Глава 27.0

Меня и Бруно подгоняли сзади, пока мы не добрались до главного зала. Когда двери распахнулись, перед нами открылся огромный зал. В центре стоял стол, за которым сидели самые приближенные люди Дофламинго. Он сам находился в центре, справа от него сидел Требол, а рядом с ним — девочка лет десяти. С другой стороны от Дофламинго были два пустых места, предназначенных для Пика и Диаманте. Дальше сидели офицеры, чья сила была ощутима.

Я не стал медлить и начал медленно захватывать духовные нити девочки. Это должна была быть Шугар, и ее способность превращать людей в игрушки и заключать с ними контракт очень пригодится для захвата Дофламинго.

Один из моих скрытых трюков, который я до этого не использовал, — это способность менять местоположение с марионеткой. Я оставил Абсалама под замком на случай непредвиденных обстоятельств, чтобы при необходимости заменить его.

— Фу-фу-фу-фу! Кого вы это нам принесли? — не вставая с места, Дофламинго рассмеялся, увидев нас.

— Крысу, Дофи, — сказал серьезным тоном Диаманте. — Опасную крысу, которая заставила нас попотеть.

— Откуда на наш остров пришли два шпиона? Мировое правительство решило строить интриги? Или есть какие-то другие причины? — рассматривал нас Дофламинго, его голос был полон властности.

— Мы не от правительства, — ответил я. Я сказал это с единственной целью — чтобы никто не заметил аномалию с Сугар. Однако Требол уже начал переживать, заметив замедленные движения девочки. — Нам стало известно, что вы Джокер. И что самый простой способ попасть к вам — это показать себя.

— Фу-фу-фу-фу! — снова засмеялся Дофламинго. — Как наивно. Ты думаешь, что так легко попасть в мою команду? Просто зайти в мой замок?

Неожиданный звук раздался справа от Дофламинго. Сугар потянула его за руку, как ребенок, желая что-то прошептать на ухо. Не желая расстраивать своего члена семьи, Дофламинго повернулся к ней, несмотря на наш диалог.

Стоило ему наклониться, как она коснулась его уха. На его месте теперь стояла пластмассовая розовая кукла фламинго. Я не помнил, кто это, но знал, что мне срочно нужно начать захват духовных нитей.

Однако кукла, недовольная действиями Сугар и неспособная причинить ей физический вред из-за силы девочки, испустила импульс. Королевская воля, как ударная волна, пронеслась по замку. Все офицеры были вырублены этой силой. Сугар, как технически мертвая, не была подвержена королевской воле. Она ощущала давление, но не страдала от него.

Требол не мог понять, что происходит. Он стоял в оцепенении, пытаясь вспомнить ключевые моменты. Он точно знал, что был одним из четырех управленцев армии семьи Донкихот, но не мог вспомнить, кто был четвертым. Был ли у них лидер? Является ли этой игрушкой их лидер?

Мысли Требола и мои были прерваны действиями куклы. Вопреки силе фрукта Сугар, игрушка быстро нанесла ей удар, из-за чего Сугар отлетела и ударилась об стенку. Я был удивлен происходящим и только позднее понял, что королевская воля способна подавлять ментальное влияние фруктов.

Из-за неожиданности удара, я не успел среагировать на спасение Сугар, и она на мгновение вырубилась. Вскоре игрушка вернулась в свою форму — разъяренного Дофламинго. Он развернулся в мою сторону, а его воля, наблюдение и дедукция сразу указали ему на виновника происходящего.

Дела обстояли плохо. Контроль духовных нитей Дофламинго оказался медленнее, чем я ожидал. Замедление на нем действовало хуже, чем на Диаманте. Я сменил стратегию, захватывая нити не только от Дофламинго, но и от его офицеров, включая Требола, понимая, что бой неизбежен.

Увидев, как Дофламинго замахнулся рукой, я быстро использовал пылающий прыжок, чтобы избежать удара. Стол, стоявший на моем пути, разлетелся в щепки, пол разломался, а дверь была пробита с огромной щелью. Я все еще не вышел из комнаты, продолжая захват контроля.

Если не считать интуицию клоуна, единственной причиной, почему я смог среагировать, было замедление от духовных нитей. Прошло больше десяти секунд с начала переполоха, а я все еще не взял первоначальный контроль.

Требол не сидел сложа руки — он рывком приблизился ко мне, таща за собой слизь. Увидев, что Требол атакует, я использовал Диаманте и Пику как "подкрепление" для него.

Я опять использовал пылающий прыжок, впрочем Дофламинго смог предугадать мой ход. Он быстро смещался в мою сторону, что вынудила меня в третий раз повториться.

Дофламинго нахмурился, не столько из-за неудачной атаки, сколько потому, что чувствовал, что время не на его стороне. Его интуиция подсказывала, что нужно разорвать дистанцию. Одним взмахом руки он пробил дыру в замке, после чего вытянул пальцы и, "схватив" нити, потянулся к облакам.

Такой поворот мне не понравился. Я надеялся разорвать нити, выстрелив в них воздушной пулей, но она не повредила их.

Дофламинго быстро отдалялся в сторону неба. Единственный способ "летать" за ним, который оставался мне, — это полагаться на пылающий прыжок или создавать жалкое подобие крыльев, что было крайне неэффективно.

