Заглядывая в
Три дня после инцидента в Римини, шоссе Е55, 6:35 утра, на подъезде к Римини.
Велерн смотрел в окно автобуса на проносящиеся мимо деревья. В отличие от его коллег-врачей, он не принимал участия в их разговорах о нападении на Римини — эта тема и без того занимала все его мысли.
Будучи 89-летним светловолосым ква-тойнским эльфом, для итальянцев в автобусе Велерн выглядел лет на 25. И хотя за свою жизнь он повидал многое, склад ума у него всё ещё был как у юноши, а его путешествие в Италию выдалось долгим и трудным.
Велерн опустил взгляд на своё ожерелье. Фамильная реликвия, доставшаяся ему от матери. Он и его семья были в числе многих ква-тойнских беженцев, совершивших опасное путешествие через Родениуское море в Италию. И хотя война уже закончилась и королевство восстанавливалось, Велерн предпочёл остаться. Его семья вернулась в Ква-Тойн, но он решил, что попытает удачу и попробует обосноваться в Италии.
Всё его завораживало. Культура, технологии, города — многое казалось таким знакомым и в то же время совершенно чужим. Однако Велерн беспокоился, что не сможет остаться здесь надолго. Иностранцы из мира Италии, застрявшие в стране, уже создавали заторы в иммиграционном процессе, и правительство не было уверено, готово ли оно принимать ещё и элизийцев из-за нагрузки на ресурсы.
Но после трагического нападения на Римини Италии срочно потребовались работники скорой медицинской помощи. Так Велерн и оказался редким исключением среди медработников в этом автобусе. Эльф посмотрел на свою флягу с особой водой. Будучи целителем в своей деревне, Велерн, разумеется, был наделён способностью превращать обычную воду в Эссенцию. Всего одна капля на рану — и она тут же затягивалась. Затем Велерн повернулся к своей сумке. Внутри лежала книга заклинаний для лечения тяжёлых ран, от почти оторванных конечностей до переломов.
Вскоре автобус остановился перед огромным, раскинувшимся на большой территории комплексом зданий. Велерн с интересом выглянул в окно. Где это они?
— Итак, все на месте, мы прибыли! Больница Римини! — объявил главный врач, пока они выходили из автобуса.
Больница? Да это место просто гигантское! Самая большая больница у них была в столице, и та представляла собой скорее скромное двухэтажное здание. Велерн спрыгнул с подножки и, оглядевшись, поправил свой медицинский костюм. Хотя он по-прежнему носил свой традиционный плащ целителя, ему велели надеть нечто под названием «медицинский костюм», который показался ему очень тонким и неудобным, но он всё равно его надел.
Велерна поставили в очередь для оформления и регистрации. Там стояли толпы других медработников. Он слышал, что некоторых направили сюда по распределению, а не как его — по собственному желанию. Среди них были итальянцы, но он заметил и несколько человек, похожих на иностранцев. Впрочем, он и сам от них не отличался. Насколько он мог судить, Велерн был единственным элизийцем-добровольцем.
Внезапно Велерна вернул к действительности лёгкий толчок — он случайно наткнулся на женщину, стоявшую впереди. Она выглядела женщиной средних лет, была довольно невысокой, с тёмной кожей.
— Прошу прощения...
Женщина, однако, улыбнулась и обернулась.
— О, всё в порядке, — сказала она, и её акцент тут же дал о себе знать. Хоть магия Общего Языка и действовала, акценты всё равно пробивались, и её произношение сильно отличалось от итальянского.
— Боже мой, я давно не видела ква-тойнцев. Вы здесь добровольцем?
Велерн отметил дружелюбие женщины и улыбнулся в ответ.
— Да, мэм. Я пытался найти работу целителя, и мне сказали, что я могу поработать здесь в качестве волонтёра, — ответил он.
— О, как это мило с вашей стороны. Меня сюда направили из Неаполя. Меня зовут Мари. А вас?
— Велерн, мэм... Вы, кажется, не итальянка? — с любопытством спросил он.
— О, нет. Я с Филиппин. Работаю здесь, в Италии, медсестрой, — сказала она с улыбкой.
