К Эстиранту
Ланзада, Ломбардские Альпы, два дня назад
— Продолжайте, пожалуйста, ешьте.
В небольшом доме в деревне Ланзада царила необычная атмосфера. Снаружи, привязанные к дереву, шесть виверн с жадностью поглощали остатки пищи, разбросанные по земле. А в двухэтажном доме их хозяева в спешке поглощали приготовленный обед.
На лицах бойцов-вивернщиков читалось облегчение и даже радость. Перед ними на столе стояло огромное блюдо лазаньи, в которое они с головой погрузились. Некоторые из воинов запивали еду вином, а пожилая женщина суетилась вокруг них, создавая атмосферу уюта и комфорта.
— Вам стало лучше? — заботливо спросила она.
— Намного лучше… — выдохнул один из младших бойцов, прежде чем вернуться к еде.
Несмотря на то, что они были вивернщиками, их деревня была совсем крошечной, а потому питались они ненамного лучше, чем обычные крестьяне. А тут — ароматное, аппетитное, вкусное блюдо… Мужчины без раздумий отдались гостеприимству старушки, наслаждаясь пищей.
Один из более взрослых воинов, чья форма была чуть богаче украшена, чем у остальных, молча ел, вспоминая события, которые привели их сюда.
Они пролетели долгие часы, прежде чем приземлились неподалёку от городка. По плану следовало жить за счёт местных ресурсов, но когда в воздухе разнесся этот восхитительный аромат, они просто не смогли устоять.
Виверны на улице, естественно, немало перепугали местных жителей. Бойцы с головой ушли в еду, но внезапный громкий шум отвлёк их внимание. Один из них вздрогнул и резко обернулся к окну.
— Что это было?!
— Ох, успокойся, милый, это всего лишь полиция, — произнесла старушка мягким, успокаивающим тоном, который, вероятно, и не дал бойцам среагировать слишком резко.
Она вышла из дома и увидела двух ошеломлённых полицейских, уставившихся на виверн.
— Всё в порядке, офицеры? — с добродушной улыбкой поинтересовалась она.
Полицейские поочерёдно переводили взгляд с виверн на женщину.
— Эм… мадам… Откуда, кхм… эти драконы?
Старушка обернулась в сторону дома и спокойно ответила:
— Ах, видите ли…
Палаццо Киджи, 14:42
Джованни начинал жалеть о том, что занял пост премьер-министра Италии. Работа и раньше была непростой, но после так называемого «перемещения» Итальянского полуострова в этот новый мир он чувствовал, будто состарился на десяток лет.
Его кабинет был завален бумагами — отчёты о проблемах, охвативших всю Италию, громоздились стопками.
Правительство делало всё возможное, чтобы скрыть информацию о перемещении. Однако, даже выглянув в окно, Джованни видел, что народ начинал беспокоиться. Интернет-соединение с внешним миром исчезло, но фотографии перекрытых границ разлетались по социальным сетям со скоростью лесного пожара. Протесты набирали обороты — люди требовали действий и объяснений. И Джованни не мог их в этом винить.
Он бессильно положил голову на стол, но, кажется, в миллионный раз за день раздался стук в дверь. Премьер-министр выпрямился, прочистил горло, едва не сбив пустую чашку из-под кофе, и громко сказал:
— Входите!
Дверь открылась, и в кабинет вошла молодая блондинка, выглядевшая не старше двадцати семи–двадцати восьми лет. Окинув взглядом измученного премьер-министра, она невольно испытала к нему сочувствие.
— Премьер-министр Канесса? Меня зовут Анна Гаспаротто. Я представляю Министерство иностранных дел, — представилась она, держа в руках папку, которую Джованни тут же заметил.
— Мисс Гаспаротто, рад знакомству. За последние сутки мой кабинет успели посетить представители многих министерств, но Министерство иностранных дел — впервые… Раньше мне говорили, что мы оказались в практически пустом мире?
Анна протянула ему папку, продолжая:
— Мы тоже так думали, премьер-министр. Однако… мы получили сообщение о контакте с государством к северу от Альп. Детали — в папке.
Глаза Джованни широко распахнулись. Контакт с другой страной? Это казалось невообразимым. В голову лезли безумные мысли — внеземные цивилизации, мистические существа или, возможно, какая-то альтернативная Европа. Что бы это ни было, он быстро открыл папку и начал читать.
Анна тем временем продолжала:
— Государство к северу от нас называется Парпальдийская Империя. Как вы можете заметить, это обширная страна, по размеру почти сопоставимая с континентальной частью США. Первые, кто вступил в контакт с её представителями, — это местная полиция в Ланзада. Это звучит невероятно, но…
— …это драконы?! — потрясённо воскликнул Джованни, разглядывая отчётливый снимок, на котором шестеро людей позировали рядом с огромными зверями.
— Точнее, виверны, как они их называют. Помимо этого, эти так называемые вивернщики говорили на безупречном итальянском. Как это возможно — неизвестно, но нам удалось извлечь из разговора немало важных сведений о Парпальдии. Их столица — Эстирант, а уровень их военных технологий приблизительно соответствует эпохе Наполеоновских войн. Но самое тревожное в том, что… Парпальдия — государство-завоеватель. Именно поэтому их территория столь обширна.
Джованни тяжело выдохнул, откладывая папку и потирая рот рукой. Мысль о потенциально враждебном государстве по соседству была весьма тревожной.
— …И они сами признались в этом?
— Они не просто признались, премьер-министр. Они хвастались этим. Даже шутили о том, что могут захватить Ланзаду, потому что считали, будто это и есть вся Италия.
