Тишина
Королевский дворец Фенна, Аманоки, Королевство Фенн, 6:28 утра.
В чайной комнате дворца король Фенна Шихан с мягкой грацией наливал чай в свою чашку. Несмотря на свой возраст и заметную травму руки, полученную в спарринге, движения старого короля были медленными и плавными, без единого изъяна.
Взяв чашку, Шихан аккуратно поднёс её к губам. Сделав глоток, он тихо вздохнул. Он выглянул в открытые раздвижные двери, вглядываясь в морской пейзаж Аманоки. Корабли по-прежнему стояли в ряд у причала, и это было странно.
Прошло уже две недели с тех пор, как Парпальдия потребовала свою обычную поставку древесины. Поначалу в этом не было ничего особенно странного. Бывало, что Парпальдия задерживала свой запрос на древесину и на три недели.
Но сейчас от них не было даже сообщения. Ни одного парпальдийского корабля не было видно, и даже их мана-коммы не подавали признаков жизни.
Шихан сощурился, а затем поставил чашку на стол. Он фыркнул и позвал слугу:
— Китако?
Открылась ещё одна раздвижная дверь. Молодая женщина в традиционном кимоно заглянула внутрь:
— Да, ваше величество?
Шихан с улыбкой посмотрел на Китако:
— Пожалуйста, созови моих министров. Я бы хотел с ними побеседовать.
Китако кивнула и поклонилась. Когда она ушла, Шихан вновь задумчиво устремил взгляд на воду.
Шихан опустился на свой дзабутон и огляделся. Вокруг него собрались самые грозные лорды Фенна и его ближайшие советники, вошедшие в состав его консультативного совета. Все министры Фенна поклонились Шихану, прежде чем тоже опуститься на свои дзабутоны.
— Доброго всем утра, — с дружелюбной улыбкой произнёс Шихан. — Я хотел кое-что с вами обсудить. Но сперва вопрос… Мы получали какие-нибудь новые сообщения от Парпальдии?
Мечники переглянулись, после чего один из них покачал головой. Заговорил Мотаму:
— Нет, ваше величество. Прошло две недели с их последнего сообщения. Мы не совсем понимаем, в чём дело.
— Ясно… У нас есть хотя бы какие-то предположения? Та партия древесины уже которую неделю простаивает в доках. Мы не можем позволить торговцам отправиться в плавание, пока Парпалдия не даст добро, — нахмурившись, сказал Шихан.
Другой мужчина средних лет произнёс:
— Мы полагаем, что Парпальдия, весьма вероятно, сосредоточена на вторжении в Альтарас, ваше величество. Это единственная причина, которая приходит нам на ум.
— Разве были новости о вторжении? — скептически спросил Шихан.
Мужчина пожал плечами:
— Ходили слухи о вторжении в Альтарас. Но мы не получали никаких вестей от нашего посольства в Ле-Бриасе. Там тихо. Не тревожно тихо, а просто… обычная тишина.
— Хм… Странное поведение для Парпальдии. Может, они готовятся к внезапному нападению?
Тогда заговорил другой мечник:
— Внезапные нападения совершаются, чтобы сбить с толку более сильного врага… Мы уже уступали Парпальдии раньше, не вижу причин, по которым они стали бы нападать внезапно, — сказал он с несколько мрачным видом. Ему было ненавистно признавать, что Фенн слишком слаб перед Парпальдией.
Шихан задумчиво потёр подбородок. Он мгновение смотрел на стол, а затем поднял глаза:
— Верно… Я считаю, нам следует направить в Парпальдию делегацию.
Мечники переглянулись, после чего Мотаму спросил:
— Вы уверены, ваше величество?
Шихан кивнул:
— Абсолютно. Очевидно, что на наши мана-коммы они отвечать не собираются, а наша экономика сейчас несёт убытки из-за того, что торговым судам не дают разрешения плыть в Парпальдию. Простое дипломатическое послание, чтобы прояснить ситуацию, вот и всё.
Мужчины снова переглянулись и, согласно бормоча что-то себе под нос, вскоре кивнули и поклонились улыбающемуся Шихану.
Замок Атеналь, Ле-Бриас, Алтарас.
Король Альтараса Таара XXIV был как на иголках. Его обычное спокойствие и мудрый вид заслоняла тревога.
