нужно вернуть на место. — Спохватился Бард, поднимая бревно.

Бревно оказалось одной из деревянных свай, которые вбивали в землю для того, чтобы построить причал. Выдернуть его из земли определённо было непросто.

— Я даже не знаю, чему восхищаться - этой невероятной силе, или тому, что кто-то может пересечь канал прыгая с лодки на лодку. — С искренним изумлением произнёс Джуручага.

— Всё так, как ты и говорил. Я был почти уверен, что ничего не получится, но решил попробовать. К счастью, всё получилось. — Сказал Бард.

Джуручага рассмеялся, услышав это. Прервался на то, чтобы чихнуть, и продолжил смеяться.

Торговцы из ближайших лавок и столпившиеся люди быстро собрали на берегу всё, что можно было использовать в качестве дров и разожгли костёр.

Джуручага скинул с себя одежду, выжал её и сел рядом с костром, чтобы согреться.

Мать спасённого ребёнка сняла со своего сына вымокшую одежду, и завернула его в свою куртку. Ребёнок, у которого из крупной куртки торчала лишь голова, вскоре согрелся и уснул.

В честь успешного спасения ребёнка образовался стихийный праздник. Торговцы из ближайших лавок вскоре принесли свой чай, алкоголь и еду, успешно продавая всё собравшимся.

*П.П. В интернете сказано, что это вид керамической посуды, а единственный рецепт с похожим названием не имеет ничего общего с тем, что было описано.