Лицемерие и добродетель

Знаете, звон будильника в будничный день — далеко не самое приятное начало дня. Страшно подумать, что подобная процедура на самом деле продолжается на протяжении двенадцати учебных школьных лет, и ещё пяти с учётом обучения в университете.

И это если не загадывать наперёд и думать о работе.

Просто в один прекрасный момент, беззаботный, крепкий сон прерывается, и ты слышишь это…

Дзз-дзз!

Гром среди ясного неба.

Нет, даже не так…

Звук тотального уничтожения, не иначе.

Ты размыкаешь с трудом подымающиеся веки, и думаешь, как было бы хорошо, если бы ты больше никогда не просыпался. Если бы у тебя в принципе отсутствовала причина просыпаться.

Я неохотно протягиваю руку из-под одеяла и отключаю будильник.

Сонно оглядев комнату, закутываюсь обратно.

Школа подождёт, а мой сон — нет.

Гениальные решения приходят внезапно.

Когда выбор стоит между школой и тёплой, уютной постелью, немногие отдадут предпочтение первой.

И обычно в такие моменты, когда я уже готов сдаться и отдаться во власть кровати…

Щёлк.

В комнате раздаётся звук отпёртой двери, и я слышу глухой топот ног по паркету.

Шторы раздвинулись, в одеяло вонзился луч света.

Я недовольно простонал.

— Братик, уже утро, пора вставать, — говорил милый голос. — Не заставляй меня отбирать у тебя одеяло.

Вопреки угрозе, я не подчинился.

— Ты вынуждаешь меня залезть к тебе под одеяло.

— Угх…

Эта реплика быстро привела меня в вертикальное положение.

Она ведь серьёзно это сделает, если я не поднимусь.

Не то, чтобы меня это пугало, однако столь близкий контакт с девушкой, пускай даже и моей сестрой, может вызвать в моём теле необратимые процессы.

Я оценил свой внешний вид.

Волосы растрёпаны, чёлка в глаза, на затылке хохолки.

После чего перевёл на Юи сердитый взгляд. Она ехидно улыбалась, стискивая в руках плюшевого мишку.

Любуясь моим внешним видом, сестрёнка рассмеялась:

— Хи-хи, знал бы ты, как глупо сейчас выглядишь.

При виде её красного, как рак, лица, у меня создаётся впечатление, что её забавит далеко не мой внешний вид, а что-то принципиально другое.

— Я планирую переодеться. Не могла бы ты выйти?

— Ой, чего я там только не видела... — пробубнила она, покидая комнату.

Мы и вправду часто принимали ванну вместе, однако существует принципиальная разница между тем, чтобы принимать ванну, будучи детьми, и тем, чтобы принимать её в подростковом возрасте.

Мы подросли, и наши половые признаки, отличающие мужчину от женщины, стали ещё более заметны.

Я понимаю, для Юи это всего лишь игра, и тем не менее… не стоит лишний раз поощрять её наклонности.

Важно соблюдать личные границы.

Собравшись с мыслями, я принялся вспоминать вчерашний день.

Без происшествий, конечно, не обошлось, однако ни Томако, ни Юмикава, ни Танака, ни даже Комия не смогли его испортить. Сумбурен ли он был? — да, без сомнения. Однако, тем не менее…

Я посмотрел на тумбочку, на которой лежал мой телефон.

…сумбур — это не ад.

Моё выражение лица на мгновение ожесточилось.

Я быстро скинул с себя пижаму, взял в руки несессер, полотенце, чистое нижнее белье и пошёл в ванную, расположенную на втором этаже.

Как только я отпёр дверь в помещение, то первым делом увидел своё отражение в зеркале.

На груди — шрам в виде кандзи «自», на левой руке — шрам от ножевого ранения с небольшими рубцами на месте наложения швов.

Я провёл пальцем по выпуклой поверхности шрама на груди, после чего приподнял свою чёлку. На правом виске и над левой бровью ещё по рубцу.

В жизни всякое случалось, и тем не менее я благодарен удаче, что не остался уродом.

Люди часто пекутся о своей внешности, однако далеко не каждый из них понимает, что на самом деле означает быть некрасивым.

Есть много недостатков, которые они могут исправить, однако встречаются и такие, которые никак не изменишь. И сокрушаться здесь абсолютно бессмысленно.