Внизу, на пляже Ле-Бриаса, рядами расположились лагерем люди. Солдат за солдатом — от мечников до арбалетчиков, и даже кавалерия и военные корабли в сопровождении виверн — все были готовы на побережье отразить вторжение.
Вторжение, которого так и не последовало.
Таара вспомнил требования Парпальдии. Сдать южные самоцветные рудники и отдать его дочь в рабство. Аморально, ужасающе и просто-напросто омерзительно; Таара, разумеется, отказался. И теперь Парпалдия угрожала вторгнуться к ним в самое ближайшее время.
Но в течение следующих двух недель ничего не произошло. Ни кораблей, ни виверн, ничего. Таара видел людей на пляже. Первые несколько дней его Королевские Алтарасские Солдаты были на взводе, как и он сам. Но время шло, и теперь они все сидели, скучая, просто общаясь и играя в игры, чтобы скоротать время.
Что, во имя Элизии, здесь происходило? Или, вернее, не происходило? Почему Парпалдия до сих пор не вторглась?
Тут Таара оглянулся, услышав, как открылись двустворчатые двери. Принцесса Люмиес улыбнулась отцу и поцеловала его в щеку:
— Ты опять здесь, да?
Пожилой мужчина улыбнулся и обнял дочь за плечи, прежде чем взглянуть на армию внизу. Затем он кивнул:
— Конечно. Прошло уже две недели с того омерзительного ультиматума от Парпальдии. Но к нашим берегам до сих пор никто не прибыл.
Люмиес тоже посмотрела на пляж, сжав перила из песчаника на балконе. Она слегка нахмурилась и взглянула на Таару:
— Что сказали советники?
Таара нахмурился, не сводя глаз с людей:
— Они твердят, что солдаты ждут слишком долго. Может, вторжения и вовсе не будет. Но я просто… я ни на секунду не доверяю Парпалдии. Зная их, они могут намеренно откладывать вторжение, используя это как форму психологической войны.
Люмиес мгновение смотрела на отца, а затем снова перевела взгляд на пляж:
— Парпальдийский посол тоже уехал две недели назад… Это верный признак войны, но ничего не происходит, — сказала она. — Как ты думаешь, что творится в Парпальдии, отец?
Таара посмотрел на Люмиес. Как бы ему ни хотелось дать взвешенный и мудрый ответ, всё, что он мог сделать, — это пожать плечами.
Четыре дня спустя, Палаццо Киджи.
Прошла неделя с момента Инцидента в Римини. Хотя страна пыталась жить дальше, и восстановление города уже шло полным ходом, проблемы Джованни не давали ему покоя.
Это было очередное раннее утро для него. Его обычный рабочий график по большей части вернулся в норму. Вместо ситуационного центра он теперь снова был в своём кабинете во дворце. Но даже так, на сердце у Джованни всё ещё лежал тяжёлый груз из-за произошедшего. Репутация Вооружённых сил упала до тревожно низкого уровня, и Моретти теперь был уверен, что подаст в отставку, как только реконструкция Римини завершится.
Джованни вздохнул. Он положил папки на стол. Он читал отчёты о влиянии санкций на Парпальдию. Судя по всему, они были в основном успешны, но экономический спад в империи был очевиден.
Премьер-министр покачал головой. Пока что всё, казалось, успокаивалось. Или, по крайней мере, он на это надеялся. Он взял пульт и включил телевизор.
«…Я потерял свой бизнес, я не могу просто так отстроить это место. Это меня разор…»
Тоска зелёная.
«…После двух месяцев переговоров, итальянское подразделение McDonald's будет выкуплено Selex Gruppo и пройдёт ребрендинг под названием…»
Скукота.
«…Мы хотели бы выразить нашу сердечную благодарность не только от врачей и медсестёр Италии, но и от города Римини всем волонтёрам, которые пришли на помощь. И мы хотели бы особо поблагодарить эльфов-целителей из Ква-Тойна за их усердную работу с использованием своей магии». Раздались аплодисменты, а на экране группе целителей из Ква-Тойна вручали медальоны.
Ну, по крайней мере, не всё было так плохо. Но, возможно, это было не совсем так, поскольку Джованни посмотрел на свой зазвонивший телефон и прочитал имя контакта.
РОМАНО — ИНФРАСТРУКТУРА
Джованни ответил на звонок:
— Что у вас для меня, мисс Романо? — спросил он, убавляя громкость телевизора и глядя на кадры, где ква-тойнцы исцеляли раненых и больных.
