О том, как узнать о заговоре заранее и не подавиться кофе

— Защитный барьер столицы создан на основе тела Святой?.. — голос Эдварда дрогнул от изумления. Похоже, даже он этого не знал.

В игровом мире барьер, разрушенный силой пробудившейся Святой, со временем восстанавливался. Раньше я думал, что это просто игровая условность ради удобства сюжета, но, оказывается, у этого была вполне логичная и мрачная причина.

— Одному из мудрецов прошлого удалось получить доступ к фрагментам «Хроник Акаши», оставленным Первородным Мудрецом. Он оставил пророчество: «В определённый год пробудится реинкарнация Святой». И этот год — текущий, — продолжала Венди. — Используя силу пробудившейся Святой, можно заново воздвигнуть защитный барьер, попутно сменив права доступа к управлению им.

— И что станет со Святой? — спросил я.

В руте Эдварда Мариана использовала силу пробудившейся Святой, чтобы восстановить разрушенный барьер. В эпилоге она была жива-здорова и вместе с Эдвардом несла на плечах судьбу страны. Значит, она должна выжить.

— Этого я не знаю, — Венди покачала годовой. — Но семьи Пентаграм и Слэш плевать хотели на то, что случится с Патрисией Киндред. Их цель — получить власть над барьером и узурпировать трон.

Если цель Патрисии не просто занять место главной героини, а получить контроль над барьером и сменить власть, то её отказ от Эдварда выглядит логично. Ей нужен не гарем из красавчиков, а корона.

«Нацелилась на целое королевство... Ну и замашки у тебя, Патрисия Киндред».

Рискну предположить, что она всё же планирует выжить. Эта девица слишком хорошо знает игру и слишком плотно спелась с сильными мира сего — она бы не стала действовать без уверенности в собственной безопасности.

— Значит, на фестивале Мудреца в этом месяце они планируют явить Патрисию миру и перенастроить барьер?

— Именно.

План такой: сначала герцогство Континент начнёт атаку. Это послужит сигналом, барьер исчезнет, а затем Патрисия своей силой Святой восстановит его, заодно передав право управления заговорщикам. Что касается захвата трона... для жителей этой страны барьер — символ абсолютной безопасности. Стоит объявить, что нынешняя королевская династия не справилась с управлением, и народ сам пойдёт за новыми «спасителями».

Целая страна может пасть из-за одного барьера... Абсурд какой-то. Вот что бывает, когда слишком полагаешься на внешнюю защиту — становишься слабаком.

— Так вот что скрывается за кулисами... — Эдвард выглядел необычайно серьёзным, пока мы обсуждали Патрисию. Неужели в нём ещё что-то шевелится к ней? — Впрочем, прошлое осталось в прошлом. Сейчас — это сейчас! То, что я стал «Тенью» при «Безрассудной храбрости» — тоже своего рода ирония судьбы! Ф-ха-ха-ха!

А нет, ему плевать.

«Чёрт бы тебя побрал, Патрисия Киндред. Свалила на мою голову такого сказочного придурка, сил нет».

— Хм-м... Я очень сомневаюсь, что соседнее герцогство Континент будет послушно плясать под дудку Пентаграмов и Слэшей. Тебе об этом что-нибудь известно, Венди? — Эдвард внезапно сменил тон с безумного смеха на деловой. У парня явно проблемы с перепадами настроения. — Понятно, почему герцогство, которое когда-то вышвырнули за барьер, жаждет переворота. Но с чего бы им помогать маркизам, а потом просто говорить: «Пожалуйста, владейте на здоровье»?

Я уверен, что как только барьер падёт, герцогство тут же перейдёт в полноценное наступление. В игре всегда так было. Эта страна только и ждала удобного момента, чтобы ударить по столице.

— В «Кровавой неделе» все придерживаются того же мнения, — ответила Венди. — Кровавый обет перестаёт действовать, как только покидаешь пределы барьера, так что это лишь мои догадки. Но... — она сделала паузу. — Герцогству Континент достаточно получить доступ к барьеру. Они годами копили силы, принципиально не полагаясь на внешнюю защиту. И ковали они эти силы, проливая кровь Брейвов.

Земли Брейвов были для них полигоном. Я-то думал, мы просто соседи-забияки, а оказывается, мы — центр векового конфликта. Ненавижу этот расклад, ксо!

— Роль моего отряда заключалась в том, чтобы не дать герцогству разгуляться, пока идёт перенастройка барьера. Маркизы, конечно, тоже начеку. Именно поэтому они приказали мне передать предупреждение, чтобы род Брейв не смел лезть на сцену.

— Плохо они меня знают. Раз бросили такую интригующую фразу на прощание, значит, сами напросились.

Чего добиваются эти маркизы? Они настолько ненавидят мой род?

— Похоже на то. Семьи Пентаграм и Слэш больше всего боятся, что на одной сцене сойдутся кровь Мудреца, кровь Святой и кровь Героя — рода Брейв.

— Ф-ху-ху, ну ещё бы! — Эдвард вклинился в разговор, выпятив грудь так гордо, будто хвалили его самого. — Ведь если в дело вступает кровь Брейва, жди бури! Он перебьёт всех врагов и разнесёт к чертям всю их тщательно подготовленную сцену!

Венди смерила его брезгливым взглядом и снова вернулась к своему обычному бесстрастию.

— Герой, кровь... Что этот лысый вообще несёт?