— Так, с этим закончили… Что у нас дальше по списку?

Как только с утренним туалетом было покончено, я надел чистое белье и вернулся в комнату.

Глаза приковались к школьной форме, висящей на плечиках. Чистая и аккуратно поглаженная, как и всегда.

Юи подошла к моему внешнему виду со всем рвением.

Я не особо любил украшения и аксессуары, вроде галстуков и бабочек, поскольку они сковывают, однако противиться не стал.

— Неплохо сидит.

Накинув школьную форму и положив в сумку трактат Сунь-Цзы, я спустился на первый этаж и вошёл в гостиную.

Юи стояла на кухне и готовила завтрак. Судя по разносящимся в комнате стукам, она крошила овощи на разделочной доске. Аромат яичницы и бекона заполонил помещение. На плите скрежетала сковородка.

Под ложечкой засосало.

Сестра могла часами кухарничать, вдохновенно что-то нашпиговывая, пассируя, запекая.

Сложно отвести взор, когда она так сосредоточена.

— У-ва-у… У-ва-у-ва-у-ва~…

Сестрёнка напевала под нос знакомый мотив.

Я решил ненадолго её отвлечь:

— Моя сестрёнка самая лучшая.

Я демонстративно взмахнул руками, показывая ей, как хорошо сидит школьная форма.

— Мне тебя пырнуть?

Лезвие ножа оказалось в опасной близости к моей шее.

На спине выступил холодный пот.

— Понял…

Я аккуратно подтянул галстук и поправил подол рубашки.

— Выглядишь, как раздолбай. Если будешь и дальше носить форму небрежно, девушки тебе точно не видать, — проговорила она с недовольным вздохом.

— Больно нужны мне эти потаскухи.

— Красный флаг, братик! Красный флаг! Ужас, ты и вправду сказал это, — она прикрыла рот рукой, как будто это вырвалось из её уст, а не из моих. — Скажи ты такое в школе, и стал бы врагом всех женщин, будь уверен. Сделаю вид, что это была шутка.

Но это и была шутка…

Несмотря на то, что мы с Юи знакомы с раннего возраста, даже ей порой трудно правильно интерпретировать мою интонацию.

— Ещё долго?

Я подбородком указал на плиту.

— Думаю, ещё пару минут. Я позову, когда приготовлю.

— Помощь нужна?

— Нет, спасибо.

Как только все формальности были соблюдены, я отвёл взгляд и пошёл в гостиную. Сел на диван и взял в руки газету с журнального столика.

Заголовок гласил:

JOHN BARKLEY IS DEAD

Как сообщили вчера в «Калифорния-ньюс», в Государственной тюрьме Пеликан-Бэй, Кресент сити, штата Калифорния в результате массовой потасовки скончался недавно арестованный серийный маньяк-каннибал по прозвищу «Cacito», убивший несколько десятков женщин и мужчин. Десять лет он держал Америку в страхе, и когда уже был готов в очередной раз отсрочить свою смертную казнь, закончил подобным образом.

До сих пор Джон Барклай фигурировал в новостных лентах, как порядочный предприниматель, отзывчивый инвестор, и даже всерьёз намеревался пробиться в политику. Его кандидатуру поддерживали, как партнёры по бизнесу, так и общественные деятели. И мнение общества складывалось самым положительным образом.

Однако кто бы мог подумать, что за личиной кроткого, улыбчивого человека, семьянина и бизнесмена, будет скрываться настоящее чудовище. Как рассказывают сотрудники ФБР: когда наблюдали за ним, видели, как легко сходится он с совершенно незнакомыми людьми. Подошёл к ожидавшим самолёт, поздоровался, заговорил — вокруг него уже толпа. А прощался со всеми уже за руку. Между тем у него в багаже — хирургические инструменты, верёвки…

Незадолго до своей кончины, Джон Барклай говорил с журналистом, известным кандидатом докторских наук, д-ром Чарли Мэдисоном, и тому Джон показался милейшим на свете человеком. Однако когда д-р Мэдисон задал ему вопрос: «Зачем вы совершили столько убийств?», ответ Джона поверг его в шок. «Убийства — мой смысл жизни, док, — говорит он, жутко улыбаясь. — И до тех пор пока я убиваю, я чувствую себя живым». В этот момент д-р Мэдисон понял, что перед ним сидит настоящий монстр. «Если бы не эта клетка, док, — добавляет Джон, — вы были бы уже мертвы». Никогда на свете ему не было так жутко.