— Премьер-министр, я только что получила сообщение от Береговой охраны. Они перехватили неизвестную флотилию судов под неизвестным флагом. Говорят, они из Королевства Фенн? Они направлялись в Парпальдию, — сказала Сара.
— Фенн?.. О! Кажется, это одна из островных наций, с которой мы должны были встретиться, пока не случился Римини, — произнёс Джованни.
— А, тогда понятно. Что ж, это наш первый контакт с этой нацией, и мы хотели бы спросить, что делать? В конце концов, это технически дипломатия.
— Верно, верно. Скажите им, что они могут свободно пройти через наши воды в Парпальдию под наблюдением Береговой охраны. НО, также передайте, что мы будем очень рады, если они высадятся на берег для незапланированной дипломатической встречи. Раз уж они всё равно здесь, — сказал Джованни.
— Слушаюсь, премьер-министр. Я буду держать вас в курсе, — сказала Романо, прежде чем завершить вызов.
Джованни глубоко вздохнул.
— …Мне бы и правда стоило связаться с Бьянкой.
Штаб-квартира имперских вооружённых полков, Эстирант.
Ардэ сидел в своём кресле, а его кабинет освещался лишь дрожащим светом камина. Шторы были задёрнуты, и в кабинете царила тишина. В руках он держал две папки; старомодные на вид, они контрастировали с современными итальянскими папками на его столе. Ардэ прочитал надписи.
План войны «Кинжал» и План войны «Кирка». Два его последних военных плана, заказанных Людиусом для вторжения в Фенн и Альтарас.
Теперь они годились лишь в качестве пресс-папье. Ардэ презрительно усмехнулся от досады, после чего бросил папки на стол. На столе стояла бутылка парпальдийского рома. Он плеснул немного в стакан и залпом выпил.
— …Кхгм-м, чёрт, — произнёс Ардэ резким тоном. Он не помнил, чтобы парпальдийский ром был таким скверным по сравнению с итальянским.
Итальянцы. Проклятые итальянцы. Ардэ раньше других понял, что зависимость от итальянских предметов роскоши была медовой ловушкой. И всё же даже он не мог удержаться от их товаров. Теперь аристократия и знать зависели от вин и шоколада из Италии до такой степени, что это стало важным фактором в местной политике.
Санкции ударили не только по пристрастиям аристократов. Они ударили по их ресурсам: на шахтах и плантациях не хватало рабов, а поставки практически всего превратились в тонкий ручеёк. Они ударили по их промышленности: рабов, которые просто собирали мушкеты, пушки и тому подобное, пришлось освободить. Следовательно, это ударило по их вооружённым силам: поставки и обслуживание практически всего были на грани полной остановки, и никто другой не желал выполнять эту работу. И наконец, по их экономическому престижу. Парпальдия была центром торговли для всего Филадеса. Караваны и торговые суда наводняли столицу Эстирант в отчаянной погоне за парпальдийскими богатствами. Теперь почти все они вместо этого находились в портах Триеста или на пограничных переходах Ломбардии.
Мужчина глубоко вздохнул. Людиус. Этот чёртов мальчишка угодил прямо в лапы итальянцам. Его покойного отца он уважал больше, чем нынешнего императора. Он был прав, он знал, что такой незрелый ребёнок не годится на роль императора. А эта мелкая паршивка Ремилла лишь потакала его так называемому интеллекту.
Ардэ медленно посмотрел на свой алкогольный шкаф. Он встал и взглянул на бутылку наполовину выпитого итальянского рома «Дон Пикко». Он открыл шкаф, взял бутылку в руку и мрачно нахмурился. Медленно он подошёл к столу, схватил две папки с военными планами и в последний раз окинул их взглядом.
Затем мужчина швырнул папки в камин и вылил на них остатки рома, усилив пламя. Он мгновение смотрел на огонь, а затем стиснул зубы. Ардэ вернулся к своему столу.
Он открыл ящик и вытащил свою копию карты Италии. Ардэ пробежался по её содержимому, а затем достал совершенно новую папку. Вместо современной папки из манильской бумаги, которую им дали итальянцы, он предпочёл использовать традиционную парпальдийскую.
Ардэ взял ручку. Он уставился на карту Италии, после чего написал на бумажной этикетке папки:
План войны «Пика»