— Понятно… — мрачно произнёс Джованни. — Мисс Гаспаротто, насколько загружено Министерство иностранных дел?
— Достаточно сильно, премьер-министр.
— Передайте им, что я немедленно отправляюсь на совещание. Эта Парпальдийская Империя — серьёзная угроза для безопасности Италии.
Анна молча кивнула и вышла из кабинета. Теперь тревожные мысли о Парпальдии не давали покоя им обоим.
Авианосец «Кавур», «Тирренское море», за день до этого.
На палубе флагмана итальянского военно-морского флота стоял молодой человек со стильной каштановой причёской и светлой кожей. На воротнике его костюма красовался значок с флагом Италии. Это был посол Антонио Каталано — бывший дипломат, служивший во Франции. Теперь его назначили для установления контакта с парпальдийцами. Почему именно его выбрали для этой миссии, он не знал, но сегодня он находился в открытом море, направляясь в город Эстирант.
Антонио внимательно изучал приближающийся берег, а затем обернулся назад. После того как премьер-министр получил сведения о том, что Парпальдия может быть агрессивным государством, было принято решение продемонстрировать силу с помощью канонерской дипломатии. В составе 2-й военно-морской дивизии в поход отправился «Кавур», а вместе с ним эсминец «Андреа Дориа», а также «Луиджи Дуранд де ла Пенне» и «Франческо Мимбелли». Их сопровождали два фрегата — один из класса «Бергамини», другой из класса «Маэстрале». Этот флот был мощной демонстрацией военно-морской мощи Италии.
Антонио считал, что это несколько чересчур, но, с другой стороны, разумная осторожность не помешает. Если бы, к примеру, Франция Наполеона каким-то чудом вновь возникла, Италия наверняка бы устроила показательное бряцание оружием, чтобы удержать Императора от возможных действий. Если Парпальдия была чем-то похожа, это, безусловно, повод для беспокойства.
Однако его размышления прервал неожиданный визит — к флоту подошла дюжина деревянных кораблей.
Антонио наблюдал, как моряки вокруг него засуетились, готовясь к возможному развитию событий. Он стоял в ожидании, следя за движением парусников. Те сначала просто проплыли мимо, но затем развернулись и пошли следом за итальянским флотом, постепенно замедляя ход.
— Хм? Это корабли сопровождения? — пробормотал он себе под нос.
На деревянных судах виднелись орудия и люди на борту, которые выглядели крайне ошарашенными. Антонио лишь усмехнулся, наблюдая за этой картиной.
Док Мэрии Эстиранта. Возвращение к настоящему.
Кайос стоял на причале Эстиранта, наблюдая, как издалека к порту направляются металлические корабли, сопровождаемые парпальдийскими канонерками. Через магический коммуникатор он получил известие, что эти суда принадлежат так называемой стране Италии, о которой он сегодня слышал уже слишком много. Именно они были ответственны не только за появление таинственных гор, но и за исчезновение территорий, принадлежавших Парпальдийской империи.
Кайос собирался встретить итальянцев с гневом, угрозами и требованиями за нанесённый ущерб. Но, увидев приближающиеся стальные колоссы, он почувствовал не злость, а беспокойство.
Рядом с ним стояла Райта, за спиной которой собиралась любопытная толпа. Она следила за взглядом Кайоса и, наконец, спросила:
— Лорд Кайос... Каков ваш план?
— Я... Я не уверен. — Он нахмурился. — Если эти корабли действительно принадлежат итальянцам, то... мои привычные методы с ними не сработают.
Всё, что он видел перед собой, говорило об одном — Парпальдия внезапно обрела могущественного соседа.
Затем он заметил, что корабли остаются на одном расстоянии, не приближаясь к порту. Вскоре он увидел, как от них отделились меньшие суда.
— Гребные лодки? Подождите... Как, во имя Элизии, они движутся так быстро?
— Разве Му не оснащён подобными машинами? — спросила Райта, взглянув на Кайоса.
— Я видел такие суда у муанцев, но не с такой скоростью! — пробормотал он, потирая подбородок.
— Тогда... Всё равно, разве это не находится в юрисдикции Второго департамента иностранных дел?
— Я бы согласился, но... — Кайос перевёл взгляд на северо-восток. — Недавно пришли доклады о таинственных горах в тех краях. Эти итальянцы как-то связаны с их появлением. Они обосновались на тех просторах. А значит, эти земли теперь часть континента Филадес, и моя обязанность — налаживать с ними контакт.
Он снова посмотрел на приближающиеся суда и усмехнулся:
— Этим итальянцам повезло... Я проявлю к ним дружелюбие, чего не делал ни к одной нации Филадеса уже много лет.
— Мудрое решение, лорд Кайос. Подождите... что это…
Кайос удивлённо приподнял бровь, заметив, как Райта застыла, уставившись в небо. И тут же вздрогнул сам, когда четыре летательных аппарата резко взмыли в воздух. Они двигались так быстро, что над Эстирэнтом прокатился оглушительный звуковой удар.
Кайос резко повернулся, наблюдая, как машины стремительно набирали высоту, забираясь выше, чем могли подняться виверны. Затем они сделали стремительное пике, пронеслись над городом, словно демонстрируя свою мощь всем, кто мог это увидеть.
Толпа на пристани застыла в немом изумлении — кто-то смотрел в восхищении, кто-то в страхе. Кайос тоже был ошеломлён, но быстро нахмурился.
— Это... это не технологии Му... и даже не Священной Миришиальской Империи. — Голос его был низким и напряжённым. — Это... это новая сила, новое преимущество для Парпальдии.