Глава 80.0

Обходительно, словно нежный цветок, без капли вульгарности.

Только так можно заполучить достойного мужчину, который будет тебя лелеять, и спасти эту семью, наполовину разваленную дедом.

Эти слова Юнён слышала так часто, что они намертво впечатались в её сознание, пока она росла под крылом своей бабушки, госпожи Ёнсон.

Каждый раз, когда та брала внучку на встречи, цель была предельно ясна: выгодно продать плод своих многолетних трудов.

Будь то Сок Хэвон, Нам Ёнхо или Хан Дохван.

Рядом с Ёнсон, которая была одержима идеей пристроить её к кому угодно, Юнён всегда кротко улыбалась. Изящно, подобно цветку.

Тогда ей было всего семнадцать.

— А-а-а-а-а!

— Госпожа, пожалуйста, прекратите, вы же поранитесь...

— Вон! Пошла вон из моей комнаты! Свали, я сказала, чёрт, проваливай!

Звон!

Вещи в комнате разлетались в щепки.

Выставленная за дверь прислуга, опасливо поглядывая на госпожу Ёнсон, прошептала:

— Госпожа, молодая госпожа совсем... может, стоит хотя бы проконсультироваться со специалистом...

— И что? Притащить её в больницу? Чтобы пошли слухи?

— ...

— На людях она ведёт себя прилично, и этого достаточно. Не мели чепухи, просто принеси ей собаку. Белую. Шаман сказал, если рядом будет пёс, ей станет легче.

С того дня в комнате Юнён поселился белоснежный щенок.

— Не подходи, пошёл вон!

Гав!

Щенок, задетый брошенной в порыве истерики вещью, забился в угол.

Поразительно, но стоило Юнён немного успокоиться, как он снова робко подходил и усаживался у её ног.

Глупое создание. И зачем мне велели за ним присматривать? Всё это дерьмо.

— Я же сказала — не подходи! Бесишь!

На следующий день было то же самое.

— Уходи!

И на день после.

Глупый пёс возвращался к Юнён снова и снова, сколько бы она его ни прогоняла.

— Ты не отвалишь?

Юнён, в очередной раз оттолкнув приставучую собаку, уткнулась лицом в колени.

Она только что вернулась со встречи, где сопровождала бабушку. Стоило ей вспомнить те мерзкие, раздевающие взгляды, которыми её окидывали, как слёзы брызнули из глаз.

— Я что, вещь? Чёрт, я им не рыба на прилавке. Сумасшедшие, все как один...

В этот момент кончиков её пальцев коснулось что-то мягкое. Пёс подставил голову, словно прося ласки.

У него что, гордости совсем нет?

Юнён, у которой не осталось сил даже на то, чтобы прогнать его, невольно притянула собаку к себе и обняла.

Когда пёс слизнул слёзы с её щеки, она зарыдала в голос.

С того дня собака не стала для неё чем-то сакральным. Просто Юнён позволяла ей быть рядом, когда ей было плохо.

Так прошло несколько лет. Она даже не дала питомцу имени.

— И зачем только мне велели везти его в клинику... — бормотала Юнён, сидя за рулём.

Остановившись на светофоре, она обернулась. Собака, мирно сидевшая на пассажирском сиденье, радостно виляла хвостом.

«Неужели так весело?»

Наверное, потому что это их первая совместная прогулка.

Глупая, даже не знает, что мы едем на осмотр к ветеринару.

Может, на обратном пути заехать в парк?

Юнён усмехнулась, но тут же её глаза расширились от ужаса. Грузовик, пересёкший разделительную полосу, на полном ходу нёсся прямо на её машину.

Времени на раздумья не было. Схватив собаку за шкирку, она прижала её к груди в тот самый миг, когда... БАМ! Страшный удар сотряс автомобиль.

— ...

Больно. Тело онемело. Неужели это конец?

Юнён медленно моргнула. Кровь заливала глаза, застилая обзор красной пеленой.

«Собака... Что с собакой?»

В перевёрнутом мире она увидела белоснежный силуэт. Пёс стоял на лапах и вилял хвостом.

Жив. Какое облегчение.

Но тут она замерла.

Это глупое создание снова пыталось подобраться к ней — внутрь искорёженной, залитой бензином машины.

Юнён с трудом пошевелила непослушными губами:

— Уходи... Опасно... Не смей... подходить...

Словно не слыша её, пёс подбирался всё ближе. Стиснув зубы, она из последних сил закричала:

— ...Пошёл вон! Свали, я сказала!

Пёс вздрогнул.

Замешкавшись, он начал пятиться назад. В этот момент раздался визг тормозов — мотоцикл сбил собаку, и она исчезла из виду.

Эта отчаянная картина стала последним, что запечатлело сознание Юнён перед тем, как она отключилась.

Очнувшись, она первым делом услышала, что собака погибла на месте.

Бабушка Ёнсон сказала, что лично распорядилась кремировать её.

Так Юнён потеряла её, даже не успев попрощаться в последний раз.

Поздней ночью, лёжа в постели, Юнён прокручивала в голове события дня.

«Пёс на заставке... Его ведь зовут Пудинг?»

