Глава 30.0

Натянув капюшон поглубже, Хэвон встал, прислонившись плечом к стеклянной перегородке у входа.

Ынсу, стажёр Ко Джин Сын и собака в слинге, висящей на плече у стажёра.

Чем дольше он разглядывал эту компанию, возникшую перед ним с самого утра, тем более недовольным становилось его лицо.

Зрелище ему явно не нравилось. Особенно раздражало то, как стажёр Ко бесцеремонно тискал Тяв.

Он и сам понимал, что ревновать к собаке — это какое-то безумие, но что поделать, если увиденное его бесило.

— М-молодой господин? Ой!

Хэвон силой стянул слинг со стажёра Ко и небрежно накинул его на шею Ынсу.

— Если решили брать на себя ответственность, то делайте это как следует.

Ынсу неловко посмотрела на сумку, висящую на ней, но тут же гордо вскинула подбородок.

— Я так и планировала с того самого момента, как разрешила её приютить. Отныне Тайгер на моём попечении.

— Не поздновато ли строить из себя хозяйку? И она не Тайгер, а Тяв-брид.

— Забери это нелепое имя.

— Но в этой нелепости и заключается всё очарование Сок Тяв.

— Как назовёшь корабль, так он и поплывёт. Ей подходит имя Тайгер.

Между матерью и сыном, похожими друг на друга как две капли воды, разгорелась нешуточная словесная баталия.

— Тяв-брид.

— Тайгер.

«Да пусть хоть кто победит».

Сори, которой было плевать на имя, безучастно наблюдала за этим со стороны. Одно она знала точно: оба варианта — отстой.

— И где ты в этой смешной морде увидела мощь тигра?

— А в твоём лице — только мощь бездельника, но зовут же тебя Хэвон.

«Мамуля, жги! Один — ноль в твою пользу».

— Тяв-брид.

— Тайгер.

Хэвон и Ынсу, не желая уступать ни пяди земли, одновременно резко повернулись к стажёру Ко.

«Выбирай, какое лучше».

Столкнувшись с немым давлением, стажёр Ко вытянулся в струнку и отдал честь. Пришло время применить искусство выживания, накопленное ради светлого будущего.

— Я буду верно служить Тайгер-Тяв-бриду!

«Хуже не придумаешь».

Сори, чьё лицо исказилось в гримасе, предупреждающе сжала лапу. Стажёр Ко, истолковав это как знак доброй воли, смущённо схватил её за лапу и потряс в рукопожатии.

— Опоздаем на совещание. Пойдём, Тайгер, — Ынсу, решив на сегодня закончить перепалку, посмотрела на часы и развернулась.

— Иди заработай побольше денег, Тяв-брид, — Хэвон, прислонившись к порогу, лениво помахал рукой.

Дверь закрылась, и последним, что он увидел, была высунутая из слинга голова собаки.

Хозяин на выходном, а собака, разодетая в костюмчик, отправляется в офис. Хэвон в недоумении продолжал смотреть на дверь, когда к нему подошла госпожа Сон.

— А я вот тоже считаю, что имя Тяв ей подходит больше всего.

— Ещё бы, кто его придумал-то.

Госпожа Сон весело рассмеялась. Ей было в диковинку и в то же время забавно видеть, как Хэвон, которого обычно ничего не заботило, проявляет к кому-то такую привязанность.

«Ах, точно».

Направляясь на кухню, она вдруг вспомнила об одном деле.

В прошлые выходные, когда Хэвон уходил с Тяв в кафе госпожа Сон решила затеять генеральную уборку в его комнате и в гардеробной обнаружила странную вещь.

Среди летних вещей лежал белый трикотажный лонгслив, спрятанный так тщательно, что это бросалось в глаза.

Тонкая кофточка была настолько мала, что, попытайся Хэвон её надеть, она бы просто лопнула на нём.

Она предположила, что это вещь его девушки.

Раз с появлением Тяв Хэвон стал проводить здесь почти всё время, вполне вероятно, что он приводил подругу в эту комнату, напоминающую отдельный флигель.

