Глава 40.0

На следующий день около полудня.

Проснувшись довольно поздно, я растопырила пять пальцев в воздухе. Снова превратилась в человека.

Так и знала, что всё к этому идёт.

Вчера я заснула, прокручивая в голове разговор отца и матери, и вот результат.

Никого нет?

Убедившись, что экономка ненадолго ушла, я подтянула пижамные штаны Сок Хэвона.

Раз уж я стала человеком, нужно встретиться с дедушкой.

Первым делом перед такой важной целью я обыскала комнату Хэвона, чтобы найти свой телефон.

Вжих, тук.

Вжих, тук.

Я перерыла все ящики, но телефона и след простыл.

Неужели он носит его с собой?

В прошлый раз его тоже не было.

Хотя нет… он не настолько внимательный, чтобы носить его с собой на случай, если вдруг наткнётся на меня. Скорее всего, бросил где-нибудь в машине и благополучно забыл.

Никакой пользы от него.

Я по привычке собралась сесть на банановую лежанку, но тело качнулось.

Шлёп.

Завалившись на бок, как лист бумаги, я неловко поднялась и поправила волосы. Хорошо, что никто не видел.

Впрочем, даже найди я телефон, толку от него сейчас было бы мало. Самое главное — я забыла взять номер телефона у дедушки.

«Сори».

«Тяф».

«Вообще не понимаю, что ты пытаешься показать. В моих глазах это выглядит так, будто собака занимается тхэквондо».

Скрип.

Вспомнив тот момент, когда мы оба от досады говорили каждый о своём, я осторожно приоткрыла дверь.

Слова, которые оставил дедушка, когда его терпение лопнуло:

«Когда снова станешь человеком, немедленно приходи к этому старику».

Пора делать ноги.

* * *

— Фух... — председатель Сок, сидя в своём кабинете, испустил вздох такой тяжести, будто у него земля уходила из-под ног.

Вчера он так и не смог забрать Сори.

Разумом он понимал, что нужно сделать это как можно скорее, но, учитывая отношения Хэвона и Сори, ноги просто не шли.

— Водитель Чон, как ты думаешь, этот паршивец Хэвон... он это всерьёз?

Вопрос был внезапным, но понятным. Стоящий рядом водитель Чон помедлил, прежде чем ответить:

— Честно говоря, не знаю. Даже если и всерьёз, ну, молодой господин ведь такой...

— Вот именно. Наиграется, бросит и забудет. Он ведь и меня, небось, помнит не как Сок Хэчхона, а просто как «председателя Сока».

На лице председателя Сока отразилась решимость.

Решено.

Как ни крути, Сори нельзя оставлять с Хэвоном. Велика вероятность, что она, жившая до этого спокойной жизнью, только поранит себе сердце.

— Да и вообще… Сори и Хэвон живут в разных мирах. Ладно я, но Хэган или Ынсу точно не оставят это просто так.

— Для свиданий это не помеха, но брак — это реальность. Они будут учитывать все выгоды и убытки, — ответил водитель Чон.

Председатель Сок на мгновение замолчал.

Что осталось между его сыном и невесткой, чей союз десятилетия назад был определён старшими?

Когда он приходил к выводу, что это лишь бездушный термин «деловые партнёры», его всё чаще одолевали думы.

Морщины на лбу председателя стали глубже, и он качнул головой.

— Ладно. Всё это — стариковские тревоги. Раз уж Сори смотрит на него как на насекомое, то не то что о браке, даже об отношениях и речи быть не может.

В душе столкнулись два чувства: радость от того, что шансов нет, и какая-то подспудная досада. Заметив его состояние, водитель Чон осторожно предложил:

— А что, если вы, председатель, слегка поможете их отношениям?

— Ты знаешь, какой идеал у Сори? Она сказала: «порядочный, милый и добрый мужчина».

Молодому господину, похоже, придётся надеяться на следующую жизнь.

Водитель Чон, едва не ляпнувший лишнего, незаметно смахнул холодный пот.

Трель внутреннего телефона прервала их беседу.

— Да, слушаю.

Приняв трубку, водитель Чон изменился в лице. Опустив трубку, он обернулся к председателю.

— Председатель, вы давали распоряжение на ресепшене по поводу госпожи Сори?

— Было дело.

— Говорят, госпожа Сори сейчас в лобби.

Вспомни солнце, вот и лучик.

Председатель Сок, забыв о приличиях, вскочил с места. Сомнений нет — она вернулась в человеческий облик.

— Вели ей немедленно подниматься!

Спустя некоторое время Сори, которую проводили наверх, робко высунула голову из-за двери.

— Дедушка.

— Да-да, заходи скорее, садись сюда.

Усевшись на гостевой диван, Сори огляделась. Просторное и роскошное помещение в чёрно-белых тонах, где повсюду угадывался вкус председателя Сока.

Кончики пальцев Сори неловко теребили пальто. Она заскочила домой и переоделась во что-то приличное, побоявшись, что в домашнем она будет слишком выделяться в таком месте.

— Оставляю вас для беседы, — произнёс водитель Чон, подав чай, и удалился.

Председатель Сок, сцепив пальцы в замок, сразу перешёл к делу:

— Давай без лишних слов, сначала послушаем тебя. Что это вообще за история такая?

