Исход Ква-Тойна.
Столица Ква-Тойн, Княжество Ква-Тойн, 26 сентября 1639 года.
Сильный дождь стучал по крышам столицы Ква-Тойна. Но вместо того чтобы укрыться по домам и провести день в кругу семьи, город погрузился в зловещую тишину. И вдруг, относительное спокойствие, нарушаемое лишь шумом дождя, пронзил грохот взрыва.
За стенами города скопилась огромная армия — солдаты, виверны и кавалерия окружили столицу. Маги и лучники Ква-Тойна стояли на стенах, изо всех сил пытаясь сдержать мощные войска Лоурии.
Глубоко в подземельях Дворца Принца царил хаос — в зале совещаний бушевала паника. В самом центре комнаты сидел молодой блондин-эльф в короне. Несмотря на его пышный, почти царственный вид, юноша выглядел так, будто постарел на тысячу лет. Взрывы голосов сотрясали его разум, и, наконец, он сорвался, закричав:
— ВСЕ ЗАМОЛЧИТЕ!!
И в тот же миг в комнате воцарилась мёртвая тишина. Лишь приглушённые раскаты взрывов снаружи всё ещё отдавались в стенах дворца.
Юный высший эльф встал. Принц Халута опёрся на длинный стол для совещаний, усыпанный картами Ква-Тойна и его городов. Он заговорил:
— Паника нам сейчас ничем не поможет!! Лоурия уже здесь, и они УНИЧТОЖАЮТ наших солдат, пока вы здесь вопите из-за всякой ерунды!
Даже старшие генералы и великие маги хранили молчание. Халута продолжил:
— Наши боевые планы провалились, а Лоурия каким-то образом собрала ещё большую армию, чем мы предполагали. Откуда они взяли ресурсы — вопрос, конечно, интересный, но сейчас он абсолютно бесполезен. Так что давайте хотя бы на секунду включим голову.
Зал замер. И вдруг раздался голос ещё одного эльфа:
— Ваше Величество... Мы вызвали резервные силы аж из Майхарка, чтобы защитить столицу. Но я получил донесение — лоурийский флот окружает наше побережье.
Халута повернулся к нему:
— И какова реакция? Что говорят, премьер-министр Каната?
Каната тяжело вздохнул:
— Наш флот пока с трудом их сдерживает. Поступили также сведения, что некоторые гражданские начали эвакуироваться самостоятельно — кто на лодках, кто как. Большинство двинулись на север.
Глаза Халуты расширились:
— Что?! Они с ума сошли? Империя Парпальдия не примет наших людей! Куда, чёрт побери, они вообще направляются в Элизии?!
Порт Майхарка.
Дождь совсем не способствовал улучшению настроения жителей Ква-Тойн, скапливавшихся в порту. Корабли самых разных размеров — от простых рыбацких лодок до торговых судов — заполнялись людьми до отказа.
Представитель портовой службы громко выкрикивал:
— Прошу всех сохранять спокойствие! Не толкаемся, не дерёмся! Женщины и дети — в приоритете! Мужчины пожилого возраста и подростки — допускаются! Мужчин трудоспособного возраста просят вступить в армию! Багаж — по минимуму!
У грузового судна эльфийская семья загружалась на борт. Мать с двумя детьми — их отец остался позади, чтобы сражаться.
Арус, матриарх семьи, крепко держала за руку своего маленького сына, а другой рукой прижимала к себе младенца-эльфийку, которая плакала, когда дождь попадал ей на лицо. Арус вздрогнула от холода, но всё равно пыталась удержать на ребёнке согревающее заклинание.
Келин, мальчик, сжимал мамину руку так крепко, как только мог, несмотря на хаос в толпе позади. Он с сочувствием смотрел на свою младшую сестру Меру, когда они, наконец, нашли место, где можно было присесть.
Арус посмотрела в сторону. Дощатый настил, по которому до этого с грохотом бежали десятки эльфов, теперь опустел. Экипаж начал поднимать трап. С берега доносились всё более панические возгласы — ещё один корабль вот-вот должен был уйти. Арус поняла, что им едва-едва удалось успеть. Она выдохнула с дрожью.
