Прямолинейный Человек (от Лица Алисии)
«Когда ты принимаешь решение, естественно, что другая возможность исчезает. Даже если ты отомстишь, того, что потеряно, уже не вернуть».
Это был его ответ, словно он сразу увидел истинный смысл моего вопроса.
Рагна, наверное, всё знает.
О том, что мою помолвку расторгли, и обо всех причинах, стоящих за этим.
«Это история из прошлого».
Он начал рассказывать, а я, напряжённая, ждала, что он скажет дальше.
Его слова отличались от того, что я слышала прежде, когда он мог отшутиться даже по поводу жизни и смерти — вроде ставок на то, сколько проживёт его отец или насколько быстро умрёшь на этой земле.
Теперь же он говорил всерьёз, рассказывая о том, как его семья погибла в бою.
Он преследовал и убил врагов, погубивших его отца.
В землях Брейв смерть в бою считается честной и почётной.
Его с детства учили, что сражаться нужно не ради мести, а ради защиты своей страны. И всё же он не смог себя остановить.
Несмотря на невыгодное положение, несмотря на уговоры со стороны и жертвы, к которым это привело, он, потерявший семью, преследовал и отрубил голову вражескому генералу.
Он смеётся над собой из-за принесённых жертв и того, как это усугубило нехватку людей в доме Брейв.
«Как бы меня ни учили, что это неизбежно, я всё равно жалею. Но я благодарен тем, кто был рядом, кто любил меня и вырастил. Именно тогда я понял — у меня ещё есть те, кто остался».
Сказав это, он посмотрел вдаль на земли Брейв, раскинувшиеся внизу.
«Не всё потеряно. Есть ещё много всего, что осталось. Поэтому я и пытаюсь стать тем дворянином, которым никогда не хотел быть. Поэтому я решил пойти в ту школу, в которую никогда не хотел поступать».
Ещё многое осталось, да?
Я всерьёз задумалась над его словами — а есть ли у меня что-то, что осталось? Но, как всегда, ничего не нашлось.
Это логично, ведь всё, что я видела в своём будущем, — это быть рядом с принцем, будущим королём. А не быть рядом с ним таким, какой он сейчас.
«А если ничего не осталось? Если всё, чему тебя учили с рождения, больше никогда не сбудется?»
«Если ты ещё жива, значит, что-то осталось».
«Ничего не осталось!»
Я повысила голос, сама того не желая.
«Прежняя я мертва… как дочь герцога… и в этом забытом богом месте… извини, я оговорилась».
Я прекрасно знаю, что импульсивные действия всегда ведут к провалу, но сейчас я снова ощущаю себя жалким ребёнком.
Шрам от ожога на левом глазу саднит.
Становится всё тяжелее на душе.
Как бы я ни пыталась забыть — ничего не получается.
Будто под моими ногами бездонное болото, и чем больше я сопротивляюсь, тем глубже погружаюсь в его тёмную пучину.
Как сказал Рагна, даже если я отомщу, той, кто будет стоять рядом с принцем, уже не буду я. Это будет кто-то другой. И удовлетворения я всё равно не испытаю.
…А что, если я просто сброшусь с этой скалы? Не стало бы мне легче?
Смотря на величественный пейзаж со скалы, я вдруг поняла, насколько ничтожны мои переживания. Если мои глаза застилает тьма, и я больше не вижу ни пути, ни чего-либо ещё, тогда это просто фон, просто декорации.
Когда зрение начало мутнеть, а тело ослабло, я услышала его голос.
«Алисия, я буду защищать тебя, пока жив».
Эти слова неожиданно долетели до моих ушей.
Мутный взгляд прояснился, и я увидела Рагну, стоящего с серьёзным выражением лица.
«…Э?»
Что он только что сказал?
Он правда сказал, что будет защищать меня всегда?
Ошеломлённая, я продолжала слушать его.
«Если той дочери герцога уже нет, то передо мной стоит просто Алисия, которая пришла в дом Брейв, верно?»
И тогда он протянул мизинец.
«Тогда вот что я могу пообещать: я всегда буду тебя защищать».
Его слова не были прямым ответом на мой вопрос.
Но если бы меня саму попросили дать ответ, лучше чем «время всё расставит по местам», я бы ничего не смогла придумать.
