Глава 43.0

Я не сразу осознала, что именно произошло. Тик-так. В удушающей тишине текло лишь время.

Сок Хэвон, всё ещё склонив голову к моему лицу, разомкнул губы:

— Разве ты не это собиралась сделать?

Низкий голос заставил меня прийти в себя. Часто моргая, я как можно спокойнее поднялась с места.

— Я, пожалуй, пойду.

— Подвезти?

— С чего бы это?

— Ты, Ким Сори, выглядишь как-то... нестабильно.

— Всё со мной в порядке.

Я пересекла гостиную и уже схватилась за дверную ручку, когда голос Хэвона настиг меня:

— Там кабинет.

А.

Я сменила направление и схватилась за другую ручку.

— А там спальня.

А.

— Прихожая в той стороне.

Как только я наконец нащупала ручку входной двери, он хихикнул:

— Верхнюю одежду-то заберите.

А.

Вернувшись на кухню, я подхватила пальто и пулей вылетела в прихожую.

В дверях я мельком заметила фигуру Хэвона — он стоял, прислонившись к косяку. У меня не хватило смелости поднять голову и взглянуть на него, поэтому я пронеслась мимо, вперив взгляд в пол.

Хлоп!

Стоило мне закрыть дверь и покинуть здание, как я со всех ног пустилась бежать так, что дыхание перехватило. Мало того что меня подташнивало, так ещё и сердце выбивало в груди бешеную дробь.

Нужно найти безлюдное место. Пока я не превратилась в собаку прямо посреди дороги.

Едва я нырнула в глухой переулок, как земля под ногами провалилась, и обзор резко сузился.

Шурх.

Одежда, лишившись опоры, кучей опала на асфальт.

Погребённая под ворохом ткани, я увидела перед собой пушистые белые лапы. Снова стала собакой.

«Ну ещё бы».

Зная характер собаки Сори, не стоило и надеяться на сказочное избавление от чар через поцелуй. В этой псине не было ни капли романтики, сплошной сухой реализм.

Поцелуй с Сок Хэвоном лишь ускорил процесс превращения.

— ...

Как и следовало ожидать, мысли сразу вернулись к тому, что произошло минуту назад.

Я яростно потёрла лапой мордочку. Внутри всё клокотало, щёки горели, а в ушах до сих пор отдавалась гулкая пульсация.

«Почему…»

Почему Сок Хэвон вообще сделал нечто подобное?

Неужели слухи о том, что он «не пропускает ни одной юбки», правдивы?

Учитывая, насколько естественно и умело всё вышло, версия казалась вполне убедительной.

«Да плевать, подумаешь — поцелуй».

С моей стороны это был всего лишь тест одной из гипотез по снятию магии. На этом и порешим.

Тюк.

В этот момент пластырь с марлей, едва державшийся на моей лапе, упал на землю. Тот самый, что наклеил Хэвон.

Воспоминания о прикосновении к губам снова спутали мысли.

«Когда я чуть не столкнулась губами со стажёром Ко, мне было всё равно».

Да и когда Хэвон в первый раз поцеловал меня в морду, я не была так ошарашена.

И тут меня осенила пугающая догадка.

Может, мне так не по себе потому, что теперь, в отличие от прошлого, Сок Хэвон мне не так уж и противен?

А скорее...

Скорее...

«Да ну, бред».

Никаких «скорее».

Я поднялась на задние лапы и со всей силы хлопнула передней по стене. По порезанному пальцу прошла колючая волна боли.

Хнык. Смахивая невольную слезинку, я продолжала отрицать очевидное.

«Как ни крути, это исключено».

Был бы это принц на белом коне — ещё куда ни шло, но принц-бездельник — это уж увольте.

* * *

Наступил вечер, и сумерки окончательно поглотили город. Председатель Сок и водитель Чон обменялись безмолвными взглядами.

Они никак не могли понять истинную причину, по которой Хэвон бесцеремонно вторгся в кабинет.

Впрочем, они и сами медлили с расспросами, всё-таки днём они втайне от него привели сюда Сори.

Под прицелом их взглядов Хэвон вальяжно развалился на диване и что-то печатал в телефоне.

「Ты где?」

Он отправил Сори сообщение на почту, но ответа не последовало. Ситуация, в которой приходилось ждать вестей без каких-либо гарантий, изрядно раздражала.

Уставившись в экран, он задумчиво вертел в кармане пальто телефон Сори.

«Стоит ли его вернуть?»

Но если он вернёт его, у него не останется поводов для встреч, и она может совсем перестать отвечать.

К моменту, когда он решил повременить с возвратом, на экране высветилось уведомление о прочтении.

Кстати говоря...

«Как она до сих пор проверяла почту?»

Приставив телефон к подбородку, он вдруг осознал.

Ноутбук. Тот самый, что он обычно бросает на кровати. Она пользуется им. Те следы лап Сок Тяв на клавиатуре не были случайностью.

«Значит, она вернулась домой».

Взглянув на потемневшее окно, Хэвон отправил сообщение экономке Сон.

「Чем занята Сок Тяв?」

Обычно она исчезала до захода солнца, так что сейчас самое время для превращения в собаку.

Дзынь.

Вскоре пришло фото щенка, который с остервенением раскапывал одеяло на кровати. Фото было настолько динамичным, что силуэт едва угадывался из-за дрожания.