На капитанском мостике показался сам капитан судна — пожилой купец, повидавший немало хаоса, но даже он понимал, что это — нечто совершенно иное.
— Прошу всех занять места и устроиться как можно удобнее! — прокричал он, осматривая толпу. В основном это были женщины и дети, лишь кое-где мелькали лица молодых или пожилых мужчин. — Мы пойдём сквозь дождь на север, как можно дальше от Родениуса!
Толпа тут же загудела от недоверия и удивления. Ведь на севере от Ква-Тойн ничего не было, кроме Империи Парпальдия. И как только осознание этого дошло до людей, пожилой мужчина вскочил на ноги, возмущённо воскликнув:
— На север!? Да нас уже чуть ли не порубали мечами лоурианцев, а вы хотите, чтобы нас теперь добили парпальдийцы!?
Толпа зашумела в знак согласия, но капитан перекричал всех:
— Тишина!! Вы меня за дурака держите!? Вы правда думаете, что я поведу вас туда, где нас сделают рабами!?
Толпа тут же притихла.
— Нет! Есть другое место — на севере. Место куда ближе и куда безопаснее для всех нас. Всё, о чём я прошу — это доверьтесь мне как капитану. А я, в свою очередь, должен верить, что вы поможете мне своим порядком!
Толпа начала негромко перешёптываться. Никто прямо не поддержал, но и возражений больше не последовало. Капитан тяжело вздохнул.
— Экипаж! Готовьтесь к отплытию!
Команда быстро пришла в движение. Капитан всмотрелся в дождь — тот стал достаточно лёгким, чтобы можно было идти, но всё ещё плотным, чтобы скрыть их от ненужных глаз. И с этим судно снялось с якоря.
Море Родениуса.
Путь был долгим и изнурительным. Борьба с волнами в темноте и под дождём стала тяжёлым испытанием и для команды, и для беженцев на борту. Но теперь, в сумерках дня, на корабле наконец ощущалось затишье. Прошло уже несколько часов с тех пор, как судно покинуло Майхарк, и, по правде говоря, даже капитан не знал точно, куда направляется.
Ходили слухи о новой земле на севере. Информации было мало — торговые суда из Ква-Тойн почти не ходили на север в Парпальдию. Но затем начали расползаться слухи о таинственной стране. И когда Лоурия вторглась в Ква-Тойн, капитан решился на прыжок веры — пуститься на поиски этой загадочной земли.
На палубе Арус устало прислонилась к мачте. К счастью, Мера уснула, а Келин беззвучно перебирал пальцами. Она посмотрела на своих двоих детей — они были теперь её всем, и мысль о том, что она не знает, жив ли её муж, не давала ей покоя.
На корабле царила тишина, нарушаемая лишь шёпотом. У Арус заурчало в животе. Она не ужинала, отдав еду детям. Но усталость медленно одолевала её, и вскоре она закрыла глаза.
Внезапно воздух пронзили крики. Все обернулись и увидели, как нескольких беженцев поразили горящие стрелы. Паника начала нарастать.
Капитан поднял голову. Военный корабль с флагом Лоурии.
— О, боги… они нас нашли! Мужики, готовьтесь!
На борту было всего с дюжину лучников, не больше. Капитан схватил штурвал и начал отчаянно разворачивать судно от лоурийского корабля.
Люди начинали паниковать, молились богам. Мера снова заплакала, а Арус прижала к себе Келина. Она задышала часто, не в силах смириться с мыслью, что её дети окажутся в объятиях смерти.
— Келин, держись рядом! — сказала она рыдающему мальчику, крепко прижимая его к себе.
Новая волна стрел обрушилась на судно. Крики становились всё громче — в тесноте корабля неизбежно было попадание. Даже если стрелы не попадали в людей, они вонзались в дерево, вспыхивали небольшие очаги огня.
Капитан изо всех сил старался сохранять самообладание. Его команда пускала в ответ собственные горящие стрелы, но их было слишком мало, да и умения им не хватало, чтобы соперничать с лоурийцами.
Капитан вгляделся в вражеский корабль. Тот был гораздо больше этого жалкого грузового судна. Почему они так издеваются? И тогда его осенило страшное осознание:
Они не ведут бой… Они развлекаются.
