Глава 5.0

Так постепенно прошло ещё полтора года. За это время я освоил природное преобразование молнии и огня. Тренировка огня далась сложнее: моя склонность к стихии молнии заметно превосходила всё остальное. Но, опираясь на прошлый опыт, я уложился в те же сроки — ровно год.

Контроль чакры был выжат до предела. Скучное, но необходимое хождение по воде и дереву я превратил в настоящую полосу препятствий. Я экспериментировал, создавая в воде небольшие воронки и заставляя её вибрировать. Попытки вызывать резонанс в объектах стали почти рутиной. Правда, серьёзные методы тренировок оставались за пределами досягаемости — сильные ниндзя, чьи способности я пытался предсказать, словно блокировали свои техники.

Изучить что-то, кроме трёх базовых техник, мне так и не удалось. Но зато я освоил технику усиления чакры: научился концентрировать её в одной точке, чтобы усиливать удары. Результат оказался впечатляющим — мои атаки теперь легко разбивали кору деревьев. Правда, до уровня Цунаде или Сакуры мне было ещё далеко.

Что касается последовательностей. После Мошенника, через месяц, был переварен Клоун, передав мне все способности Фокусника. Однако и Криптолог, и Фокусник застряли в стагнации на отметке 30 процентов из-за ограничений. Система словно напоминала мне: без возможностей, которые откроются в Академии, прогресс невозможен.

И вот, наконец, настал день открытия Академии. Неделю назад я прошёл проверку на профпригодность, и теперь официально числился среди будущих ниндзя.

В этот момент я стоял снаружи здания Академии в толпе детей, слушая речь Хокаге. Вернее, пытался слушать. Моё внимание постоянно отвлекали окружающие. Толпа шевелилась, как беспокойное море, и я то и дело замечал любопытные лица, которые, казалось, отражали всё многообразие настроений.

На краю толпы стоял светловолосый мальчишка с неугомонным взглядом. Он явно скучал, оглядываясь вокруг, будто в поисках приключения. Его ноги слегка притопывали на месте, как будто он был готов сорваться в любую секунду. Наруто, кажется, чувствовал себя в своей тарелке, даже если всё происходящее его мало интересовало.

Немного дальше стоял тёмноволосый мальчик с непроницаемым выражением лица. Саске выглядел взволновоным почти не скрывая своего детского энтузиазма. Он лишь единожды повернул голову в сторону своего отца, после чего приуныл и вернулся следить за речью хокаге, сделав нейтральное лицо

В стороне, почти за спинами других, стояла девочка с тёмными волосами. Её глаза метались, словно она пыталась понять, куда смотреть безопаснее всего. Она украдкой взглянула на кого-то в толпе, но тут же опустила взгляд. Хината была как тень в этом шумном море — едва заметная, но всё же не теряющая своего места.

Где-то ближе к центру двора стоял мальчишка с круглым лицом и сумкой, из которой торчали остатки чипсов. Он старался выглядеть уверенно, но его внимание то и дело ускользало от речи Хокаге к тому, что он прятал в сумке. Чоджи выглядел довольным, несмотря на шум и суету вокруг.

Слева от него можно было заметить ещё одного мальчика, с ананасоподобной причёской и сонным взглядом. Шикамару лениво рассматривал облака, словно происходящее его не касалось. Временами он глубоко вздыхал, будто всё это уже успело его утомить.

В шуме толпы выделялась ещё одна фигура — девочка с ярко-розовыми волосами и живым взглядом. Она слегка подпрыгивала на месте, пытаясь заглянуть за спины других детей. Сакура выглядела взволнованной и полной энергии.

Я искал глазами Итачи. Надеялся, что он пришёл сопровождать Саске. Вместо него стоял Фугаку, его осанка говорила о достоинстве, но выражение лица казалось немного суровым. Увидев это, я пожал плечами и позволил себе немного расслабиться.

Причиной моего поиска и расслабления были крайне просты. Это дополнительные задачи от системы. Я не имел ождианий по поводу того что смогу как-нибудь спасти клан Саске, по крайней мере я точно знал что не способен сделать это без риска. Поэтому я и вздохнул, что раз здесь нет Итачи, то можно пока и не предпринимать попыток.

Когда речь закончилась, нас распустили по домам, объявив, что завтра начнётся первый учебный день.

Вместо того чтобы возвращаться в приют, я направился в новую квартиру. Ещё вчера воспитатели отправили нас по адресам, выделенным для обучающихся.

Моя квартира оказалась скромной студией: один большой зал совмещал в себе спальню, кухню и прихожую. Единственным обособленным помещением был санузел. Пространство выглядело слегка потрёпанным, но, к счастью, убранным.

Я осмотрелся, прислушиваясь к тишине, которая впервые за долгое время настигла меня. Это было странное, но приятное ощущение. Без криков, без суеты. С лёгкой улыбкой я начал готовить обед, параллельно обдумывая свой новый распорядок и цели.

Физическая подготовка давно напрашивалась — я понимал, что без неё в моих планах не продвинуться. Появившееся обмундирование открывало возможности для более серьёзных тренировок: теперь я мог практиковаться с настоящими сюрикэнами, а не с их самодельными заменителями из бумаги.

Небольшая порция лапши быстро сварилась. Она была пресной, почти безвкусной, но как источник энергии годилась. Вдыхая запах горячего теста, я уселся за стол.

К вечеру я был полон решимости. Переодевшись в более удобную одежду, я направился к реке, где было достаточно места для пробежек. Тренировка начиналась с простого теста на выносливость: сколько я смогу пробежать на максимальной скорости? Я выбрал участок вдоль берега, где грунт был твёрдым, но не слишком ровным, чтобы ещё и потренировать координацию.

На первых минутах я чувствовал себя прекрасно. Лёгкий ветер обдувал лицо, мышцы работали в едином ритме, но вскоре дыхание начало сбиваться, а ноги наливались тяжестью. Я не останавливался. Стиснув зубы, я заставил себя бежать дальше.

На пятой минуте я уже чувствовал жжение в лёгких и острую боль в ногах. Однако на реке не было никого, кто мог бы остановить меня, никто не сказал бы, что хватит. Я сам решал, когда наступит предел.

Когда наконец я остановился, едва удерживаясь на ногах, сердце бешено стучало, а в ушах звенело. На глаз я пробежал чуть больше двух с половиной километров, но точное расстояние было неважно. Главное, что я сделал это на пределе возможностей.

После короткого отдыха я начал силовые упражнения. Отжимания и приседания выполнялись без перерыва. Я следил за дыханием, пытаясь сохранять ровный ритм. Каждое движение становилось тяжелее, но я упорно продолжал, пока мышцы не начинали дрожать.

Когда я не смог выполнить больше ни одного повторения, я дал себе минуту отдыха, чтобы перейти к следующему кругу. Всё повторялось снова: бег, отжимания, приседания. Каждый круг я старался сделать ещё немного больше, чем в предыдущий.

К концу тренировки моё тело протестовало против каждого движения. Ладони были исцарапаны от грубой земли, а одежда промокла от пота. Мышцы ныли, а ноги дрожали, но внутри я чувствовал странное удовлетворение.

После двух часов тренировок я вернулся в квартиру, совершенно измотанный. Мне пришлось опереться на стену, чтобы снять обувь. Приняв душ, и приготовив одежду и снаряжение я наконец лег спать.