Рождественский спецвыпуск (2)

Неловко наклонившись, я осторожно подняла чёрного щенка.

«Это же бред какой-то».

Человек превратился в собаку. Может, это сон?

Куда правдоподобнее звучала версия о том, что Сок Хэвон, словно фокусник, достающий голубя из шляпы, просто подложил щенка вместо себя и скрылся.

«Но...»

Мой взгляд замер на рыбьих глазах собаки. Эти пустые, сонные зрачки не могли принадлежать никому другому, кроме Сок Хэвона.

— …Сок Хэвон, если это ты, ответь.

Словно только этого и дожидаясь, щенок безучастно разомкнул пасть:

— Ав.

Точно, это Сок Хэвон.

Пока я в полном оцепенении таращилась на пса, в голове внезапно промелькнула догадка.

«Если бы Сок Хэвон был хоть наполовину похож на собаку Сори».

А вдруг он стал таким из-за желания, которое я загадала прошлой ночью, глядя на фото собаки Сори?..

«Да ну, быть не может».

Я яростно отрицала эту мысль, но на лбу уже выступила холодная испарина.

Для начала нужно выйти из лифта и всё обдумать.

Приняв это решение, я резко развернулась и... застыла. Двери лифта были открыты.

Как назло, по ту сторону дверей стояли председатель, вице-председатель Сок Хэган, директор Хам Ынсу и её помощник — секретарь Квон. Эти люди, обычно исполненные высокомерия, сейчас были бледны как полотно.

По одной их реакции стало ясно.

Они видели всё, что произошло в лифте.

Шлёп, бах!

Тишину нарушил глухой звук — это секретарь Квон грохнулся в обморок, а следом раздался пронзительный крик директора Хам Ынсу:

— А-а-а-а-а-а!

Глядя на этот неописуемый хаос, я медленно опустила взгляд.

Виновник переполоха, этот мелкий дворняга, зажал уши передними лапами и только сокрушённо качал головой.

— Ав.

Разве ты сейчас в том положении, чтобы так невозмутимо говорит ь«ав»?

* * *

Когда первая буря утихла, семья владельцев корпорации увезла меня не куда-нибудь, а прямиком в особняк вице-председателя Сок Хэгана. То есть в отчий дом Сок Хэвона.

Смиренно пристроившись на краешке дивана, я только хлопала глазами, наблюдая за происходящим.

— Это божественное проявление. Может, стоит подойти к вопросу со стороны шаманизма? — настаивал секретарь Квон.

— Какая ещё мистика? Нужно в ветеринарку. Он же стал собакой, — возражала директор Хам Ынсу.

— Я считаю, надо в университетскую клинику, — подал голос вице-председатель Сок Хэган.

Троица беспокойно мерила шагами гостиную, выдвигая свои теории.

Сидевший на диване председатель обвёл их взглядом и величественно произнёс:

— Если так суетиться, дело не сдвинется с мёртвой точки. Поэтому для начала — не успокаивайтесь и продолжайте мельтешить.

Председатель сам был самым не успокоенным из всех.

Наконец мой взгляд переместился туда, где вальяжно развалился чёрный щенок. Вся семья на ушах из-за него, а виновник торжества, даже превратившись в пса, чувствовал себя на редкость безмятежно.

Затаив дыхание и выждав момент, я тихонько поднялась.

Нужно поскорее уносить ноги из этого гнетущего места.

А уже потом либо самой размышлять над этой нереальной ситуацией, либо снова просить собаку Сори о желании. В общем, искать выход.

Тихо-тихо, на цыпочках, я двинулась к выходу. До прихожей оставался всего один шаг, как вдруг...

Топ.

Неизвестно когда успевший подойти Сок Хэвон преградил мне путь. Растерявшись, я легонько подтолкнула чёрного щенка носком туфли и прошептала:

«Отойди».

Щенок вскинул свои сонные глазки и внезапно плюхнулся на спину, подставив пузо.

— Ав.

Он что, меня не пускает? Поражённая такой наглостью, я снова легонько ткнула его большим пальцем ноги.

«Сказала же, отойди».

Стоило мне попытаться перешагнуть через него, как щенок набрал побольше воздуха в грудь и звонко выдал:

— Ав!

— Да что ты творишь...

Я уже было собралась вслух возмутиться, но осеклась. Спину обдало холодом.

Медленно обернувшись, я наткнулась на несколько пар глаз. Все взгляды в гостиной были прикованы ко мне и Сок Хэвону.

— ...

Тягостное молчание первой нарушила директор Хам Ынсу:

— Вы ведь из финансового отдела, новенькая? Надеюсь, вы понимаете, что о том, что видели сегодня, нельзя проболтаться ни единой душе. Впрочем, вам всё равно никто не поверит.

Ещё бы.

Я закивала, но подозрительные взгляды не исчезли.

— Ну...