Очередной залп стрел. На борту стали появляться добровольцы, пытавшиеся тушить огонь и помогать раненым. Капитан окинул взглядом охваченных паникой людей. Его люди не смогут их сдержать. И корабль слишком медлителен.
Арус прижала детей к себе ещё крепче. Вокруг был хаос. Смерть, огонь, крики. Они не выберутся отсюда живыми. Она начала молиться богам — хотя бы за жизнь своих детей. Но в этот момент новая волна стрел накрыла корабль.
Арус закричала от боли. Она опустила глаза — стрела пробила её плечо. Мера разрыдалась пуще прежнего, увидев мать в агонии. Келин запаниковал, и его голос дрожал:
— М-мама! Ты... что мне делать!?
Арус тяжело дышала, прислонившись к бочке. Она посмотрела на сына и, дрожащей рукой, передала ему сестру.
— К-Келин... пообещай мне кое-что, хорошо?
— Ч-что?.. — Маленький эльф крепко прижал к себе сестрёнку, но всё ещё держал мать за подол юбки.
— Пообещай, что ты позаботишься о Мере, ладно? — прошептала Арус с блеклой улыбкой. Келин замотал головой, задыхаясь от слёз.
— Н-нет! Нет, я не буду тебе этого обещать! — закричал он, и глаза Арус расширились. — Мы будем вместе! Все вместе! Я-я не хочу, чтобы ты уходила, мама, пожалуйста!!
Сердце Арус сжалось. Она лишь погладила сына по щеке.
— О-ох, Келин... Я так горжусь тобой…
На мостике капитан наблюдал, как вражеский корабль сближается. Он уже шёл борт о борт с их судном. Новый залп горящих стрел. Толпа внизу закричала в ужасе, некоторые бросились за борт, другие погибли от стрел, выпущенных с такой близкой дистанции.
Арус перебежала на другую сторону палубы. Она тяжело дышала, стараясь не потерять сознание — ради детей. Келин тем временем крепко прижимал к себе младшую сестру.
Вот и всё. Это конец. Капитан зажмурил глаза и вцепился в штурвал, когда раздался громкий взрыв.
Но вода так и не поглотила его. Напротив, он внезапно услышал гораздо больше криков — мужских голосов. Он резко распахнул глаза.
Лоурийский корабль буквально взорвался, расколовшись надвое. Солдаты отчаянно пытались не утонуть в своих тяжёлых доспехах, обломки корабля плавали по волнам. Капитан вскинул взгляд вверх. Яркий свет вдалеке. Это у меня галлюцинации? Я что, умираю?..
Он прищурился и вытащил подзорную трубу. На горизонте — флаг, незнакомый ему. И весь корабль... был сделан из металла.
Что, чёрт побери, это такое?..
Арус не могла задать себе тот же вопрос. Последнее, что она услышала перед тем, как потеряла сознание, — это гул в небе и отчаянные мольбы её сына.
Незнакомый звуковой сигнал эхом прокатился в сознании Арус. Её тело было укрыто мягкой тканью. Острая боль в плече исчезла.
Арус слабо открыла глаза. Над ней был яркий белый потолок. Мягкость ткани и светлая обстановка могли бы легко заставить её подумать, что она в раю. Но вскоре она повернула голову.
Келин сидел рядом, держа на руках сестрёнку. Он устроился в странного вида кресле и смотрел в окно. Вскоре Арус прошептала:
— К-Келин...?
Мальчик обернулся и ахнул. Он тут же подбежал к кровати и схватил мать за руку, при этом крепко удерживая спящую Меру.
— М-мама! Ты жива! — воскликнул он, и в его глазах засверкали слёзы.
Эльфийка слабо улыбнулась и вытерла слёзы с лица сына.
— Да, мой родной... я жива... — прошептала она с облегчением. Затем, окинув взглядом комнату, нахмурилась. Здесь всё было иначе, чем в любом месте, что она знала. — Г-где мы?
Келин быстро успокоился. Он всхлипнул, но на лице его расцвела радость, а глаза засветились от счастья.
— Мы в Италии, мама!