— Ну...

Рассказ был одновременно кратким и длинным.

О превращении в щенка Сори, о том, как она последовала за дедушкой, и о симптомах превращения туда и обратно.

Выслушав предысторию, председатель Сок расхохотался.

— То-то мне лицо показалось таким знакомым. Значит, этот облик — то, как собака Сори выглядела щенком.

Ситуация была настолько абсурдной, что оставалось только смеяться.

— И что, зацепка для возвращения в человеческий облик — это «счастье»?

— Если точнее, кажется, собака Сори хочет, чтобы я стала счастливой так же, как она. Но это пока лишь догадка.

— Хм... А насчёт того, что превращение связано с эмоциями. Когда именно это происходит?

— Ну, это...

Поскольку большинство случаев было связано с Хэвоном, объясняться было неловко. Сори отвела взгляд и ответила туманно:

— Когда я веду себя не как обычно. Слишком сильно волнуюсь или теряю самообладание.

— Тогда, похоже, твоя догадка верна. Собака Сори действительно хочет, чтобы ты стала такой же, как она.

— Даже в плане эмоциональных качелей?

— Посмотри в зеркало.

Сори невольно коснулась своего лица.

— У тебя всегда холодное выражение лица. Почти не улыбаешься. Людьми не интересуешься, не говоря уже о друзьях, только и знаешь, что в делах погрязла. Молодая совсем, а совсем иссохла.

Рука, касавшаяся лица, замерла.

— Жизнь становится ярче только тогда, когда чувства бьют ключом. Прямо как у собаки Сори.

«А, вот оно что».

Зрачки Сори едва заметно дрогнули.

В самом деле, собака Сори, в отличие от неё, всегда была честна в выражении своих чувств.

Хотя они виделись каждый день, стоило Сори вернуться домой, как та сходила с ума от радости. А если на прогулке Сори отвлекалась на телефон, собака тут же обижалась.

А если ей было грустно, то собачка каким-то образом это чувствовала и приносила к её кровати свою любимую игрушку.

«А я… от смущения только ворчала на неё…»

Сердце кольнуло от внезапного прилива сожаления.

Председатель Сок, давший Сори время подумать, снова заговорил:

— И о твоём пребывании. Ты ведь знаешь, что у этого старика довольно много возможностей.

«Ещё бы я не знала».

Вспомнив о статусе председателя, Сори выпрямила спину.

— Твой вопрос с жильём я решу без проблем. Могу даже охрану приставить. Но перед этим, хм... — председатель Сок выждал паузу и многозначительно добавил. — Твоим основным опекуном до сих пор был мой внук, не так ли?

При упоминании Хэвона лицо Сори слегка напряглось.

— Ты не хочешь рассказать ему правду?

— Нет.

На этот предельно категоричный ответ председатель Сок лишь смочил горло чаем.

Да что ж он такого натворил, раз у девчонки такая реакция? Зачем ему тогда эта смазливая морда и фигура, если они только как украшение?

Пока он пытался проглотить это негодование вместе с чаем, Сори заговорила первой:

— Вы ведь и сами говорили, дедушка, что заберёте меня.

— Д-да. Именно так я и сказал.

Веки Сори опустились, бросая тень от ресниц.

Может, дело во вчерашнем? Странно, но слова о том, что она уйдёт с дедушкой, никак не шли с языка.

«Но ещё больше я не хочу иметь ничего общего с тобой, Сок Хэган».

«Мы ведь и так были супругами только на бумаге».

Она ничего не могла сделать для Ынсу и Хэгана.

Она не имела права первой сообщать председателю о таких важных событиях.

И всё же, лицо Хэгана, вбегающего в дом, не шло из головы. А под конец перед глазами возникло лицо Хэвона.

Заколебавшись, Сори спустя долгое время разомкнула губы:

— Можно мне пока оставить всё как есть?

Кто знает. Возможно, будучи собакой, она ещё может что-то сделать в этом доме.

Ей казалось, что если она уйдёт сейчас, то это чувство недосказанности останется с ней надолго.

— Я уже привыкла, мне там удобно... К тому же, я узнала столько способов снять заклятие именно в том доме...

Сори замялась в конце фразы, ловя его реакцию. Она не знала, как председатель отнесётся к просьбе и дальше обманывать семью.

— Наверное, это будет сложно?

«Совсем не сложно».

«Проще простого».

Председатель едва не вскинул руки от радости, но вместо этого сделал задумчивое лицо.

— ...Раз ты так считаешь, значит, так тому и быть.

Столкнувшись с такой неохотной реакцией, Сори мигом сменила тон:

— Тогда я всё-таки поеду к вам, дедушка.

«Всё не так!»

Поняв, что переборщил с актёрской игрой, председатель Сок ласково улыбнулся:

— Нет-нет, твоё мнение важнее всего!

— Но всё же...

— Да оставайся ты там, умоляю!

В тот момент, когда истинное желание председателя вырвалось наружу, раздался стук. Незваный гость постучал в дверь кабинета.

— Кто там?

Из-за двери послышался ленивый низкий голос:

— Это я.

Голос, который казался самым бесполезным в мире.

Сори и председатель Сок широко распахнули глаза. Это был голос Хэвона.