Глава 17.0

Сумерки рассеялись, и тёмный вечер накрыл небо.

До безопасной зоны оставалось примерно триста метров. В итоге, окончательно превратившись в щенка, я просунула голову в собачий лаз.

«Чёрт…»

Как и ожидалось, именно голова стала преградой.

Кряхтя, я кое-как протиснулась до самой задницы и тут же сунула голову в дверь прачечной.

— Тяв, Тяв?

Изнутри донёсся голос экономки. Встав на задние лапы, я прижалась спиной к стене и тихо задышала, тяжело втягивая воздух.

Если она заметит, как я шныряю туда-сюда через прачечную, будет беда. Охрану усилят.

— Ох, надо найти её до прихода госпожи. Дом такой огромный, просто беда. Тяв, Тявочка-а…

Звук шаркающих тапочек постепенно затих.

«Вот шанс».

Я вихрем вылетела оттуда и рванула в комнату Сок Хэвона.

Стоило войти, как в зеркале отразился щенок с торчащей дыбом шерстью.

«Сори…»

Мой взгляд, устремлённый в зеркало, стал печальным и глубоким.

В чём же причина того, что собака Сори сделала меня такой? Почему-то казалось, что, узнав причину, я смогу освободиться от этого нелепого заклятия.

— Ах ты, проказница! Вот ты где!

Голос экономки над головой вырвал меня из мыслей.

— Она правда то и дело смотрится в зеркало. Неужели это правда, что её эго так же велико, как и размер головы?..

За этой гнусной клеветой наверняка стоял Сок Хэвон.

Она присела и внезапно поднесла телефон прямо к моему уху.

— Тяв, тебе звонят.

— Тяф.

Я чуть было не выдала «Алло» на чистом рефлексе. Вовремя прикрыв пасть лапой, я сощурилась.

«Идея звонить собаке... Даже гадать не надо, это Сок Хэвон».

Как и ожидалось, с той стороны раздался его голос.

[Чем занимаешься дома?]

Я не могла ответить, что только что вернулась от него.

[Звоню, потому что на душе паршиво.]

Кольнуло.

Даже не дослушивая, было ясно, из-за кого у него такое настроение. Даже тон голоса сейчас был совсем иной, чем когда он говорил с Ким Сори.

Я и так прекрасно знаю, что он меня терпеть не может, не обязательно постоянно это подтверждать.

«Ну не обязательно же было говорить "паршиво"».

Хотя, если вспомнить, что я была пьяна и устроила дебош, неудивительно.

Я так боялась вспоминать, что именно натворила, что решила и дальше жить, ничего не зная.

Но почему я опьянела так быстро? Даже если я расслабилась перед Сок Хэвоном...

— ...

Мысль внезапно оборвалась.

«Расслабилась?»

Что-то было не так. Разве не наоборот — рядом с Сок Хэвоном стоило быть настороже?

[Молчишь. Обиделась, что не пошли гулять?]

Его низкий голос, смешанный с шумом ветра на фоне, буквально врезался мне в уши. [Я уже еду домой, так что жди.]

Я уставилась на телефон с таким видом, будто меня только что ударили по голове.

«Я…»

С какого-то момента я стала куда привычнее воспринимать Сок Хэвона, когда он обращается к Тяв.

— ...

Медленно поднявшаяся передняя лапа с силой нажала на кнопку завершения вызова. Экономка вздрогнула и перевела взгляд с меня на телефон.

— Ой, прервалось. Надо же было ей нажать именно на кнопку отбоя.

Мои инстинкты, выработанные годами, кричали: «Не смей сближаться с ним больше необходимого. В итоге больно будет только тебе».

* * *

В последнее время у меня появилось одно новое утреннее занятие.

— Тяв, господин вице-председатель собирается на работу.

На зов экономки я пулей вылетала и становилась у входа. Это был утренний ритуал — провожать отца Сок Хэвона.

Счастливого пути.

Я чётко улеглась на пол, вытянувшись, но он, не обращая внимания, развернулся и вышел.

Экономка с куда более расстроенным лицом прошептала:

— Мог бы хоть знак подать, что заметил. Бедная собачка, обидно-то как.

Я не ждала взаимности.

Это был единственный способ выразить благодарность за тот день, когда он отвёз меня в больницу.

После утренних дел Сок Хэвон тоже ушёл, а днём экономка отправилась за покупками.

Оставшись одна, я тихо раскрыла ноутбук Сок Хэвона.

「Кто этот парень, с которым ты развлекаешься?」

Опять спам.

「Я включу твой телефон?」

Мой телефон лежал в ящике, и интереса к нему он вроде не проявлял. Стоило мне отправить письмо в корзину, как пришло новое.

「Теперь я даже играюсь с почтой.」

Последние несколько дней письма от Сок Хэвона приходили постоянно.

Вопроса было два: когда я заберу телефон и кто тот парень, который меня целует.

Навязчивость настораживала, но сколько ни ломай голову над странностями Сок Хэвона, ответа всё равно не найдёшь.

Ответ был один: «Ему что, скучно?»

Он производил впечатление бездельника, хотя я слышала, что он занят обучением управлению компанией.

Погружённая в мысли, я по одному отправляла письма в корзину, как вдруг…

Бум.