— Я одна из тех, кому повезло. Мой муж и дети как раз гостили у меня, когда произошёл Перенос... Чего не могу сказать о моих коллегах, к сожалению.
— Мне жаль это слышать, мэм. Но я рад, что вы со своей семьёй, — сказал Велерн.
— Моя собственная семья вернулась в Ква-Тойн. У нас были трудности с фермой, поэтому я решил попытаться свести концы с концами здесь, в Италии.
— Понимаю. То же самое могу сказать и о себе. Мы жили не слишком богато, пока я не устроилась на эту работу, — с тихим смешком сказала Мари.
Пока очередь продвигалась, Велерн огляделся по сторонам и вздохнул.
— Должен признаться, я... довольно сильно нервничаю из-за переезда сюда. Всё такое... другое. И в то же время такое же. Мне встречались и добрые люди, и не очень, — сказал он.
— Так вы здесь живёте, да?
Мари кивнула.
— Да. Уже добрых десять лет. Правда, я часто возвращаюсь на родину, — объяснила она.
— Как у вас это получилось? В смысле, обосноваться в такой чужой стране, — спросил Велерн. Несмотря на свой высокий рост и в целом более внушительный вид, эльф жаждал совета от этой невысокой, по-матерински заботливой женщины.
Мари на мгновение задумалась, затем вздохнула, продолжая двигаться в очереди.
— Конечно, это было нелегко. В нашем мире у нас не было такой роскоши, как магический общий язык. Я, филиппинка, с трудом говорившая по-английски, оказалась в итальянской стране. Было трудно приспособиться, — сказала она.
— И, конечно, был культурный шок. Я была знакома с Италией, но пережить это на собственном опыте было пугающе. Потом ещё эта огромная разница в ценах, покупать продукты здесь гораздо дороже. А потом тоска по дому, тоска по мужу и детям... Но я часто говорила себе, что всё это ради их блага. Желание дать им хорошее образование и будущее — вот что меня толкало вперёд.
— Понимаю... а как... как насчёт людей? — спросил Велерн.
— Признаюсь, тут всё довольно сложно. У меня было несколько стычек с людьми, которым я не нравилась, в основном из-за того, что я иммигрантка. Но было и множество тех, кто был очень добр ко мне. Я просто знаю, что в каждой нации есть как добросердечные, так и злые люди, — объяснила Мари.
— Мне потребовалось немало времени, чтобы по-настоящему влиться в культуру. Около 5 лет... Но после всего этого я с гордостью зову Италию своим вторым домом.
— Ясно... — несколько нерешительно произнёс Велерн.
Мари взглянула на него и, несмотря на его высокий рост, ободряюще положила руку ему на плечо.
— Я понимаю, что значит нервничать. Рискнуть всем, чтобы переехать в страну, где ты видишь лучшие возможности... И это нормально. Не волнуйся, дорогой. Пока ты остаёшься добрым, вежливым и трудолюбивым, я уверена, ты скоро здесь освоишься.
Велерн посмотрел на неё и улыбнулся:
— Спасибо, мэм.
Мари улыбнулась в ответ, но тут же отвернулась, так как подошла её очередь. И пока она заполняла регистрационную форму, Велерн думал о её совете и принял его близко к сердцу. Будет тяжело, но ему оставалось лишь надеяться и делать всё возможное, чтобы его новая жизнь здесь, в Италии, открыла новые возможности для его семьи.
Представительство Му, Второе здание Министерства иностранных дел, 8:12 утра.
Мугэй выдохнул, усаживаясь в своё офисное кресло, и принялся просматривать полученные отчёты. Хотя у Му не было официальных дипломатических связей с Италией, ему было поручено оценить возможности этой нации, чтобы определить, стоит ли тратить муанские ресурсы на столь отдалённую страну.
И он уже знал ответ. Он поставил на стол свой Манафон — большое, похожее на радио устройство — и, набрав нужный номер, увидел магическое изображение кабинета в муанском Министерстве иностранных дел.
В поле зрения появился мужчина в отлично сшитом костюме, с моноклем и гладко зачёсанными назад волосами. Он широко улыбнулся.
— А, господин Мугэй. Рад вас видеть. Давненько вы не звонили.
Мугэй вздохнул.