「Тяв почему-то всё время наказывает одеяло и подушку студента Хэвона~ ^^ Между вами что-то произошло?~ ^^」

Произошло, ещё как.

Он и предположить не мог, что она сама придвинется к нему так близко, словно собираясь поцеловать.

«Связано ли это как-то с превращением?»

Перед глазами невольно возникло лицо Сори, покрасневшее до самых ушей. И то, как она, делая вид, что ничего не случилось, надела обувь не на ту ногу и выскочила за дверь.

Хэвон сел прямо и с серьёзным видом уткнулся лицом в ладонь.

— А-а, милашка...

Фу, мерзость…

Лица председателя Сока и водителя Чона, наблюдавших за ним, перекосило.

«Водитель Чон, я ведь правильно услышал то, что только что вылетело из уст моего внука?»

«Боюсь, он пристрастился к спиртному».

После долгого обмена взглядами терпение председателя лопнуло, и он откашлялся.

— Кхм! Если пришёл по делу — говори.

Только тогда Хэвон вспомнил о присутствии деда и поднял лицо. Его медленный взгляд замер на рабочем столе председателя.

Ещё днём, когда он заглядывал сюда, пара вещей показалась ему подозрительной.

В кабинете, особенно ближе к столу, витал едва уловимый, характерный аромат Сори.

И две чашки чая перед председателем.

И то, как дед помешал ему позвонить экономке по видеосвязи.

Все эти туманные сомнения рассеялись в тот миг, когда он встретил Сори в лифте компании.

Она была здесь, в кабинете. До его прихода, а может, и в тот самый момент, когда он зашёл.

«Так и знал, что что-то не так».

Теперь он, кажется, понял, почему председатель вдруг так настойчиво пытался забрать собаку.

Старик тоже каким-то образом узнал тайну Сори.

«Значит, старикану знать можно, а мне — категорически нельзя?»

Интересно, о чём они там шептались. Хэвон, подперев подбородок рукой, криво усмехнулся:

— И как давно ты знаком с Ким Сори?

— Нас связывают долгие узы. Когда ты был маленьким, та бродячая соба...

— Председатель!

Водитель Чон быстро прервал председателя, который начал отвечать на автомате.

— !..

Осознав промах, председатель Сок тут же прикрыл рот рукой. Хэвон ведь не должен был знать об их связи.

Но Хэвон уже услышал достаточно. Он поднялся с дивана.

«Долгие узы». Вот почему собака Сори последовала за машиной председателя.

Взявшись за ручку двери, он наполовину обернулся:

— Не приближайтесь к собаке без надобности. Я всё знаю.

Его тёмные глаза холодно и предостерегающе сузились.

— То, что Ким Сори и есть Сок Тяв.

«Это метафора?»

Водитель Чон, не поняв истинного смысла, только хлопал глазами.

А вот председатель Сок, онемев от изумления, вскочил с места:

— Да когда ты успел... нет-нет, подожди!

Сори говорила, что её не раскрыли, значит, этот паршивец просто притворялся?

Справившись с шоком, председатель потёр переносицу. Теперь он обязан был прояснить один момент.

— Хэвон. Ты это всерьёз... насчёт Сори?

Взгляд председателя был непривычно серьёзным и глубоким.

— Отвечай честно. Не думай, что она — твоя очередная игрушка, которой можно вертеть как хочется, а потом бросить, как только надоест.

Если бы у Хэвона были несерьёзные намерения, председатель был готов немедленно спрятать Сори.

Хэвон, открывая дверь, бросил через плечо:

— Кто ещё кем вертит.

Хлоп.

Дверь кабинета закрылась.

Прислонившись спиной к двери, Хэвон достал телефон Сори.

Коснувшись экрана, он увидел фото: Сори, прижавшись лицом к собаке, сияла улыбкой. Он никогда не видел у неё такого выражения лица.

От одной мысли об этом на душе становилось паршиво. Если это не значит, что им вертят, тогда что?

«Хэвон. Ты это всерьёз?»

Голос председателя наложился в памяти на другой, из далёкого прошлого.

— Хэвон, что у тебя с Ким Сори из параллельного класса?

Впервые он услышал этот вопрос вскоре после поступления в старшую школу.

— Хватит дышать на проходе, отойди.

Тогда этот ледяной голос оборвал разговор. Это была Сори, которая была не в духе уже несколько дней из-за того, что попала в ту же школу, что и Хэвон.

Хэвон развёл руками, как бы представляя её уходящую фигуру:

— Вот такие отношения.

— Жуть какая. Мы-то думали, раз ты с ней постоянно заговариваешь, между вами что-то есть...

Что между ними?

Взгляд Хэвона задержался на удаляющейся спине Сори.

Это было что-то большее, чем просто любопытство, но слишком нелепое, чтобы назвать это любовью.

Хотел ли он завести с ней какую-нибудь юношескую романтическую историю?

Нет.

Куда интереснее было наблюдать за Сори — за тем, как она равнодушна ко всем вокруг, но именно к нему проявляет яркую, отчётливую враждебность.

— Какое там «есть».

У него даже мыслей не было о том, чтобы перевести это в какие-то конкретные отношения. Он понимал, что она ему интересна, но думал, что этот интерес быстро угаснет.

— Ничего между нами нет.

Как и тысячи других вещей, которые он даже не помнил, этот интерес должен был испариться в мгновение ока.