Вспомнив о белом лонгсливе, который она аккуратно положила на место, госпожа Сон окликнула Хэвона:

— Студент Хэвон.

Тот, уже собиравшийся уйти к себе, лишь слегка повернул голову.

— Может, мне впредь предупреждать об уборке? Или назначим определённое время? Я теперь часто захожу к тебе из-за Тяв, тебе это не мешает?

Столкнувшись с внезапным вопросом, он ответил безучастным тоном:

— Можете делать как делали, мне всё равно.

— Да?.. Ну, тогда я в гардеробную пока заходить не буду. Или просто намекни мне, когда твоя девушка соберётся прийти.

«Тсс». Она приложила указательный палец к губам, давая понять, что это их общий секрет, и ушла на кухню.

Хэвон, переваривая эти бессвязные слова, посмотрел на коридор, ведущий в его комнату.

...Девушка?

* * *

Скрип.

Хэвон, засунув руки в карманы худи, вошёл в гардеробную.

Пальто, костюмы, повседневная одежда, форма для спорта.

Его взгляд медленно скользил по аккуратно развешанным вещам.

«Ну, тогда я в гардеробную пока заходить не буду. Или просто намекни мне, когда твоя девушка соберётся прийти».

Какая связь между гардеробной и девушкой? Учитывая, что он ни с кем не встречается, это было крайне нелепое заблуждение.

Она там привидение увидела, что ли?

— ...

По спине пробежал холодок.

Хэвон прижался спиной к стене и резко затянул шнурки на капюшоне, сужая обзор. И вовсе не потому, что ему стало страшно.

«И Сок Тяв как назло нет рядом именно в такие моменты».

Девушка.

Что бы это ни было, интуиция подсказывала, что пропускать эти слова мимо ушей не стоит.

Он уже хотел было пойти и расспросить госпожу Сон подробнее, но внезапно замер.

Почему именно сейчас в его памяти всплыл образ Сори, прижимающей к себе бумажный пакет?

В воздухе, словно картина, возникла сцена: она с таким видом, будто вот-вот расплачется, защищает этот пакет. Вспомнив, как его содержимое сминалось под давлением её рук, он прищурился.

«А не одежда ли это была?»

Ким Сори.

Спрятанная вещь.

Одежда.

Гардеробная.

Слова, между которыми, казалось бы, нет никакой связи.

Но необъяснимое звериное чутьё сковало его ноги. Нырнув влево, он начал обыскивать гардеробную.

Бах!

Его руки бесцеремонно шарили между одеждой, в ящиках и в стопках коробок.

Из-за того что вещи из его старой квартиры перемешались с новыми больше чем наполовину, было трудно понять источник этого чувства инородности.

В конце концов его рука коснулась низкого комода в углу. Насколько он помнил, там лежали летние вещи.

Вжих, хлоп.

Первый ящик.

Вжих, хлоп.

Обыскав второй, он рывком открыл последний, третий ящик.

Там лежали белые футболки. Внутри, как и везде, не было ничего примечательного.

Хэвон, словно одержимый, перерывал комод, но вскоре рассудок начал возвращаться к нему.

«...И что я творю?»

Будто и впрямь бесы попутали.

Усмехнувшись, он уже потянул шнурки капюшона, когда заметил: из-под белой футболки неестественно торчит ткань. Словно в одну футболку вложили другую.

Протянув руку, он вытянул лишнюю ткань.

Шорох. Из его белой футболки выпала другая белая футболка. Заметно меньшего размера.

Кончики пальцев онемели. Хэвон развернул чужую вещь, которая никак не могла принадлежать ему.

Не успел он её толком рассмотреть, как поднёс к носу и почувствовал знакомый запах.

Едва уловимый аромат ванили.

В его полуприкрытых, обычно безразличных чёрных глазах вспыхнул странный огонёк. Перед глазами невольно возник образ Сори с охапкой попкорна.

— ...

