Алтарь Кровавого Древа.

Было утро.

В воздухе стояла лёгкая дымка, и хотя небо уже начинало светлеть, солнце ещё не пробудилось ото сна.

Воздух был прохладен, когда Дариус повёл Рэна через частную рощу замка. Рэн раньше не исследовал это место — оно всегда было заперто наглухо.

Хотя это и был семейный сад, он не видел здесь никого, кроме отца и старшего брата Феликса. Теперь же он был здесь с Дариусом.

Дариус положил руку на железные ворота, и они распахнулись. Рэн задумался, открываются ли ворота только людям с Кровавыми узами , но тут же отбросил эту мысль. Сейчас было не до этого.

Дорожка, по которой они шли, была обрамлена узловатыми деревьями с тёмно-красными листьями, будто всегда окрашенными кровью.

В центре сада возвышалось самое высокое дерево, его корни извивались, словно вены, сквозь землю. Кора была тёмно-красной, почти чёрной, а листья — ярко-алыми, как свежепролитая кровь.

Воздух вокруг пульсировал тяжёлой, невидимой энергией, насыщенной силой Кровных уз. Сама земля казалась живой, дышащей в такт медленному, ритмичному сердцебиению дерева.

— Это, брат, наше семейное Кровавое Древо, — сказал Дариус, глядя на дерево. — Некоторые говорят, что Кровавые Деревья — потомки Белых Деревьев.

— В отличие от Белых Древ, которые не даруют способностей, Кровавые Древа — это то, что приводит Договор в действие.

Рэн взглянул на брата, затем снова на дерево. “Смогу ли я использовать Неограниченное Усиление во время испытания?”

— Идём, — Дариус подошёл ближе и остановился перед каменным алтарём, наполовину вросшим в корни Кровавого Древа.

Алтарь выглядел обычным, если не считать того, что он был красным, покрытым засохшей кровью. Его поверхность была гладкой, за исключением небольшого углубления в центре. Вокруг алтаря корни дерева содрогались, будто ждали его.

— Вот оно, — сказал Дариус, поворачиваясь к Рэну. — Отдав свою кровь дереву и пройдя испытание, ты заключишь Кровавый Договор и обретёшь силу Кровавых уз, которая сделает тебя рыцарем.

Рэн уставился на алтарь, его сердце бешено колотилось. — Ты говорил, оно испытает мои страхи?

Дариус кивнул. — Испытание связано с твоей кровью, Рэн. Оно заставит тебя столкнуться со страхами, соответствующими твоей родословной. Ни одно испытание не повторяется, ведь у каждого свои тяготы.

Рэн сжал кулаки. — Тогда я готов.

Дариус долго смотрел на него, затем отошёл в сторону. — Тогда шагни вперёд. Положи руку на алтарь.

Рэн сделал вдох и ступил на каменную платформу. Когда он это сделал, Кровавое Древо словно отреагировало: его мощный ствол слегка содрогнулся, корни глубже впились в землю.

Энергия вокруг дерева стала ещё тяжелее, воздух густым от силы.

Низкий гул наполнил воздух, вибрируя в костях Рэна, будто само дерево говорило на древнем, забытом языке.

Как только его ладонь коснулась поверхности алтаря, острая боль пронзила руку.

Кровь выступила, и прежде чем он успел среагировать, корни Кровавого Древа рванулись вперёд, обвивая его запястье.

Они не были грубыми или зазубренными, а казались тёплыми, живыми. Будто пробовали его кровь на вкус, анализируя её. Когда кровь коснулась их, весь сад содрогнулся, глубокий, резонансный импульс потряс землю под ногами.

Порыв ветра пронёсся сквозь деревья, хотя его источник был невидим. Листья Кровавого Древа зашелестели, словно голоса, шепчущие на языке, которого Рэн не понимал.

Алтарь засветился багровым светом, отражающим цвет листьев дерева. Корни слегка сжали запястье Рэна, а затем так же внезапно отступили, скрывшись обратно в землю.

Кровавое Древо содрогнулось в последний раз, затем его пульс стабилизировался, энергия улеглась в ритмичный поток.

Затем зрение Рэна померкло, мир завертелся вокруг. Последнее, что он услышал, был голос Дариуса, далёкий и эхом отзывающийся.

— Выдержи, Рэн.

_______________________

Рэн резко открыл глаза.

На мгновение он потерял ориентацию, голова кружилась. Он застонал, садясь, и почувствовал мягкие простыни под собой. Боль быстро утихла, оставив его смотреть на одеяло.

Он поднял голову, оглядываясь вокруг. Он был в своей кровати в замке Россов.

Всё было точно так, как час назад. Даже деревянные балки над головой остались такими, какими он их помнил. Но что-то было... не так.

Его тело ощущалось иначе, тяжелее. Конечности больше не несли в себе неуклюжести его десятилетнего «я». Руки стали шире, ноги — длиннее.

Сердце бешено колотилось, когда он спустил ноги с кровати. Подойдя к зеркалу, он увидел отражение, одновременно незнакомое и знакомое.

Ему было шестнадцать.

Затем его глаза расширились, и холод пробежал по спине. Как? Ещё мгновение назад ему было десять.

Это реально? Нет, не может быть. Он был внутри испытания.

Он кивнул себе и сжал кулаки. Это был Кровавый Договор. Это часть испытания.

Но почему этот момент? Почему... будущее?

Стук в дверь заставил его обернуться. Вошёл слуга, одетый в цвета Россов, и вежливо поклонился.

Рэн нахмурился. Он не узнавал его. И сколько бы он ни старался, лицо слуги размывалось в памяти, будто ум отказывался его удерживать.

— Лорд Рэн, — сказал слуга, его голос был странно бесстрастным. — Леди Лилит Андервуд прибыла с визитом.

Рэн замер.

Ужас сжал его сердце, как тиски. Нет. Только не этот день.

Как он мог забыть?! Он не знал, была ли это сила, заперевшая воспоминание в его голове, но теперь оно вернулось с ужасающей ясностью. Он точно знал, что это за день.

Это был день, когда Рэн Росс умер.

Воспоминания ощущались как осколки стекла в его сознании. Он читал об этом сценарии на странице Лилит в вики.

Оригинальный Рэн Росс поспорил с Лилит. Что-то пошло не так, и Лилит...

Лилит забрала его душу.

Этот момент стал катализатором её спуска в безумие. Это был первый шаг к тому, чтобы она стала Третьим Великим Бедствием.

Рэн резко вдохнул. “Так вот моё испытание? Пережить момент собственной смерти?”

Он слышал, как его сердце колотится, словно рёв в ушах.

Если это испытание, значит, должен быть способ его изменить. Он был не тем Рэном Россом.

Он не позволит судьбе разыграться так, как раньше.