Тут вперёд вышел председатель.

— Сори, раз уж мы вместе стали свидетелями этого инцидента... Кажется, чем больше голов будет над этим думать, тем лучше. Почему бы тебе не остаться здесь на сегодня? Гостевых комнат полно, и завтра я устрою так, что у тебя не будет проблем с выходом на работу.

Заточение. Они явно намерены запереть того, кто узнал страшную тайну семьи владельцев.

Взгляд председателя скользнул к щенку, который всё ещё лежал кверху пузом.

— Раз уж Хэвон тебя не пускает, на то должна быть причина.

Да ему просто нравится ставить меня в неловкое положение, вот и всё.

Но в то же время мне стало не по себе. А вдруг это и правда из-за моего вчерашнего желания?

Тем временем председатель подошёл вплотную и зашептал мне на ухо:

— Пожалуйста, помоги нам, ведь нас связывают долгие годы знакомства. Неужели нет совсем никаких догадок, почему с Хэвоном это случилось? Ты ведь видела момент превращения ближе всех.

Ёк.

Ну, догадки-то у меня есть, но...

— Если всё разрешится благополучно, на твой счёт поступят очень щедрые карманные деньги.

И всё же, оставаться в доме Сок Хэвона... На такую пытку подписываться совсем не хотелось.

— Очень крупная сумма, замечу.

Я убрала прядь волос за ухо и спокойно ответила председателю:

— Где моя гостевая комната?

Председатель знал меня слишком хорошо.

* * *

Экономка, которую звали госпожа Сон, проводила меня в роскошную гостевую комнату.

Улёгшись на мягкую кровать, я отрешённо уставилась в высокий потолок.

«Это вообще реальность?»

Человек превратился в собаку прямо у меня на глазах.

Нереальные картины прошлого дня раз за разом всплывали в памяти, не давая уснуть.

Да и само моё пребывание здесь казалось каким-то сюрреализмом.

«Как же вернуть Сок Хэвону человеческий облик?»

Пока я напряжённо размышляла, со стороны двери донёсся шорох. Вздрогнув, я обернулась и заметила в дверной щели тёмную тень.

— ...Кто здесь?

Вскоре в проёме показалась маленькая голова. Чёрный щенок, Сок Хэвон.

— В чём...

Я хотела было резко спросить, в чём дело, но осеклась. Чувство вины снова дало о себе знать.

«Если бы Сок Хэвон был хоть наполовину похож собаку Сори».

Из-за мысли, что он стал таким по моей вине, гнать его было как-то совестно. Собственно, поэтому я и согласилась остаться.

Заметив, что я не прогоняю его, щенок воровато прокрался в комнату.

Топ-топ-топ.

Подойдя к кровати, он сел и уставился на меня снизу вверх. Его хвост вращался как пропеллер, хотя сам он, кажется, этого даже не замечал.

Сок Хэвон всё-таки человек, наверное, ему тоже не спится и страшно, вот он и пришёл.

От этой мысли я окончательно оттаяла. А может, дело было в его милом виде, который, в отличие от оригинала, располагал к потере бдительности.

Я приподнялась и, подхватив щенка, усадила его на кровать. Мы обменялись взглядами, после чего я спросила, прищурившись:

— Слушай, а у тебя самого есть идеи, почему ты так изменился?

Щенок долго смотрел на меня, а затем просто покачал головой. Похоже, собственное состояние его вообще не заботило, он даже беззаботно пожал передними лапами.

У меня аж руки опустились, и я снова рухнула на подушки.

«И что мне с этим делать?»

Смутное чувство вины никак не проходило.

Нужно во что бы то ни стало вернуть ему человеческий облик, только тогда я смогу избавиться от этого гадкого чувства...

Так я и ворочалась до рассвета, пока сон наконец не сморил меня.

* * *

Глубокой ночью над лицом спящей Сори склонилась чёрная тень.

Хэвон, который с сегодняшнего дня стал щенком, пристально вглядывался в лицо девушки. В голове всплывал нелепый сон, приснившийся ему несколько дней назад.

В том сне явилась его покойная бабушка, Джу Хэсон, которую он знал только по фотографиям. И была она не одна, а с какой-то собакой цвета слоновой кости. Причём пёс скалился на Хэвона так, будто тот был его злейшим врагом.

«Я-то думал, просто странный сон».

Но теперь было очевидно — происходящее с ним напрямую связано с тем видением.

— ...

Только сейчас до него дошёл смысл слов, которые бабушка оставила ему во сне.

Странные слова о том, что если до кануна Рождества он не получит поцелуй от любимого человека, то навсегда останется собакой.

Это значило, что Сори должна поцеловать его в облике щенка...

Хэвон почесал лапой щёку.

«Она же ни за что этого не сделает».

Иными словами, его ждал финал в духе Русалочки, которая превратилась в морскую пену, так и не дождавшись поцелуя принца.