Не буди лихо, пока оно тихо

Пока Эдвард выбивал информацию из единственного выжившего, я занялся утилизацией трупов.

Стоило отделить тела от магической энергии, и лишившиеся сопротивляемости останки мгновенно превращались в пепел под воздействием магического пламени. Даже если Эдвард выкачает кислород до минимума, для огня, подпитываемого маной, это не помеха.

— Ну давай, выкладывай, — Эдвард явно вошёл во вкус. — Ори сколько влезет, твои вопли всё равно никто не услышит.

— У... гу... а-а...

— Даже кричать не можешь? Ладно, сейчас облегчу тебе задачу.

— Кха-кха!

Наблюдая за допросом, я размышлял.

Безмолвные чары Эдварда — это не просто магия ветра, а управление атмосферой. Причём он не просто гоняет воздух туда-сюда, а ювелирно меняет его состав, что встречается крайне редко.

Взять хотя бы тех магов из теневого отряда, что напали на нас днём. Какой-то там Кара из «Пустого кулака» просто сжимал воздух и лупил им, словно невидимыми кулаками, — это тоже требовало недюжинной силы.

Подобные способности строятся на глубоком понимании основ магии. Видимо, Эдвард, как и я, досконально изучил теорию всех стихий.

Многие аристократы после академии, если им не светит наследство, становятся придворными магами. Учитывая, какую базу они там закладывают, становится понятно, почему студентам до поры до времени не преподают магию без заклинаний.

Впрочем, без железной воли такого уровня не достичь.

«Признать тебя Тенью, значит?»

Что ж, пускай, Эдвард. Если твоя былая наивность испарилась после встречи со смертью, я готов признать в тебе Тень.

Вот только следующий противник может оказаться тебе не по зубам...

— Что... вы... со мной... сделаете... Я ничего... не знаю... — прохрипел едва живой маг.

В его глазах не было отчаяния. Напротив, в них горел огонёк надежды, будто он всё ещё припрятал какой-то козырь.

— Тут есть... кха... один жуткий тип... Я знал это, поэтому... привёл его.

В то же мгновение Эдварда, стоявшего прямо перед ним, с чудовищной силой впечатало в сторону.

«Жив хоть?» — я проследил взглядом за его траекторией. Плюясь кровью, он в последний момент всё же сумел взлететь и мягко погасить инерцию. Его маска треснула пополам, обнажив лицо. Глаза закатились — он был в глубоком нокауте.

Надо же, даже без сознания у него сработал предохранитель в виде безмолвной магии. Моя оценка его способностей немного подросла.

С потерей сознания контроль над атмосферой исчез, и допрашиваемый маг, кое-как применив исцеление, начал подниматься.

— Кха-кха! Спасён...

— Это ещё что за лысая маска? В досье про такого не говорилось, — перед магом, словно из ниоткуда, возникла миниатюрная фигура в чёрном одеянии.

Лица не видно, но по голосу — женщина.

Выживший маг, качая головой, ответил на её вопрос:

— Понятия не имею. Но он силён, управляет составом воздуха.

— Хм-м.

Она отозвалась с полным безразличием, и хотя смотрела на Эдварда, я чувствовал, что всё её внимание сосредоточено на мне.

Она была начеку.

Внимательно изучив меня, женщина заговорила:

— Тебе не стоит беспокоиться о границах, Страж Окраин?

— О, так ты не называешь меня «обезьяной из Пустошей»? — я впервые слышал от враждебного мага такое вежливое обращение.

Девушка тихо усмехнулась.

— Пусть другие называют как хотят. Я не собираюсь здесь с тобой сражаться. Я пришла для встречи.

— Что?! — маг рядом с ней впал в истерику. — О чём ты?! Всех моих людей испепелили...

— Постыдись своего невежества.

С этими словами она снесла магу голову.

— Разве ты не знал поговорку: «Не тронешь Брейва — не огребёшь проклятие»?

Маг рухнул, заливая всё вокруг кровью в предсмертных судорогах. Женщина, не обращая на это внимания, поймала отрубленную голову и сказала:

— Моя роль — переговоры. Это мой подарок.

Д-да нафиг он мне сдался.

«Не тронешь Брейва — не огребёшь проклятие»... По сути, это ничем не отличается от ситуации, когда меня все боятся как выходца из проклятых земель. Просто формулировку сменили.

И вообще, я тут стараюсь, трупы в пепел обращаю, чтобы следов не осталось, а она убивает, совершенно не думая об уборке...

— Ну как? Он ещё может говорить, ценный экспонат.

— К-к-к... ты... ты-ы-ы... — голова мага, вытаращив глаза, походила на сломанную игрушку.

Благодаря безмолвному исцелению он мог бы протянуть ещё секунд тридцать, но его рассудок явно не выдержал реальности.

— Оставь себе. Я уже не в том возрасте, чтобы играть в такие жуткие куклы.

Она подбросила мне голову, но я просто отмахнулся, вдребезги разнеся её в воздухе.

— Так что там за переговоры? — перешёл я сразу к делу.

Раз уж она пришла с «подарками» и жаждет общения, можно и послушать.

— Меня зовут Уэнсдей. Наша организация «Кровавая неделя» получила заказ. Заказчики — семьи Пентаграм и Слэш.

— О как. И ты вот так запросто их сдаёшь?

— Нам пришлось пойти на определённые уступки. У меня есть на это полномочия. Я рассудила, что при встрече с тобой без такой откровенности диалога не выйдет.

Назвать имена заказчиков — это действительно серьёзный шаг. Либо им плевать, узнаю я или нет, либо они понимают, что я и так всё разнюхал.

— И? — коротко спросил я.

Уэнсдей ответила:

— Я хочу знать твою цель. С твоим появлением в академии порядок пошатнулся. Мне нужно понять: жажда перемен — это воля дома Брейв или твоя личная инициатива?