В тот день на ней был серый кардиган поверх белой футболки.

* * *

Весь день всё валилось из рук. Развалившись на кровати в позе «звезды», Хэвон лишь безучастно хлопал глазами.

Голос госпожи Сон, который он услышал, когда пулей вылетел из гардеробной, всё ещё звенел в ушах.

«А? Что я нашла в гардеробной? Вообще-то это был тонкий белый лонгслив… Я хотела убрать летние вещи, да и наткнулась. Ох, прости, студент Хэвон, сболтнула лишнего, да?»

Тонкий белый лонгслив.

В точности как тот, что был на Сори в день её встречи с Докми в кафе.

И этот лонгслив, который госпожа Сон якобы положила на место, он не нашёл ни в одном уголке гардеробной. Если только у одежды не выросли ноги, значит, кто-то её прибрал.

Как одежда Сори вообще попала в этот дом?

И кто их спрятал или подменил?

Множество догадок рассыпались, не давая чёткого ответа. Мысли упирались в тупик.

Топ-топ-топ. В этот момент из коридора донёсся знакомый звук.

Топ-топ-топ, цок-цок.

Звук шагов по полу.

Собачьи шаги.

Как и ожидалось, в дверном проёме показалась круглая большая голова. Собака вернулась домой после тяжёлого рабочего дня — игр с Кристиной.

— Когда ты приш...

Хэвон начал приподниматься, но замер, встретившись взглядом с Тяв.

Внезапно в памяти всплыл образ собаки в гардеробной. И её странное поведение, будто она пыталась предугадать его реакцию.

Это было в тот самый день, когда Сори встречалась с Докми, будучи в белом лонгсливе.

Момент, который он тогда не счёл важным, теперь стал семенем подозрения, давшим буйные всходы.

Если подумать, всё сходится.

С того самого дня, как председатель Сок Хэчхон притащил этого пса, его встречи с Сори стали подозрительно частыми.

Конечно, экскурсию на предприятие он организовал сам, ожидая участия Сори.

Но, что важнее всего, время появления собаки совпало с моментом, когда по картам Сори перестали проходить операции. Слишком много совпадений.

Хэвон снова вспомнил белую футболку, которую он положил на место.

Раз уж эта вещь была найдена в его доме, ни одну мелочь больше нельзя считать случайностью.

Сидя на краю кровати, он молча сверлил взглядом собаку, подошедшую к его ногам.

К тому же те слова пьяной Сори:

«Не привязывайся слишком сильно к той собаке».

«Почему? Ты же сама держишь собаку».

«...Поэтому и говорю».

В доме Сори, где он тогда был, не было ни единого следа домашнего животного.

Тогда он списал это на пьяный бред, но сейчас эти слова обрели пугающий смысл.

При таких обстоятельствах, может ли этот пёс быть не связан с Ким Сори?

Его мечущийся взгляд постепенно наполнился мрачной решимостью.

«...Ха».

Подсказкой была ты, Сок Тяв.

Сори затаила дыхание и молча ждала, глядя на него снизу вверх. Она не знала точной причины, но атмосфера была явно не такая, как обычно.

В этой натянутой тишине Хэвон наконец разомкнул губы:

— Вы кто?

Его носок слегка подтолкнул Тяв под зад.

— Я не знаю собаку, которая бросает хозяина и уходит на работу.

Сори уже было решила, что сейчас услышит нечто серьёзное.

Оказалось, он просто дулся. Сори с облегчением отпихнула лапой его ногу.

— Незнакомым собакам просьба на выход.

«Ну и оставайся тут».

«Незнакомая» собака, не видя смысла в дальнейшем общении, пулей вылетела из комнаты. Даже в облике пса ей было неловко просить Хэвона помочь снять костюм.

Хэвон проводил взглядом уходящую спину собаки, которая отправилась искать госпожу Сон.

«Я ведь ещё не учил её команде "вон"».

Туман рассеялся, и на его месте укоренилось подозрение, которое начало разрастаться с неудержимой силой.