Это сложный вопрос.
Но после долгих раздумий его ответом стало обещание защиты — символизированное «клятвой на мизинце».
«Ты и правда с утра говоришь неожиданные вещи».
«Ну…»
Он почесал затылок, смущённо улыбаясь.
«Я пытался подобрать правильные слова, но мы, мужчины Брейв, не привыкли к таким ситуациям. Я просто сказал то, что действительно чувствую».
«…Фуфу».
Я невольно улыбнулась.
Его искренняя улыбка и прямые слова так контрастировали с лицемерием и притворством, которые я привыкла видеть среди дворян.
В этой честности было что-то по-настоящему крутое.
Он стоял передо мной таким, какой он есть, без прикрас — и это возвращало мне забытые детские чувства.
«Так странно? Я ведь никогда такого не говорил… Отец и братья предпочитали говорить своими действиями…»
Я поспешила успокоить смущённого Рагну.
«Знаешь, это впервые, когда кто-то сказал мне такое в лицо».
Что кто-то посмотрел прямо на меня настоящую — и сказал это.
«Э? Я думал, дочь герцога наверняка слышала такие слова от многих».
«Людей, которые говорят странные вещи, обычно стараются избегать, знаешь ли».
«Чёрт… Значит, зря я практиковался втайне, чтобы Себас не ворчал, что я до сих пор не нашёл себе жену к школе…»
«Что это ещё за глупая тренировка такая?»
Я не удержалась от смеха, представляя, как он репетирует пикап-фразы посреди этой кровавой, израненной земли.
Он правда странный человек, но…
«Но мне это нравится. Это честно».
В детстве, наверное, я бы назвала это глупым.
Но после всего, что я пережила, я научилась ценить честность.
Высокопоставленных дворян видят не как людей, а как должности.
Наверное, принц чувствовал то же самое.
Он устал быть не личностью, а функцией. Теперь я понимаю, почему помолвку разорвали. В этом есть смысл.
«Знаешь, ты, наверное, прав. Я слишком много об этом думала».
Я посмотрела на земли Брейв — реки, леса, города и поля простирались до самого горизонта.
«Такой пустяк, да? Вечно цепляться за прошлое…»
«Ну, это нормально для человека».
«Но в семье Брейв это не приветствуется, верно?»
«Да. Погоревал раз — и хватит».
Значит, той меня больше нет. Теперь я Алисия из дома Брейв.
Похоже, пустота внутри меня начинает заполняться.
Это не наказание.
Если я сама решу, что это новое начало, — так оно и будет.
Это ведь по-Брейвовски.
«Вернувшись в школу, мы привлечём внимание. Может быть, мне будет тяжело. Ты всё равно будешь меня защищать?»
Я протянула ему мизинец, и он крепко за него ухватился.
«Защищать — это моё призвание. Оставь это мне».
Для постороннего взгляда наш разговор мог бы показаться романтической сценой из сказки о герое и принцессе, но с нами обоими, с шрамами на лицах, это придает сцене особое, ироничное очарование.
Леди, чью помолвку разорвали, и лорд, живущий в забытой богом земле.
Персонажи из сказок всегда отличаются от нас. Но в этот момент это различие кажется мне правильным и уютным.
Как будто прежняя я — это первый том, а мы сейчас начинаем второй… что-то в этом роде?
«Алисия, подожди немного. Я хочу переделать часть, где даю клятву».
«…Хм?»
Я вдруг вернулась в реальность.
Я ведь подозревала, что Рагна не совсем романтичный тип, правда?
Я попыталась успокоиться, думая, что не стоило ожидать от Рагны таких вещей.
«Подожди, я сейчас позову его».
Затем он крикнул.
«— Оникс!»
В тот момент огромный чёрный дракон спустился с неба и приземлился перед нами.
Погоди, это правда дракон?
Я никогда не видела драконов, но его внешний вид точно соответствовал тому, как их изображают в книгах и энциклопедиях, и мой разум инстинктивно узнал его как дракона.
И не просто дракона, а чёрного дракона.
В историях о героях и принцессах чёрные драконы часто изображаются как злые существа. Теперь же один из этих драконов сверлил меня взглядом своим большим лицом.
В этот момент я потеряла сознание.