Встреча с Патрисией
— Н-наша задача — провести экскурсию по академии и проводить гостей к их сегодняшнему общежитию... — повторил я, пытаясь усмирить бушующую внутри бурю.
— Угу, удобства здесь получше, чем в иных отелях, а защита академии крепче, чем где-либо ещё, так что им будет уютно, — пафосно подтвердил Эдвард.
— Ага, не считая того, что всякая шваль с изнанки шастает тут как у себя дома.
В дешёвом клоповнике для простолюдинов подальше отсюда было бы и то безопаснее — там хотя бы сюжет не так сильно давит на мозги.
— Разумеется, повода для тревоги нет, — мантия Эдварда эффектно затрепетала на ветру. — Я приказал Венди переодеться в школьную форму и затаиться. Если что-то случится, доклад будет у меня в мгновение ока.
— Делай что хочешь, но предупреждаю: вся эта возня с узурпацией власти меня не касается.
Если переворот удастся, Этердамам повезёт остаться герцогами; в худшем случае их род просто пустят под нож. Так или иначе, Эдварду трон не светит. И просить меня о помощи в такой ситуации — это, на мой взгляд, верх наглости. Мне-то какая разница, чего там хочет Венди?
— Если хочешь выжить — крутись сам.
— Если позволить другим подтирать за собой зад, то чем я буду лучше прежнего себя? — Эдвард наконец-то приземлился на обе ноги, перестав парить. — Сейчас я иду по этому пути по своей воле. И если в конце меня ждёт смерть, я просто буду сопротивляться... О, смотри, кареты!
Показался экипаж со студентами герцогства. Они величественно катили по главному проспекту столицы, гордо выставив флаг Континента.
Герцогство — наш вечный враг, с которым дом Брейв постоянно грызётся на границе. Видеть, как они нагло разъезжают по самому центру королевства — аж скулы сводило от отвращения.
— У тебя жажда крови так и прёт, Брейв.
— ...У тебя не меньше.
Стоящий рядом Эдвард тоже вовсю концентрировал магию, излучая явную угрозу.
— Хм, если они изначально планировали заварушку, то вряд ли сюда прислали обычных студентов.
Всё верно. Внутрь барьера пускают только гражданских или учащихся. А значит, к нам прислали самых натренированных бойцов из числа молодёжи. С тех пор как они стали герцогством, их студенты только и делали, что копили боевой опыт в стычках с моими землями. Их лучшие бойцы вполне способны пустить кровь моим братьям или даже отцу.
— Пожалуй, немного жажды крови пойдёт на пользу.
— Ф-ху-ху! Интересно посмотреть, на что способны заграничные адепты. Если окажутся слабаками, можно прикончить их под видом «несчастного случая», проблем не будет.
— Согласен, сами виноваты.
Это же Континент, их и убить не грех. Наоборот, даже полезно — враги всё-таки. Но тут я вовремя спохватился.
— Ладно, остынем.
Я вспомнил, что Алисия говорила мне утром.
— Пугать аурой можешь сколько влезет, но убивать нельзя. Наша работа в студсовете — обеспечить мир, чтобы студенты могли повеселиться на фестивале. Так считает Алисия.
— Значит, если кто-то будет мешать веселью студентов, его можно прикончить без зазрения совести?
— Именно. На том и порешим.
Пикап-мастера, лезущие к девушкам? Казнить. Смутьяны? Казнить. Подозрительные личности? Тоже казнить.
— Ну а пока просто поприветствуем их.
Если переворот и правда готовился при участии герцогства, то наша с Эдвардом роль «встречающих» была просто идеальным стратегическим ходом.
Карета остановилась прямо перед нами. Шторка окна отодвинулась, и изнутри показалось знакомое лицо.
— Ой, сколько лет, сколько зим, Эдвард.
Это была Патрисия Киндред. Она сменила имидж: вместо крашеного блонда теперь были её родные чёрные волосы с белыми прядями. Проигнорировав меня как пустое место, Патрисия с усмешкой обратилась к Эдварду:
— Какая... блестящая голова. Стал мужественнее, тебе не кажется?