— Прошу прощения, сэр Лерни. Поставки кристаллов для мана-связи стали замедляться, — объяснил он.
— О? А в чём дело? Я-то думал, Парпальдия обеспечивает бесперебойный поток таких необходимых вещей, — скептически спросил Лерни.
— Ну, это связано с Италией. В любом случае, у меня здесь полный отчёт, но из-за задержки с поставками мне удалось собрать больше информации, — сказал Мугэй.
— Но если вкратце, то возможности Италии далеко выходят за рамки простой Третьей цивилизации. У них есть механизированное военное оборудование, прямо как у нас. Железная кавалерия, железные военные корабли и даже железные самолёты.
— Поразительно... И вы сказали, что они — перенесённая нация, да? Есть ли шанс, что они из нашего мира? — спросил Лерни, с интересом подавшись вперёд.
— Сначала я был настроен скептически, но, прочитав их книги по геологии и географии, могу со стопроцентной уверенностью сказать, что они с Гайи. Только они называют наш мир «Терра» или, что более распространено, «Земля», — сказал он с широкой улыбкой. — Мы больше не одни на Элизии, сэр Лерни.
— Это просто невероятно! Так, а что насчёт их военного потенциала? Каков он? — спросил Лерни.
— Ну, к сожалению, у меня не было возможности по-настоящему изучить их военные возможности. Но... думаю, хорошим примером может служить нападение монстра, произошедшее несколько дней назад, — сказал Мугэй.
— Чтобы вы понимали всю серьёзность, этот монстр был так же ужасен, как и тот, что был во время Нападения на Элахейт.
— О боги, я помню, как дед рассказывал истории об этом. Он говорил, что им потребовалось целых пять дней, чтобы одолеть тварь. Так что там с этим?
— Итальянцы сумели уничтожить зверя за пять часов.
Если бы Лерни в этот момент что-нибудь пил, он бы всё выплюнул.
— Пять часов!?
— Да, сэр. Любая другая нация вообще не смогла бы одолеть этого зверя. С нашими возможностями, может, дня за три. Миришиалы, возможно, за день. Но Италия разделалась со зверем за пять часов, — сказал Муг'й.
— Невероятно... — произнёс Лерни, а затем на его лице появилась лёгкая ухмылка.
— Фантастическая работа, Мугэй. Я передам это Королю. Но у меня есть хорошее предчувствие, что мы скоро посетим Италию.
— Рад это слышать, сэр! Уверен, вам там безумно понравится. Их еда — это просто пальчики оближешь, — сказал Мугэй.
— По моему мнению, сэр... вполне возможно, что Италия получит тот же статус, что и Сверхдержавы.
— О? — спросил Лерни.
— Это почему же?
— Ну, помните мою задержку с получением магических кристаллов для Манафона? — сказал Мугэй.
— Парпальдия столкнулась с нехваткой рабочей силы из-за быстрой отмены рабства. И всё это потому, что Италия ввела против них санкции за это. Если уж такая могущественная держава, как Парпальдия, готова прогнуться под волю Италии, мне кажется, что титул третьей сверхдержавы должен принадлежать именно Италии.
Мужчина оживился при этих словах и потёр подбородок.
— Хм... Никогда бы не подумал, что такое возможно. Хорошо, спасибо, Мугэй. Не забудьте переслать ваш полный отчёт. Я сообщу вам о решении Короля, — сказал Лерни с ещё более заинтригованной ухмылкой.
Район Белобриан, Эстирант, 8:41 утра.
Холтон Арде, Верховный главнокомандующий Вооружёнными силами Парпальдийской империи. Такая должность давала ему право на всевозможные предметы роскоши. Обширное поместье, преданная прислуга, лучшая еда и, конечно же:
Итальянский импорт.
Итальянские вина и сыры сопровождали его итальянские ужины. Новая технология под названием «телевизор» позволяла ему смотреть итальянские шоу. Но главным сокровищем была его машина.
Арде сжимал в руке портфель, подходя к своему автомобилю. «Альфа Ромео». В то время как других аристократов больше привлекали «Ламборгини» и «Мазерати», он предпочитал внедорожник от «Альфа Ромео» за его брутальный вид.