«У меня ещё оставались определённые опасения, что его преступления могли намеренно сфальсифицировать или преувеличить конкуренты, или что он и вовсе не имеет к ним никакого отношения, однако его откровение развеяло все сомнения» — заключает д-р Мэдисон в своём рассказе.

К статье прилагалась фотография. Страшно представить, что подобные монстры могут скрываться за безобидной личиной.

Мои глаза на мгновение приковываются к Юи.

Я не особо слежу за новостями зарубежных СМИ, однако о преступлениях «Cacito» наслышан.

Удивительно, что его не казнили ещё во время судебного процесса, когда он без угрызений совести улыбался в лицо родителям, потерявшим своих дочерей.

Как в том известном случае со скорбящей матерью, выпустившей магазин в насильника и убийцу своей пятилетней дочери прямо в здании суда.

Я отложил газету в сторону и, рухнув на спинку дивана, задумчиво уставился в потолок. Газета отражалась в глянцевом натяжном потолке.

— Ты сейчас похож на своего отца, — проговорила Юи, поглядывая в мою сторону.

Я поворотил носом, но никак не прокомментировал её слова.

Хотим мы того или нет, а в своих повадках в первую очередь подражаем родителям.

Мои глаза приковались к сестре.

Юи носилась от разделочной доски к сковородке, от сковородки — к коробочке бенто, от неё — к миске, — и так по кругу.

Спустя какое-то время, она неожиданно вскрикнула:

— Ай-ай-ай!

За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь.

Я тяжело вздохнул, оторвал зад от дивана и подошёл к столешнице.

Открыв дверцу, я взял с полки домашнюю аптечку и вынул из неё лейкопластырь. Затем приблизился к Юи, снял защитное покрытие и, без лишних вопросов и пафосных фраз, прилепил его к крошечному порезу на пальце.

Всё это время сестрёнка наблюдала за мной с видимым нетерпением.

— С-спасибо… 

Я молча кивнул, убирая аптечку на место.

Юи окинула меня многозначительным взглядом, после чего печально улыбнулась.

Что с тобой, Юи?

— Э-хе-хе, братик помог мне…

Расскажи мне, что гложет твоё сердце?

Я не хотел лишний раз бередить старые раны и уж тем более не собирался препарировать её сердце, а потому принял решение сменить тему.

— У тебя там ничего не сгорит?

— Ой, точно!

Она тут же пришла в себя и продолжила готовку.

По завершении готовки, стол был наконец накрыт. Напротив друг друга стояло два подноса. На подносе: плоская тарелка с яичницей и беконом, миска с салатом и чашка свежеприготовленного латте.

Косолапый хозяин леса сидел по соседству с Юи.

Обменявшись стандартными фразами и пожелав друг другу приятного аппетита, мы приступили к трапезе.

Регулярное общение служит основой для формирования крепких семейных и дружеских связей. Именно поэтому я решил инициировать контакт.

— Помнится, ты говорила, что после распределения завела новых друзей, да? Что они собой представляют?

— А тебе правда это интересно?

Юи знала меня, как свои пять пальцев.

Мы не любили говорить о школе, а потому её реакция вполне закономерна.

Я перевёл взгляд с яичницы на сестру и наши глаза встретились.

…

[ СКАЗАТЬ ПРАВДУ ]

[ СОЛГАТЬ ]

…

Бог даровал людям возможность говорить, и первое что они сделали — попробовали солгать.

Сейчас нет ни единой причины кривить душой, а потому я буду с Юи предельно откровенен.

Сестрёнка всегда меня выслушает, неважно, насколько колющими являются мои слова и, неважно, насколько сильно они её ранят.

Почему?

Потому что она меня всем сердцем любит.

— Возможно, прозвучит противоречиво, но твои одноклассники не имеют для меня никакого значения. Однако я понимаю, что отношения со сверстниками играют немаловажную роль в твоём взрослении, а потому активно этим интересуюсь. Твоя судьба мне небезразлична.

Неважно, насколько цинично это звучит. Главное — я говорю правду.

— Спасибо, что был со мной честен.