— Патрисия... Кхм, ты тоже изменилась, — Эдвард хмыкнул, стараясь не уступать в колкости. — Хотя нет, скорее, ты просто стала собой. Ни следа той хрупкости, вызывавшей желание тебя защитить. Теперь от тебя за версту несёт решимостью и хитростью человека, готового выживать в одиночку.
С начала первого семестра они оба изменились до неузнаваемости — и внешне, и внутренне. Уж не знаю, что на них так повлияло. Сейчас они напоминали не сладкую парочку из гарема, а скорее старых друзей, которые окончательно и бесповоротно разошлись во взглядах. Впрочем, они ведь знакомы с детства, так что неудивительно.
— А рядом с тобой, стало быть, третий сын Брейвов? — Патрисия перевела взгляд на меня. — Мы ведь впервые разговариваем вот так, с глазу на глаз? Рада знакомству, Рагна-кун.
— Спрошу прямо, — я не повёлся на её фальшивую улыбку. — Какая у тебя цель, Патрисия Киндред?
— Цель? — она мило наклонила голову набок. — Какой пугающий вопрос, и жажду крови ты даже не скрываешь. Я всего лишь гостья из герцогства, приехала насладиться фестивалем.
— Врёшь.
Я развернул барьер, заперев внутри одну лишь её карету. Точно так же, как я проделал это с Венди. Патрисия явно это почувствовала. Она замерла и пристально уставилась на меня.
— Ты ведь понимаешь, что это может спровоцировать войну?
— Семья Брейв с вами и так в состоянии войны, не прекращая.
Она лишь вздохнула и щёлкнула пальцами.
— Трудный ты мужчина. У меня сейчас нет времени на тебя, да и у тебя на меня, полагаю, тоже.
Внутри моего магического пространства возникла какая-то чудовищная сила, буквально проломившая барьер изнутри. Моя магия развеялась, а Эдвард, которого тоже зацепило, упал на колени в холодном поту.
— Эти твои штучки вредны для сердца, Брейв...
— ...Как ты вырвалась из захвата, Патрисия Киндред? — спросил я, игнорируя стоны принца.
— Тебе не надоело называть меня полным именем? Можешь звать просто по имени. Или даже Рисия, если хочешь. Меня так называли на той стороне.
Ни за что я не стану звать её именем, так похожим на имя Алисии. «Патя» или «Киня» — вот это ей в самый раз. Патрисия не ответила на вопрос, лишь продолжила пускать пыль в глаза:
— Тебе пора нас выпустить, а то люди начнут косо смотреть. Ваша работа — встречать гостей, верно?
Она добавила, что если мы продолжим в том же духе, студенты герцогства нас засмеют. Пришлось убрать клыки и приступить к обязанностям. Ничего, пока она в академии, возможностей для разговора будет предостаточно.
— Проваливай. Но не думай, что в моём присутствии Континент сможет творить что вздумается.
— Вот как? Спасибо. Ну, как ты и подозреваешь, учитывая отношения наших стран, под шумок может что-то произойти... — Она бросила на прощание: — ...Но меня это не касается.
Патрисия ушла, пытаясь строить из себя крутую, но раз уж наша работа — сопровождать гостей и показывать им академию, нам суждено было встретиться снова уже через минуту.
— У нас ещё будет время поболтать, Патрисия Киндред.
— Угу, ушла она эффектно, но наша работа не заканчивается на воротах. Сопровождение иностранных студентов тоже на нас, — подтвердил Эдвард.
Патрисия выглядела искренне раздражённой. Мы с Эдвардом пристроились по обе стороны от неё.
— Ну что, госпожа гостья. Пойдём наслаждаться фестивалем вместе.
— Ф-ху-ху! Предоставь эскорт мне. Я потратил столько сил, продумывая идеальные манеры, и вот наконец настал день применить их ради тебя! Это ли не божье провидение?
— Бесишь.
Бесит, правда? Бесит же! Уж не знаю, о чём она там думает, но раз Эдвард превратился в такого эталонного раздражающего придурка, любые её козни бесполезны. Получай, Патрисия, атаку «бесячего бесилова»!