Глава 2.0

Имя — Ким Сори, пол — женский, без пяти минут четверокурсница. Особенности: собака (предположительно).

Это был не сон. Потому что вместо человеческой речи из меня вырывались какие-то «тяв-тяв», после чего я отключилась, а теперь вот только пришла в себя.

Запрокинув голову, я ошарашенно уставилась в ночное небо.

Я думала, что привыкла к внезапным несчастьям и меня уже ничем не удивишь, но...

«Но чтобы перестать быть человеком — это уже перебор».

Я заметалась на месте, а потом с силой хлопнула себя по лбу.

«Спокойно».

Нужно успокоиться. Паника ещё ни разу не помогала делу, наоборот — только всё портила.

Для начала — попросить о помощи. Глубоко вдохнув, я принялась аккуратно перебирать передней лапой валявшуюся рядом одежду.

«А-а, я ничего не вижу!»

Спокойствие мгновенно испарилось. Почему именно в кармане застряла моя голова.

Дёрг-дёрг — кое-как выбравшись, я в отчаянии провела лапами по щекам.

«Телефона нет».

Надо было отучаться от привычки оставлять его дома.

«…Впрочем, толку от него всё равно не было бы».

Даже если позвоню — кроме собачьих звуков ничего не издам…

Собственно, телефон с самого начала был бесполезен. Привычка не носить его с собой появилась потому, что звонить было некому и звонков я тоже не ждала. После смерти бабушки это чувство только усилилось.

«Что делать…»

Даже если вернусь домой, с таким крошечным ростом и этими лапами я не смогу даже войти в подъезд.

«Может, самой найти кого-то, кто поможет?»

Мой круг общения был не просто узким, он практически отсутствовал.

Я бессильно сидела, когда вдруг резко подняла голову. За пределами переулка мелькнуло знакомое лицо.

«А?»

Словно зачарованная, я поднялась и выбежала из переулка. Ковыляя на двух лапах и изо всех сил стараясь бежать, я быстро поняла: «Ошибка».

То-то я думаю, почему скорость такая низкая. Собаки вообще-то передвигаются на четырёх лапах.

Топ-топ-топ — перейдя на бег на четырёх конечностях, я выскочила на улицу, залитую светом вывесок, и увидела два силуэта.

Из двух мужчин в костюмах один с аккуратно зачёсанными седыми волосами был тем самым дедушкой, которого я часто встречала, когда выгуливала Сори в парке…

«…Или нет?»

Даже с учётом ночной темноты он выглядел непривычно. Он всегда был аккуратным, но такой дорогой автомобиль и личный водитель — это уже что-то новое.

Пока я озадаченно наблюдала, у меня возник небольшой вопрос.

Говорят, собаки различают ограниченное количество цветов, но моё зрение ничем не отличалось от человеческого. И обоняние не казалось особо обострённым.

— Господин председатель, под ногами темно.

Стоявший рядом мужчина средних лет почтительно открыл заднюю дверь остановившегося автомобиля.

«Председатель?»

То есть самый главный в компании?

Я опомнилась слишком поздно, машина уже начала плавно трогаться с места.

«Подождите!»

Прежде чем мозг успел сообразить, ноги сами пустились вдогонку. На бегу я чувствовала, как мои уши забавно хлопают на ветру. Ещё одно подтверждение моего нынешнего облика.

«Я не успею».

Хак, хак. Сердце колотилось, дыхание застревало в горле.

Брошенные на земле стаканчики из-под кофе и мусор казались опасными препятствиями, лапы ныли от ударов о камешки.

Но остановиться я не могла. Сейчас этот дедушка был моей единственной соломинкой.

Машина ехала медленно, поэтому расстояние то сокращалось, то снова росло.

«Что же делать…»

Если я упущу эту машину, я вообще не представляю, что дальше. От усталости в глазах всё плыло, но огни автомобиля оставались пугающе чёткими.

«Пожалуйста…»

Когда всё внимание было сосредоточено лишь на погоне, в голове вдруг мелькнуло лицо Сори.

В тот первый день ты тоже с таким отчаянием бежала за мной?

Ты тоже так изранила себе лапы?

«Надо было хотя бы раз обернуться и взять тебя на руки».

Тогда твои лапы болели бы хоть немного меньше. Сердце разрывалось на части.

* * *

Косой взгляд.

Водитель Чон бросил взгляд в боковое зеркало и тут же отвернулся.

Косой взгляд.

Снова.

Косой взгляд.

Несколько раз проверив зеркало заднего вида, водитель Чон наконец нарушил тишину:

— Господин председатель.

Сидевший сзади и смотревший в окно председатель Сок повернул голову.

— Говори.

— Это… — водитель, не к месту замявшись, снова украдкой взглянул в зеркало. Сначала он подумал, что это просто полиэтиленовый пакет на ветру. Но это нечто с четырьмя короткими лапами определённо было...

— За машиной следует собака.

— За этой машиной?

— Да. Очень маленький щенок. Я подумал, вдруг вы его знаете.

Услышав такую нелепость, председатель Сок издал короткий смешок.

— Ты сейчас спрашиваешь, вожу ли я знакомство с собаками?

— ...Просто он преследует нас ещё от озёрного парка.

Значит, преследует с того самого момента, как они сели в машину.

Председатель Сок с лёгким удивлением обернулся. За окном действительно из последних сил бежал маленький щенок.

