Глава вторая: Такаси-кун возвращается с войны —Я просто хочу воссоединиться с семьёй— (8)
8
Спустя неделю после инцидента с Огами наши с Натали вступительные экзамены благополучно завершились. Я переживал из-за своих знаний, но тесты оказались на удивление простыми. По ощущениям, решил около девяноста процентов, так что проблем быть не должно. Натали же, как и ожидалось, справилась играючи. Настоящий профи.
Когда вернулись домой и обсуждали будущую школьную жизнь, в комнату вошла сестра с чрезвычайно серьезным видом. Губы сжаты, брови домиком — кажется, она сердится? Я в замешательстве смотрю на неё, и тут решительно тычет в меня пальцем.
— Так-кун! Экзамены позади, так что теперь ты мне всё расскажешь!
— О чём ты?
— О твоем теле! — она смотрит прямо в глаза.
«Похоже, догадалась, что я подвергся модификации.»
— Не понимаю, на что ты намекаешь.
— Не прикидывайся! На войне с тобой явно что-то сделали! Обычный человек не может крушить асфальт голыми руками!
— На всё сила воли! В беде же была ты, сестрица моя. А ради любимого, близкого сердцу человека, любой может горы свернуть, да поезда поднимать!
— Л-любимого... — вдруг замялась она и на несколько мгновений глазки её забегали по комнатке. — Нет! Ты меня не запутаешь! Я тоже тебя люблю, но сейчас отвечай на вопрос честно! — она заливается краской и отчаянно мотает головой.
«Как и всегда, её реакции безумно милы.»
— Такаси, да расскажи ты ей уже. Всё равно не отвяжется, раз уж ты так наследил тогда. — Натали усмехается, похрустывая печеньем.
«Что ж, она права. Я и сам понимал, что после той демонстрации силы в переулке скрыть правду не удастся. Приятно, что сестра дождалась окончания экзаменов, прежде чем устроить допрос. Истинная Ямато-надэсико, верх тактичности.»
— Только обещай, что отцу и матери ни слова. Не хочу их лишний раз волновать.
— А... да. Обещаю.
«С чего бы начать... Всё это — военная тайна, подробный отчет может обернуться проблемами. Но а краткий пересказ будет звучать как бред сумасшедшего.»
— Сестра, что ты знаешь о войне, в которой я участвовал?
— Только то, что на нас напали «космические захватчики». Я пыталась искать информацию в сети, пока тебя не было, но там почти ничего нет.
— Хм, значит, информационная блокада работает.
«Похоже, она почти ничего не знает. Если расскажу лишнего, её тоже могут взять под надзор, ограничусь допустимым минимумом плюс немного сверху из информации уровня допуска военной тайны, иначе, минуя тему моей продемонстрированной силы.»
— Если вкратце, то мы с Натали прошли через программу модификации тела. Нас изменили, чтобы мы могли эффективно истреблять пришельцев.
— ... Что? Модифицировали?
— Подумай сама: отправлять на фронт обычного школьника, не прошедшего подготовку — безумие чистой воды. Они отбирали подходящих кандидатов, чтобы превратить их в киборгов.
— Модифицировали... — глаза сестры округляются, она робко берет мою руку и начинает её прощупывать с нескрываемым изумлением. — Значит, ты теперь машина?
— Есть и такие, но мой случай иной. В меня интегрировали различные... субстанции, чтобы многократно усилить физические возможности.
— Твоя рука такая же мягкая и теплая... А что это за «субстанции»?
— Прости, этого сказать не могу.
— Ох... нельзя, значит...
«Наверное, её бы стошнило, узнай она, что в моем теле полно клеток пришельцев. Командование не знало жалости, отбросило всякую человечность ради победы. Впрочем, иного пути к выживанию, вероятно, не существовало.»
— Значит, благодаря этому ты стал таким сильным, что можешь крушить асфальт?
— Вроде того.
— И не только это! Такаси у нас особенный! — боевая подруга, сияя от гордости, решает вставить свои пять копеек.
— Натали...
— Его адаптивные способности были лучшими среди всех солдат! Его организм принял все препараты без побочных эффектов!
— Натали, хватит.
— Благодаря им обрел невероятную силу и выносливость, став решающим бойцом в войне против пришельцев. Его называли «Эрривал-пойнт{Эрривал-пойнт — термин, означающий «Точку истинного предела» или «Конечный пункт назначения».}» — вершиной человеческой эволюции!
— Натали!
— Его подвиги были легендарными! Он переломил ход войны! Отступление у Денеба, оборона Залива... Если бы не Такаси, мы с Шелли бы давно уже...
— Я же просил не болтать лишнего, а ты выдаешь военные секреты, словно описываешь подругам «Как я провела это лето»! — отвешиваю ей легкий подзатыльник.
Девушка лишь хихикает и возвращается к своему печенью. Никакого уважения к уставу. Пока я шутку массирую её макушку и шею «железным захватом», сестра тихо спрашивает:
— Можно еще один вопрос?
— Да?
— Та-кун... ты ведь всё ещё человек?
«Интересно, что она вкладывает в это понятие. Понимаю, почему она спрашивает.»
— ... А если я скажу, что стал монстром, что ты сделаешь? — пытаюсь отшутиться своей обычной кривой ухмылкой...
... но сестра не принимает игру. Она смотрит на меня предельно серьезно.
— Совершенно ничего не изменится. Ты был моим братом и останешься...
— А?
— Я... даже не представляла... через что тебе пришлось пройти... пока жила своей обычной жизнью... — её голос дрожит, и на глаза наворачиваются крупные слезы. — Так-кун, каким бы ни было твое тело, ты — моя семья. И Натали-тян тоже... — она бросается мне на шею, рыдая навзрыд. — Каким бы ты ни стал! Мы семья! Вы сражались ради нас! Теперь я буду защищать вас! Обязательно! Обязательно!.. Спасибо вам... за то, что спасли нас... Спасибо...
Мы с подругой боевой моей переглядываемся.
«Нас могли презирать за то, что мы стали чудовищами, но никогда не ожидали услышать слова благодарности за это. Слова, которые нам не сказали в армии, услышали от неё. Именно те слова, в которых нуждались больше всего.»
— Сестренка такая добрая... я так рада... — Натали улыбается, и в её глазах тоже поблескивают слезинки.
— Теперь мы будем ходить в ту же школу, что и она. Будет весело.
— ...Т очно.
— Начнем нашу обычную, счастливую школьную жизнь!
— Да!
Глажу сестру по голове, пока она утыкается мне в плечо. Инцидент с Огами исчерпан, впереди только радость. Больше никаких проблем быть не должно. Наша история о мирных буднях только начинается.
Так я думал в тот момент и как же заблуждался. Мои надежды были до смешного наивны. И представить не мог, что вскоре ждет сцена ревности при встрече с подругой детства, внезапный перевод в мою школу бывших сослуживцев и визит международной поп-дивы, с которой познакомился на фронтовом концерте.
Мои «спокойные» дни обещали быть очень шумными.