Не ради неё, но ради себя.

Ведь единственный, кто меня всегда понимал и поддерживал — это моя младшая сестра.

Лишь она одна помогает мне сохранить тот последний оплот доверия, который она рукотворно возвела в моей душе.

Я редко посвящаю её в свои намерения, однако сейчас это не имеет значения.

Ибо…

В первую очередь я дорожу ей.

— Не за что.

После моих слов Юи натянуто улыбнулась и бросила на меня отрешённый взгляд. По всей видимости, она вновь ушла в себя.

Пожалуйста, не делай такое лицо…

Если подумать, я часто заставлял сестру волноваться на протяжении младшей и средней школы.

Страшно представить, насколько велика тьма в её душе, в связи с этими потрясениями. И я не собираюсь говорить, будто бы здесь нет моей вины.

Причины — последствия. Эмоции — мысли. До этого момента я запрещал себе о подобном размышлять.

Легко понять, что к чему, если разобраться.

Почему ни я, ни Юи не пытаемся это обсудить. Почему оставляем всё на самотёк. И почему так сильно боимся что-то менять.

Это далеко не самая приятная тема для общения, однако я также понимаю, что этот разговор неизбежен.

И тем не менее, я не вижу смысла торопить события.

Именно поэтому, я не стану сейчас говорить об этом, даже если останутся недомолвки. Момент не располагает.

— Кстати, братик, а что насчёт тебя? Уже с кем-нибудь подружился? — поинтересовалась она в процессе разговора.

Похоже, это всерьёз её беспокоило, ибо она отложила палочки в сторону и выжидающе взглянула на меня.

— Думаю, в этом году у меня есть все шансы завести одного, а то и нескольких близких друзей, — беззастенчиво солгал я.

Я не видел смысла в друзьях.

Их мне заменяла Юи.

И пускай мой подход к жизни можно назвать безответственным и даже легкомысленным, думаю, это изменится со временем. А до тех пор я буду наслаждаться минутами уединения и одиночества.

Порой отбросить насущные мысли намного проще, нежели чем пытаться найти верное решение.

— Похоже, тебя по-прежнему это не интересует.

Юи быстро разоблачила мою ложь.

— Только не сейчас.

Я легонько поклонился в качестве извинения.

Говорить о своих сомнениях было излишне, ибо Юи и так о них прекрасно знала.

Она надменно улыбнулась и хихикнула.

— Мой братик безнадёжен.

Семейный юмор — это когда одному смешно от того, что второй бесится.

А если говорить о семье, то Юи в этом плане является для меня всем.

— Жестоко…

На её лице появилась игривая улыбка.

— Но это также подразумевает, что я должна больше уделять ему внимания.

Сестрёнке по-своему приятно возиться со мной, как курица с яйцом, ведь при такой форме взаимоотношений она может развить свои материнские чувства.

Она взяла в руки столовые приборы.

— А что насчёт девушки? Ты ещё не надумал встречаться?

Романтические отношения и вправду имеют множество преимуществ: эмоциональная поддержка, забота, опора, общение, телесный контакт. И это не говоря об опыте взаимодействия с противоположным полом и развитии навыков коммуникации.

— Брось. Такой отброс, как я…

Моя самооценка уже давно нестабильна. Я и сам не замечаю, когда говорю о себе в негативном ключе, закрывая глаза на положительные стороны.

Моё непринятие себя отражалось на всех сферах жизни.

Однако в первую очередь… оно причиняло вред непосредственно Юи.

— Пожалуйста, не говори так, — сердито проговорила она, звякнув столовыми приборами о стол.

Я виновато отвёл взгляд.

Похоже, мои слова испортили ей аппетит…

Я понимал, что порой от меня исходит один негатив, и что отношения со мной могут быть токсичными, но ничего не мог с собой поделать.

Корректировка должна происходить на более глубоком уровне, однако добиться этого не так просто. Необходимо не только прорабатывать свои мысли, но также работать над чувством собственной значимости. Делать успехи и поощрять себя за них.

Это далеко не самый быстрый процесс, да и изменения будут видны не сразу.

На данный момент я не могу ей ничего гарантировать, но по крайней мере постараюсь следить за своим языком.

И тем не менее…

Полагаю, ничего не изменится, пока я не найду себе прощения.