Вопросы Сори один за другим жалили её сердце.

Юнён чувствовала себя так, будто её уличили в том, какая она никудышная хозяйка — ведь она до самой смерти питомца так и не дала ему имени.

«Собака на экране... Вы ведь её не бросали, правда?»

В тот момент рука сама взлетела для удара.

Потому что попало в самое больное.

Ведь она оказалась хуже тех, кто выбрасывает животных...

«Завтра в три часа дня в озёрном парке! Если не придёшь — будешь жалеть всю жизнь!»

Юнён ворочалась, в сотый раз прокручивая этот голос.

Сначала она решила, что Сори просто хочет позлить её, припоминая помолвку.

Про аварию ведь можно разузнать у председателя Сока или Ынсу.

Но как бы Юнён ни пыталась убедить себя в том, что это просто провокация, стоило ей вспомнить ясный взгляд Сори, как эта версия рассыпалась.

Казалось, эта девушка знает что-то ещё.

Юнён медленно закрыла глаза.

Наверняка она просто что-то путает насчёт этого пса по кличке Пудинг...

* * *

Наступило субботнее утро.

После мучительных попыток сохранить душевное равновесие я проснулась в облике собаки и принялась за разработку плана.

Операция под кодовым названием «Захват Пудинга в озёрном парке».

Командир операции: Сок Тяв.

Единственный человек (в облике собаки), способный подобраться к Пудингу, который не подпускает к себе людей. Я была центром и главным исполнителем захвата.

Человеческий помощник: Им Докми.

Я могла бы позвать Сок Хэвона, но он слишком любит всё контролировать и наверняка стал бы мешать.

Докми же — идеальный наёмник: за пополнение внутриигрового баланса она сделает что угодно.

За тридцать тысяч кэша я получила от неё подтверждение по почте, что она заберёт меня в час дня.

(Сок Хэвону я наплела, что иду тусоваться в квартиру к Докми).

Агенты операции: собаки, вышедшие на прогулку в парк.

Благодаря острому нюху и скорости они должны были найти Пудинга. По сути — ключевое звено.

Единственный минус — ими невозможно управлять, но пока на месте Сок Тяв, понимающая их язык, этот минус нивелируется.

И, наконец, специальный гость: Юнён.

Ради Пудинга, который считает себя брошенным, Юнён обязана явиться в назначенное время.

Если не придёт... придётся просто передать ей пойманную собаку.

Итак, всё было готово.

Наступило два часа дня. Озёрный парк. Время исполнения.

Операция провалена.

Я сидела на расстеленном пледе и в полном ауте оглядывала собравшихся: маму, папу, дедушку и Сок Хэвона.

Напоследок я испепеляющим взглядом уставилась на Докми, которая преспокойно уплетала сэндвичи.

Ну конечно.

Она продала меня с потрохами Сок Хэвону за триста тысяч, когда тот прижал её к стенке с вопросом, куда мы намылились.

В итоге Хэвон увязался за нами. Услышав про парк, мама решила «проветриться» и присоединилась. Папа припёрся под предлогом того, что тётушка передала домашнюю еду.

Узнав об этом, подтянулся и дедушка. А чтобы мне «не было скучно», притащили ещё стажёра Ко и Тэнчо.

Моя амбициозная спецоперация превратилась в весёлый семейный пикник.

«Предательница», — подумала я, глядя на Докми.

Та поймала мой взгляд, показала большой палец и прошептала:

«Сам план я не сдала. Я получила кэш, так что помогу с операцией».

Тоже мне, хвастается.

Я со злостью переступила передними лапами.

«Тэнчо, какая обстановка?»

«Хён Тяв. Судя по тому, что творит мой хозяин, у него наклёвывается интрижка с хозяйкой Гончжу».

«Да неужели?» — я невольно заинтересовалась, но тут же встряхнула головой. — «Как это относится к делу?»

«Он ей позвонил и позвал сюда. Она должна быть в парке».

А вот это отличная новость. Если Гончжу нашла потерявшегося Тэнчо, то отыскать Пудинга где-то в парке для неё раз плюнуть.

«Значит, приоритет — отвлечь людей и найти Гончжу».

Знала бы, что так выйдет — взяла бы в сообщники маму. Из-за предательницы Докми времени на объяснения почти не осталось.

К тому же, здесь был стажёр Ко, так что я не могла вести себя слишком по-человечески.

«Хён, вон тот лощёный человек следит за каждым нашим движением», — Тэнчо указал на Сок Хэвона.

Я глянула в сторону. Хэвон, сидевший напротив на пледе, сверлил меня взглядом.

«Давай его тяпнем», — прорычал Тэнчо, обнажив свои зубы-рисинки.

«Игнорируй его. Скорее всего, мешать он не станет».

Успокоив Тэнчо, я легонько пихнула Докми лапой.

— Тяф.

У неё была задача: отвлечь внимание остальных и незаметно отстегнуть наши поводки.

Докми подала знак «ок» и внезапно выпалила:

— А что вы будете делать, когда Ким Сори перестанет быть собакой?

Зачем ты внимание на меня переключаешь, дурында?!