Водитель Чон, наблюдая за реакцией председателя, осторожно спросил:

— Что будем делать?

Председатель ещё мгновение смотрел наружу, затем отвёл взгляд. Его глаза потемнели, налились холодом.

— Что делать…

Будь то человек или животное — ответственность за живое существо начинается с того момента, как ты принимаешь его под свою опеку.

— Делай то, что должен.

Кивнув, водитель Чон устремил взгляд вперёд. Городская суета уже осталась позади, дорога стала пустынной.

Машина загудела и начала набирать скорость. Щенок в зеркале заднего вида стремительно уменьшался.

В конце концов лапы у него заплелись, и он бухнулся на землю, ударившись мордочкой.

Председатель Сок, глядя на неподвижное маленькое тело, тихо выдохнул.

— Тормози.

Ви-и-изг! Будто только этого и дожидаясь, шины заскрежетали по дороге.

Выйдя из машины, председатель Сок зашагал вперёд — не медленно и не быстро. Водитель Чон последовал за ним.

— Я сам подниму его.

Щенок, которого он подобрал, был настолько мал, что умещался в ладонях водителя. Заострённые уши были наполовину прижаты, а вся мордочка напоминала рисовый пирожок.

Глядя на потерявшего сознание щенка, председатель Сок тихо пробормотал:

— Выглядит в точности как мой старый друг, который ушёл раньше меня.

Водитель Чон молча проглотил вопрос о том, был ли тот друг тоже похож на пирожок.

* * *

— Ну-ка, все сюда.

Суровый голос «дедушки из парка» донёсся издалека.

«Где я?..»

Я, не до конца придя в себя, открыла глаза и увидела, как ко мне тянется огромная рука, будто собираясь накрыть целиком.

— Ой-ой, дедушка, это что за щенок?

Вздрог.

Испугавшись, я рефлекторно перекатилась в сторону. Попыталась спрятаться между шкафом и стеной, но…

«Чёрт».

Почему все беды вечно начинаются с головы.

Хып, хып.

Я отчаянно дёргалась, пытаясь вытащить голову, но усилия были напрасны.

В итоге я так и осталась сидеть — голова застряла, а туловище торчало наружу.

— …

Невыносимая тишина повисла в воздухе. Даже в полной темноте я чувствовала на себе несколько взглядов.

Эту неловкую паузу прервал упрёк дедушки, прилетевший мне в спину.

— Сама же сунула свою большую голову туда, вот и получила.

Похоже, я — щенок с крупной головой.

Пока я переваривала это малоприятное открытие, раздался скрежет — раздвижная дверь открылась. Послышались шаги, кто-то вошёл.

— Тц. Домой пораньше возвращайся, — дедушка недовольно цокнул языком.

— Разве девять вечера — это не «пораньше»? — новый голос принадлежал, судя по всему, молодому мужчине. — Хотя для стариков это уже время сна.

— Называй меня «председатель»!

Бах — трость с глухим стуком ударила по полу.

Похоже, дедушка притащил меня, потерявшую сознание, к себе домой, и мне оставалось лишь догадываться о происходящем по обрывкам разговора.

«Этот мужчина — его внук?..»

Я нахмурилась, пытаясь представить, кто он такой. Его расслабленный, чуть насмешливый голос был до странного знаком.

«Что вообще здесь происходит…»

В панике я снова попыталась вывернуться, чтобы вытащить застрявшую голову. Разумеется, это выглядело как бесполезное виляние задом.

— В общем, — дедушка откашлялся. — Думаю, пока оставим эту собаку у нас.

Даже не видя, я чувствовала, что он указывает на меня.

Молодой мужчина, до этого молчавший, коротко бросил:

— И где она потеряла голову?

— В шкафу застряла. Череп у неё, знаешь ли, незаурядный.

Их разговор нанёс сокрушительный удар по моему достоинству.

— Вытащи её.

После слов дедушки чьи-то шаги начали приближаться.

Топ, топ, топ. Звук шагов замер прямо за моей спиной.

Через пару секунд прямо над ухом раздалось бормотание молодого мужчины:

— Вау.

Я вся напряглась, ожидая продолжения.

— Впервые в жизни вижу такое упитанное туловище.

А я впервые в жизни видела такое нахальство.

Гнев только начал подниматься, как близкий звук его голоса расставил всё по местам.

Я поняла, откуда взялось это странное дежавю.

Я узнала этот голос. Эту манеру речи, напрочь лишённую вежливости, этот низкий тембр, который так хорошо ложится на слух.

Грох — шкаф, сдавливавший мне голову, немного сдвинули. Я тут же попятилась назад, прижимаясь к полу.

«Вылезла!»

В порыве облегчения я сжала передние лапы и тут увидела домашние тапки. Сомнений нет, это были тапочки того самого грубияна.

Сдвинув брови, я медленно подняла голову. Взгляд скользнул по бесконечно длинным ногам, выше — по торсу, и наконец упёрся в лицо.

— ...

В тишине мы обменивались взглядами.

Мужчина с бесстрастным выражением лица чуть приподнял одну бровь, разглядывая меня. Я же злобно дёрнула мышцами там, где у меня, по идее, тоже должны быть брови.

«Ким Сори, если хочешь меня переплюнуть, тебе проще заново родиться».

«…Сок Хэвон».

Это был мой заклятый враг из всех заклятых врагов.