Не иначе.

Атмосфера за столом стала удушливой, поэтому я постарался всё исправить.

— Прости, я был не прав.

Сестра удовлетворённо кивнула и прохрустела беконом.

К слову о правых и неправых…

Я вынул из кармана телефон и положил его перед собой.

— Сестрёнка, я доверяю тебе больше, чем кто бы то ни было на этом свете, а потому должен признаться. Вчера я тебе солгал.

В обычной ситуации я бы не стал такое говорить, однако сегодня утром я заметил неестественное положение своего телефона. Подозреваю, ночью Юи проникла в мою комнату, ввела пароль и проверила его содержимое.

— О чём ты?

Значит, ты решила притвориться дурочкой, да?

— Мне и вправду вчера посчастливилось помочь одной девушке. Однако обстоятельства, при которых она поделилась со мной своей электронной почтой немного отличаются. Ты права, она дала мне его из жалости.

Говоря это, я подымаюсь со стула и протягиваю ей свой телефон.

— Вот, прошу. Можешь взглянуть.

Моё откровение застигло Юи врасплох, она выглядела совершенно растерянной. Однако вслед за тем всмотрелась в моё лицо и с выражением напряжённости ввела пароль.

— А давно ты… знаешь пароль от моего телефона?

Она тут же застыла и подняла на меня виноватый взгляд.

— Э-ну… Вчера подглядела. Извини.

— Понятно, — комментирую я. — Ну, в этом нет ничего такого. Всё-таки я доверяю тебе. Уверен, ты бы никогда не взяла мой телефон без разрешения.

Плечи Юи дрогнули, и она опустила голову.

— Так нечестно… — шепчет она. — Ты намеренно давишь мне на чувство вины.

— Совершенно нормально испытывать чувство вины, когда ты поступил неправильно.

В какой-то момент притворство отошло на второй план, и мы заговорили начистоту.

— Ты ведь… обещал, что больше не будешь мне лгать.

— Даже мои обещания можно поставить под сомнение. И ты об этом прекрасно знаешь.

Такова моя сущность, я ничего не могу с собой поделать.

— И при этом ты хочешь, чтобы я сдержала свои.

— Нет, ты вправе обмануть меня в любой момент. Именно поэтому я не устраивал никаких сцен.

Я совсем не против, если Юи вознамерится меня предать. Я уже давно решил, что буду предан только ей. Для меня это подразумевало готовность принять абсолютно всё, что она для меня подготовила.

И нож в спину не является тому исключением.

— Прости, братик… Я ведь прекрасно знала, что ты примешь это, и всё равно так поступила.

Я нежно погладил её по голове.

— Что бы ты ни сделала, я всё прощу.

— Это делает меня только хуже.

Юи не готова пользоваться моей преданностью, даже если та подразумевает полную готовность к всепрощению. Ибо это не только выставит её в дурном свете, но также покажет, как далеко она готова зайти, ради достижения своих целей.

Невзирая на свою природу, она не хочет смотреть на меня, как на инструмент в своих руках.

И тем не менее, желает полностью меня контролировать.

Её чувства противоречивы.

— Всё хорошо.

Я поглаживал её по голове.

Она это перерастёт.

Только было я собрался отстраниться и сесть на место, как Юи крепко схватила меня за запястье и приложила руку к своей щеке. Меня это, конечно, немного удивило, однако противиться я не стал.

Её лицо пылало.

Я ясно ощущал жар, приливающий к её щекам.

Ластясь о мою руку, она с наслаждением прищурилась.

— Люблю эти прикосновения.

После того, как мать легла в больницу, а отец с головой ушёл в работу, ей совсем не хватает ласки.

Поскольку сам я рос в строгости и ограничениях, я не мог подарить Юи то тепло, на которое она рассчитывает. Мой колючий характер к этому не располагал. Я не привык к телячьим нежностям.

Но проявить заботу и внимание — даже мне под силу.

Именно поэтому я не противился её детской ласке.

Спустя какое-то время Юи освободила мою руку и тихо прошептала:

— Этого больше не повторится.

— Необязательно такое обещать.

— Но для меня это важно, — твёрдо заключила она. Я не стал с ней спорить.

Мы ещё некоторое время душевно общались, порой огрызаясь, порой подшучивая друг над другом, и так до тех пор, пока наши тарелки окончательно не опустели.

