Глава третья: Такаси-кун вернулся с войны. Он просто хочет во всем разобраться (4)

4

— Ну же, выкладывай всё как есть. Я слушаю. — произношу, взирая на поверженных противников.

— Это... настоящий произвол! Тирания! Мы же изначально не имели ни единого шанса на победу. — едва слышно бормочет Портман, чьё лицо выражает крайнюю степень обиды.

— Сами ведь первыми начали козырять грубой силой, разве нет? Проиграли — значит, извольте смириться и всё объяснить.

— Не могу с этим согласиться! Решительно протестую! Хмпф! — забавно раздувает щёки, выражая своё негодование.

— Натали... Придержи-ка Портмана. Раз уж он ведёт себя не по-мужски, его кастрирую. — бросает Шелли с ледяным спокойствием.

— Я... всё расскажу! Всё выложу! Только, умоляю, прекрати говорить такие страшные вещи!

Завершив это короткое, но бурное сражение, мы заставляем сестёр Карсон и частично восстановившегося Портмана сидеть на земле в чинной позе сэйдза. Что же касается Фэй Лун, особого механического солдата, то его восстановление — процесс небыстрый, посему он так и остаётся валяться неподалёку грудой безжизненного металла.

«Тут уж ничего не поделаешь.»

— Итак? Кто вам угрожает? Говорите честно. Самолично отправлюсь к этому негодяю и вышибу из него дух. — обещаю, стараясь подбодрить товарищей.

Портман замирает с разинутым ртом, глядя на меня в полном недоумении.

«К чему эта немая сцена? Неужели сморозил какую-то несусветную глупость?»

— Э-э... Послушай, Такаси, нам никто не угрожает. По большому счёту, мы прибыли сюда исключительно по собственной воле. — подаёт голос Фэй Лун.

— Что? Но ты же сам говорил, что готов на всё ради защиты чего-то важного! Разве кто-то не взял ваших близких в заложники?

— Ну... как бы тебе сказать... в каком-то смысле это так... — тот виновато чешет затылок и издаёт неловкий смешок. — На самом деле, драгоценное, что мы пытались защитить даже ценой собственных жизней — это твои, Такаси, мирные будни.

— Мои... будни? Это ещё что значит?

— Помнишь, Такаси, как во время войны ты часто повторял, мол, когда всё это закончится, ты хочешь жить самой обычной, заурядной жизнью?

— Ну, было дело.

— А известно ли тебе, что сейчас творится внутри армии? — задаёт он встречный вопрос.

— Э-э-э? — окончательно теряюсь от такой резкой смены темы. — Внутри армии? О чём ты? Там что-то случилось?

— Ещё бы! Вы хоть представляете, чем сейчас заняты солдаты, оставшиеся на службе, вот так-то? — Рио тяжело вздыхает, выпятив нижнюю губу.

— Откуда мне знать? Ну и чем же?

— Они пакуют чемоданы! Все до единого собирают вещи, чтобы отправиться прямиком сюда, в Японию!

— ... Чаво-о-о-о?!

«Собирают вещи? Зачем всем внезапно понадобилось в Японию?» — замираю, поражённый этой новостью...

— Думаю, ты не в курсе, Такаси, но после твоего возвращения на родину в войсках вспыхнул форменный бунт. — ... а Портман тем временем продолжает свой рассказ. — Солдаты неистовствовали, требуя вернуть тебя или хотя бы сказать, куда делся.

— Ах, точно... Кажется, Шелли упоминала об этом, когда только пришла ко мне домой... Припоминаю нечто подобное.

— Чтобы как-то утихомирить разбушевавшуюся толпу, командование пустило слух, будто ты скоро вернёшься. Шелли, которая была с тобой в близких отношениях, даже купила здесь дом, чтобы вы жили вместе, и это на время успокоило людей.

— И об этом знаю... Шелли сама рассказывала.