Из гостиной донёсся шум.

Я поспешно захлопнула ноутбук и посмотрела на дверь. В пустом доме такого звука быть не должно.

На секунду мелькнула мысль, что экономка забыла кошелёк, но…

Шлёпанья тапочек не последовало. Вообще не было слышно шагов: ни человеческих, ни каких-либо ещё.

Внутри похолодело, и в голове промелькнула зловещая догадка.

«Неужели…»

Вор?

Тихо, тихо.

Осторожно пройдя по коридору в сторону гостиной, я прижалась спиной к стене. От напряжения пересохло во рту.

Если в доме действительно вор…

«Тогда нужно действовать спокойно и быстро...»

Спрятаться и сделать вид, что меня нет.

Охранять дом — это, конечно, по-собачьи, но не в таком теле. Моё тельце можно обезвредить одним мизинцем.

Я осторожно высунула голову в гостиную и тут же встретилась взглядом с парой глаз.

— ...

Это была мать Сок Хэвона.

Но почему наши глаза на одном уровне? Неужели мир перевернулся?

Уставившись на неё, я в панике схватилась за голову. Мир не кренился — это мать Сок Хэвона лежала на полу.

Морг, морг. В такт дрожащим векам её длинные ресницы затрепетали.

Она мутно посмотрела на меня, подбежавшую вплотную, и закрыла глаза.

«Эй! Проснитесь!»

Я трясла её, но она не подавала признаков жизни, даже когда я задела её щёку лапой.

«Что делать…»

Я поднесла лапу к её носу — дыхание было слабое, но тёплое.

Сто девятнадцать, сто девятнадцать… Я засуетилась, пытаясь нащупать в кармане телефон, и тут же хлопнула себя лапой по лбу.

«Карманов-то нет».

Ни телефона, ни одежды — вообще ничего.

Но отчаяние длилось недолго — в поле зрения попал фиолетовый смартфон, упавший на пол.

«Телефон матери».

Я подбежала, экран был заблокирован.

Если удастся разблокировать по отпечатку, может, что-то получится.

Времени не было. Стиснув зубы, я начала толкать телефон лапами к её пальцам.

* * *

Кабинет вице-председателя S Group.

— Поручение от председателя Сока.

Хэвон развернулся, протянув конверт с документами, и взгляд Хэгана задержался на нём.

Странно. Даже если председатель Сок и настаивал, чтобы Сок Хэвон учился управлению компанией, тот слишком уж покорно подчинялся.

Хэгану порой даже приходила мысль, что, едва став совершеннолетним, Хэвон не просто ослушается отца, а исчезнет без следа.

Таким он был с самого детства.

При том что перед ним лежала ровная, безупречная дорога, у него не было ни стремлений, ни амбиций — словно ветер, который нельзя удержать.

Поэтому его нынешняя дисциплинированность выглядела чужеродно.

Хэган, просматривая документы, заговорил:

— И что председатель предложил тебе взамен обучения управлению?

— Деньги и власть.

— Не паясничай.

Хэвон, уже собираясь уйти, сунул руки в карманы и повернулся вполоборота. Скрывать было нечего.

— Обещание не принуждать меня к помолвкам по расчёту.

— Брак — это важная карта в бизнесе.

— Прямо как у вас с матерью?

— ...Да.

Топ. Шаг Хэвона приблизился к рабочему столу Хэгана.

— Интересно, отец был счастлив?

Ручка Хэгана замерла над бумагами.

Брак изначально был лишь средством, о счастье он даже не задумывался.

«Давай прекратим эти притворные усилия, когда нас никто не видит. Мы просто партнёры по бизнесу, не более того».

Лишённый всякой нежности голос Ынсу зазвучал в памяти. Хэган поднял взгляд на сына.

— Если хочешь что-то сказать — говори прямо.

— Мне такая жизнь не по душе.

Между ними опустилась острая тишина.

И тут — жжж — в неё врезался звук вибрации.

Дзинь, жжж. Телефон на столе зазвонил, и по лицам Хэгана и Хэвона пробежала тень смятения.

「Ынсу」

Да ещё и видеозвонок Хэгану. С тех пор как появилась эта функция, такого не случалось ни разу.

Хэвон, глядя на телефон, подпёр подбородок рукой и пробормотал:

— Объявление о разводе?

Плечи Хэгана едва заметно напряглись. Он проигнорировал вибрацию и снова взялся за ручку.

— Наверное, ошиблась кнопкой.

Жжж — словно опровергая его слова, телефон завибрировал снова.

Жжж—жжж.

Хэган упрямо продолжал игнорировать звонок и всё же заметил на губах Хэвона озорную, почти хулиганскую улыбку. Не успел он ничего сделать, как указательный палец Хэвона скользнул по кнопке приёма.

— Ой, рука соскользнула.

— Ты!..

На экране появилась не Ынсу, а кромешная тьма.

Что это вообще такое?

Переглянувшись, Хэган и Хэвон наклонились ближе к экрану.

Тьма зашевелилась, будто что-то внутри неё ворочалось. Фырк-фырк — странно пульсирующая тьма оказалась… чёрной фасолинкой.

[Тяф].

Точнее — двумя ноздрями.