Юи поднялась из-за стола, убрала всё лишнее и принялась мыть посуду.

Сестрёнка и вправду поразительный человек: умная, хозяйственная, спортивная, инициативная, предприимчивая, терпимая. И это не говоря о её материнской сердечности и заботливости.

Боюсь, не будь мы с ней связаны кровными узами, она бы даже не взглянула на меня.

Мы ни то, что на разных полюсах… мы в разных вселенных находимся.

Мне неприятно об этом думать, но…

Полагаю, моё существование сильно сдерживает её амбиции.

Уверен, она бы добилась куда большего, не будь меня на этом свете.

— Сразу после совершеннолетия, я сниму жилье и перееду жить отдельно. Не желаешь ко мне присоединиться?

Это было больше шуткой, нежели чем серьёзным предложением.

Однако я не против, если Юи решит пожить со мной до тех пор, пока не найдёт себе партнёра.

— Ага, как же, — усмехнулась она. — Чтобы и там за тобой приглядывать?

— В том числе.

Я бы солгал, если бы начал отрицать это.

— Посмотрим, как карта ляжет. Боюсь, всё будет не так просто, — она с грустью опускает взгляд.

С учётом того, что отец пророчил Юи большое будущее, а также создавал для неё почву для совершенствования своих навыков, полагаю, он не отпустит её так просто. Он слишком ценит и дорожит ей, чтобы оставлять на произвол судьбы. И активно вмешивался в её воспитание в своё время.

Может быть, именно поэтому она выросла такой расчётливой?

— Что бы ни случилось, мои двери для тебя всегда открыты.

— Рада это слышать, — она тепло улыбнулась.

Наша с Юи судьба далеко не так однозначна, как может показаться на первый взгляд.

И мне боязно от того, что этот мир может не пожалеть её и уничтожить.

— Дай мне ещё минутку, — попросила сестра, когда я уже был готов собраться и уйти в школу.

— Что-то случилось?

— Нет, ничего такого.

Я сел на диван и уставился в телефон.

Тем временем Юи домыла посуду, в несколько движений завершила на кухне какое-то дело и, пряча что-то за спиной, подошла ко мне.

— Та-дам! — она протянула мне какой-то свёрток. Судя по форме, это коробочка бенто. — Вот, держи.

Таким образом, Юи сделала мне сюрприз.

— Парни точно обзавидуются, — хихикнула она. — Если будут спрашивать, скажешь, девушка приготовила.

— Ты хочешь, чтоб меня убили?

Сестрёнка прыснула со смеху.

— Да уж, зная тебя, ты найдёшь укромное местечко и пообедаешь в одиночестве.

— Неужели я настолько предсказуем?

— Только для меня.

В ответ на её тёплую улыбку, я улыбнулся глазами.

Провожая меня до выхода, Юи поинтересовалась:

— Не планируешь вступать в клуб?

Клуб, хах?

Безусловно, внеклассная деятельность учеников во многом крутится вокруг клубной деятельности. Особенно это касается средних и старших школ, где сами студенты вносят львиную долю вклада в организацию клубов. Обычно у каждого клуба есть своя комната для занятий или другое место, а также имеются кураторы и сильный, волевой президент.

Каждый присоединяется к ним по самым разным причинам, и тем не менее отрицать сложно: это один из самых простых способов завести друзей.

Помнится, Ишикава-сенсей говорил, что сегодня будет проводиться клубная выставка.

Если бы я и вправду стремился к клубной деятельности, то это было бы неплохой возможностью куда-нибудь записаться.

— Я всерьез подумаю над этим решением.

— Мог бы сразу сказать, что нет. К чему этот сарказм?

Я сухо усмехнулся.

На этот раз Юи правильно интерпретировала мою интонацию.

Увы, но клубная деятельность — пустая трата времени и сил в мои реалиях. Чтобы оставаться на плаву, мне необходимо больше уделять времени своей учёбе.

И клубная деятельность этому препятствует.

Я надел школьную обувь, бросил несколько стандартных фраз и, схватившись за дверную ручку, сделал шаг.

— Я пошёл.

— Удачного дня!

Сестрёнка махала мне рукой на прощание.

После этих слов я закрыл за собой дверь и направился в школу.