— Однако время шло, ты не возвращался, а потом и Шелли внезапно отбыла в Японию. Солдаты начали что-то подозревать. В их души закралось сомнение: а не обманули ли их? Неужели Такаси больше никогда не вернётся в строй? — Портман невесело усмехается. — И тут, как назло, главнокомандующая Гарнет перекупает дом Шелли... Все сразу всё поняли. Ты не вернёшься.

— Погодите-ка! Так, значит, план по возвращению Натали и Шелли обратно в армию — всего лишь дымовая завеса? Попытка создать видимость, будто когда-нибудь снова надену форму?

— «ДА!» — в ответ на мой вопрос Портман, сёстры Карсон и Фэй Лун хором выкрикивают.

«Если вкратце подвести итог сей запутанной истории, то никаких злодеев не существует. Все эти события — лишь результат их коллективного стремления защитить мой покой. Они рассудили так: если Натали и Шелли, мои самые близкие боевые товарищи, вернутся в армию, остальные солдаты поверят, что и рано или поздно приду вслед за ними. Они упорно хранили всё в тайне, опасаясь, что узнай правду, то сразу откажусь от своей мечты о тихой жизни и приму к себе всех тех безумцев, что уже навострили лыжи в Японию. Что и говорить, они знают мой характер как облупленные... Ведь и впрямь уже готов опустить руки и смириться с неизбежным.»

— Такаси, ты столько раз спасал наши шкуры, что мы во что бы то ни стало хотели сберечь ту жизнь, о которой мечтал. К сожалению, твоя решимость оказалась сильнее наших хитростей. Жаль, очень жаль.

— И правда, до чего обидно! Мы ведь готовы были костьми лечь, лишь бы ты жил спокойно. Но раз уж сам так решил, то делать нечего. — сокрушается Фэй Лун.

— Эмили так старалась всё скрыть, правда, вот так-то! А ты... Так-кун, взял и силой вытянул из нас все признания... — сокрушается Рио.

— Это тот путь, который выбрал сам Такасик, тут уж ничего не попишешь. — поддакивает Натали.

— Ах вы... прохвосты... — скриплю зубами от досады...

— И как только у вас язык поворачивается нести подобную чушь? — ... а Шелли тем временем лишь насмешливо фыркает. — Разве всё не идёт ровно по вашему сценарию? — поддевает она их.

— Ч-что вы такое говорите... — лепечет Рио, отводя взгляд.

— Ну сами посудите: если бы вам действительно нужно было просто забрать нас, существовала масса куда более простых и эффективных способов. Не было никакой нужды втягивать во всё это Такаси.

— Если здраво рассудить, Такаси и впрямь можно было оставить в стороне. — Натали в задумчивости хмурит брови, внимая словам Шелли. — Достаточно было просто связаться с нами напрямую.

— Более того, вам вовсе не обязательно было так усердно учить японский язык. Очевидно же, вы действовали с прицелом на то, чтобы самим обосноваться в Японии!

«Минуточку... Давайте-ка притормозим. Выходит, пока эти деятели разглагольствовали о защите моего 'мирного бытия', за спиной они вовсю готовили почву для собственной легализации здесь? И вся эта канитель затеяна лишь для того, чтобы, когда ораву неудержимых вояк прорвёт в Японию и они начнут творить здесь бог весть что, не смог предъявить им никаких претензий?!»

Пристально вглядываюсь в лица Портмана и остальных. Даже мне, человеку, не обладающему выдающейся проницательностью, становится ясно: попал в самую точку. У каждого на физиономии написано чистосердечное признание.

— Так вы... всё это спланировали?! Издевались надо мной и получали удовольствие, так, что ли?!

— Да нет же! Мы и вправду в первую очередь думали о тебе! Просто... ну, на случай самого паршивого исхода решили подтянуть язык, чтобы...

— Да ты же улыбаешься! А ну смотри мне в глаза!

— Да не улыбаюсь я... Ну прекрати...

— Да я же вижу, что едва сдерживаешься!

В отчаянии набрасываюсь на Фэй Лун и остальных, которые, уткнувшись в землю, так-то вздрагивают всем телом от беззвучного смеха. Они не просто улыбаются — они светятся от радости, едва сдерживая торжествующий хохот.