Он открыл пассажирскую дверь, бросил внутрь портфель и захлопнул её. Затем Арде обошёл машину, сел на водительское место и пристегнулся. Новые водительские права он получил пару месяцев назад и, конечно же, наслаждался этой роскошью.
Арде пристегнул ремень и нажал кнопку зажигания. Но вместо мощного рёва, которого он ожидал, внедорожник лишь жалобно чихнул. Мужчина удивлённо приподнял бровь и попробовал снова, но двигатель опять заглох.
— Какого... — Арде посмотрел на датчик топлива. Стрелка застыла на букве «П». Разгневанный, Арде выскочил из машины.
— КАЛИН!
Калин, молодой слуга из поместья Арде, тут же подбежал. Изначально ему было поручено ухаживать за лошадьми и каретами, но теперь он отвечал за то, чтобы машина была заправлена.
— Д-да, сэр?
— Не соблаговолишь ли ты ОБЪЯСНИТЬ, почему в моей машине нет бензина!? Я поручил тебе такое простое дело! — в гневе прорычал Арде, и Калин съёжился.
— П-прошу прощения, Главнокомандующий, н-но поставки топлива не было уже больше недели, — пролепетал Калин. — С тех пор я не мог заправить машину.
— ...Неделю? Это нелепо, мы должны получать топливо регулярно! — сказал Арде, а затем простонал.
— Готовь карету, мне нужно во дворец.
— Да, Главнокомандующий! — сказал Калин и убежал, а Арде проводил его оскорблениями себе под нос.
Карета быстро остановилась перед дворцом, и Арде, не дожидаясь, пока слуга откроет ему дверь, сам выскочил наружу. Он стремительно вошёл внутрь и прошагал по коридорам, пока не достиг Центрального зала заседаний.
Внутри Кайос уже вовсю вёл совещание. Он, вместе с Людиусом, Ремиллой, несколькими другими министрами и обеспокоенными аристократами высшего ранга, посмотрел на запыхавшегося Арде. Лудий заговорил первым:
— А, Главнокомандующий Арде. Не думал, что вы появитесь.
Конечно, вместо ожидаемого уважения, которое Арде должен был проявить, мужчина лишь фыркнул.
— Конечно, я бы появился, сынок. В моей машине кончилось топливо, — проворчал он. Обычно присутствующие в зале съёживались от такого неуважения к Лудиусу, но, похоже, для них это было в порядке вещей.
Кайос на мгновение уловил гневный взгляд Ремиллы в сторону Арде, а затем посмотрел, как тот садится.
— Рад, что вы смогли к нам присоединиться, Главнокомандующий. Мы как раз обсуждали последние новости о текущих санкциях со стороны Италии. Итак, как я уже говорил... — он нажал клавишу на клавиатуре, и на экране появился следующий слайд.
— На данный момент, хотя все государственные компании, такие как Северо-Западная Горнодобывающая Компания и Имперская Портовая Компания, полностью выполнили требование об освобождении рабов, более частные компании, вроде «Голут Сахар» и «Пивоварня Семьи Молин», не подчиняются. Это связано с нехваткой рабочей силы на наших имперских предприятиях из-за санкций Италии.
Кайос посмотрел на экран проектора.
— Мы наблюдаем снижение производительности и поставок из северных территорий, от золота до мана-кристаллов, а также сокращение производства текстиля и предметов роскоши на юге и на островах. Мы не можем найти желающих работать, и эта проблема с кадрами лишь убеждает частные компании сохранять своих рабов. Мягко говоря, эти санкции бьют по нам очень сильно.
Один из недовольных аристократов с задних рядов заговорил:
— А мы ответили Италии? И если да, то насколько сильно это бьёт по ним?
Кайос нахмурился.
— Ну, кроме снижения потока туристов и уменьшения поставок магических кристаллов, это, похоже, вообще никак не влияет на Италию. А после того как они втянули Родениус в свою сферу влияния, отрезать их от поставок продовольствия из житниц Парпальдии стало бесполезно. Последнее, что я слышал, — они теперь строят порты и железные дороги на землях варваров.
Присутствующие в зале забормотали; все, кроме Арде, у которого, как заметил Кайос, был мрачный вид. Тут заговорил Людиус:
— А как насчёт их нефти? Разве мы не можем пригрозить перекрыть их трубопроводы в обмен на прекращение санкций?
Кайос покачал головой.
— Нет, ваше высочество. Я слышал, что Италия сумела найти нефть и сырьё в пустынях Квилы и точно так же строит там инфраструктуру. Можно с уверенностью сказать, что Италия больше от нас не зависит...
— Это возмутительно! — в гневе воскликнул один из министров, и остальные с ним согласились.
— Мой винный погреб пустеет, что мне теперь пить?!
— Шоколад и сыры Парпальдии — это совсем не то! Нам нужно снова завоевать расположение Италии! — крикнул один аристократ.
— Моя жена жалуется, что больше не может водить свою машину. Если так пойдёт и дальше, я с ума сойду! — сказал другой.
Зал взорвался от негодования и ярости, пока Кайос пытался всех успокоить. Людиус и Ремилла с глубокой тревогой переглянулись. Сами того не осознавая, они поняли, что Парпальдийская империя оказалась в мёртвой хватке Италии.
Палаццо Киджи, Рим, 10:37 утра.
В зале заседаний дворца Джованни в отчаянии потёр лоб. Эмоциональные последствия Инцидента в Римини для людей были огромны. Религиозные верования были потрясены до самого основания самим фактом существования монстров из римской мифологии.
Итальянские вооружённые силы подверглись критике за то, что сосредоточились на Топе, а не на самообороне страны. Хуже того, всё это ввергло Моретти в глубокое чувство вины, и теперь он собирался подать в отставку.
А теперь появилась ещё одна причина для стресса. Джованни выдохнул и снова посмотрел на экран, стараясь изо всех сил сосредоточиться на текущем совещании. Аббате продолжала говорить:
— ...на данный момент ВИЗ (Высший институт здравоохранения) достиг определённого прогресса в дезактивации зон СМ-1, Р-1 и Р-2, но вполне возможно, что эти районы придётся закрыть на неопределённый срок.
В зале послышались вздохи, но Аббате продолжила:
— Однако есть и надежда. В Римини был медбрат-доброволец из Ква-Тойна, который вызвался помочь. И у него была некая особая вода, способная излечивать недуги... — Все с интересом посмотрели на Аббате.
— И, судя по тому, что мне рассказали, похоже, ква-тойнцы обладают способностью излечивать последствия отравления ядовитой кровью.
Джованни и остальные с надеждой заговорили между собой, но премьер-министр прервал их:
— Поступили ли к нам ещё добровольцы, доктор?
Аббате поправила очки.
— Было несколько человек, но на самом деле всего шесть медработников на сотни пострадавших, господин премьер-министр. Но мы разослали призыв ко всем целителям из Ква-Тойна, находящимся в стране. Мы надеемся получить больше их магического лечения.
— Это облегчение... — сказал Джованни.
— Безусловно, господин премьер-министр. Но... есть кое-что гораздо более тревожное, — сказала Аббате.
В комнате воцарилась тишина, пока она переключала на следующий слайд и прокашлялась. — ВИЗ занимался расчисткой туши Объекта «Фауна» и доставил образцы для экспериментов и изучения. Мы неустанно работали, чтобы определить физиологию «Фауна», и... что ж,
Джованни и остальные посмотрели на экран. На одном слайде была надпись «Естественные клетки», а на другом — «Организованные клетки».
Аббате нахмурилась.
— У нас есть основания полагать, что Объект «Фауна» был искусственным биооружием, — сказала она, и в зале снова послышался ропот.
Джованни охватило чувство ужаса.
— Физиологические аспекты «Фауны» превосходят всё, что мы видели раньше. Клетки и ДНК устроены таким образом, чтобы обеспечить идеальный образец. Словно он был биологически спроектирован, чтобы стать идеальным оружием.
— Так подождите, доктор Аббате, что вы хотите сказать? — нервно спросил Джованни.
Аббате нахмурилась ещё сильнее.
— Что ж, господин премьер-министр... я не думаю, что будет глупостью предположить, что откуда бы ни взялся этот монстр, кто бы они ни были, они будут силой, с которой придётся считаться.