Я решил временно проигнорировать самого Дофламинго и сосредоточился на захвате контроля над остальными присутствующими. Требол заметил, что его движения начали замедляться, но его интуиции и способностей фрукта оказалось недостаточно, чтобы осознать источник проблемы или быстро разорвать дистанцию в 100 метров. Более того, он был убежден, что устранение меня — их первостепенная задача.

Эту уверенность подогревали мои марионетки. Они играли роли агрессивных преследователей, изображая яростную охоту на меня. Пика слился с замком, намереваясь ограничить мои передвижения, но оставил очевидные бреши, через которые я маневрировал, выигрывая драгоценное время.

Спустя 15 секунд все ближайшие люди Дофламинго, за исключением двух персон, уже находились под моим контролем.

Сам Донкихот не терял времени даром. Его восприятие событий окрасилось паранойей. Он считал, что я являюсь союзником короля, а все происходящее — частью плана по разоблачению семьи Донкихот. Реагируя на угрозу, он использовал технику "Птичья Клетка", обернув весь остров густой сетью нитей, исключая любую возможность побега.

Когда Требол также стал моей марионеткой, в замке воцарилась тревожная тишина. Я поднял голову, чтобы взглянуть на Дофламинго, распростершего свои нити по всему острову.

Мой план начал рушиться. Захватить Дофламинго в качестве марионетки теперь казалось невозможным. Но и убить его в открытом бою было задачей, выходящей за рамки реальности.

Увидев неподвижность своих соратников, Донкихот быстро понял, что они находятся под контролем, похожим на способность Сугар. Его глаза сузились в раздумьях, но времени на долгие размышления у него не оказалось.

Огромная фигура Пики, слившегося с ландшафтом, выдвинулась в атаку. Его гигантский каменный кулак, размером с двухэтажный дом, устремился к парящему в воздухе Дофламинго.

Смертельный удар был разрезан в одно мгновение. Нити Донкихот смели камень, как сухие листья, и он мгновенно перешел в контратаку, устремившись к самому гиганту.

Но мои марионетки не ограничивались одним Пикой. Позади него, пользуясь замешательством, летела ракета — Бейби 5, трансформировавшая свое тело в смертоносное оружие. Она целилась прямо в своего бывшего капитана.

Дофламинго даже не использовал способности фрукта, чтобы отбить этот удар. Простым движением руки он заблокировал ракету. Взрыв создал облако дыма, но не оставил на нем ни царапины. С серьезным выражением на лице он стоял там же, не шелохнувшись.

Бейби 5 трансформировалась обратно и, превратив свои руки в пушки, продолжила атаку. Но Дофламинго не стал ждать. Из его пальца вытянулась тонкая нить, которая вошла в тело моей марионетки.

Я почувствовал сопротивление. Бейби 5 оставалась под моим контролем, но теперь не могла управлять своим телом. Она остановилась, потом развернулась и, упав с высоты, направилась в мою сторону, готовясь к атаке.

Проигнорировав ее атаку, я заметил, как из пальцев Дофламинго начали лететь десятки нитей, устремляясь к замку. Он пытался захватить физический контроль над моими марионетками. Требол, быстро сориентировавшись, выстроил барьер из липкой слизи, перекрыв путь нитям.

Я решил сменить стратегию. Заперев менее полезных марионеток в слоях слизи Требола, я вывел себя, Требола и Диаманте из замка. Как только мы оказались на улице, Дофламинго бросился на нас, подобно ястребу, пикирующему на добычу.

С размахом руки он обрушил на улицу свой гнев, превратив все вокруг в руины. Дома разрушались, как бумажные декорации, а те, кто оказался на улице, превратились в кровавое месиво. Единственной причиной нашего спасения стала вязкая слизь Требола, которая поглотила инерцию удара, оставив нас невредимыми.

Как только Дофламинго оказался в зоне моего контроля, я снова приступил к захвату его нитей. Но его атаки не прекратились. Следующий удар пришелся прямо по нашему укрытию. На этот раз это был черный кулак, окруженный мощным хаки. Он пробил слизь, но не достиг нас.

Требол и Диаманте остались на месте, продолжая свои действия. Требол покрывал Дофламинго слоями слизи, ограничивая его движения, а Диаманте атаковал капитана напрямую, чтобы отвлечь его внимание и скрыть нюансы моей способности.

Однако силы оказались несопоставимыми. Удар Диаманте, лишенный усиления воли, был бесполезен. Дофламинго, всё ещё надеясь вернуть своих подчиненных, не стал атаковать его. Вместо этого он использовал свою технику "Паразит". Из пальца вытянулась нить, которая проникла в тело Диаманте, перехватывая полный контроль над ним.

Осознав угрозу от неподконтрольного Диаманте, я незамедлительно вмешался. Заставив его проглотить личинку, я активировал силу Безликого. Его тело начало трансформироваться, превращаясь в куб из плоти.

Дофламинго заметил изменения и пришел в ярость. Для него это выглядело как убийство, и он, казалось, решил, что подобная участь может постичь всех моих марионеток. Понимая, что мой контроль грозит уничтожением его команды, он принял решение лишить меня шанса на побег.

Слизь, разрушенный ландшафт и обломки вокруг нас начали менять структуру, превращаясь в нити. Они переплетались в сложные узоры, полностью подчиняясь воле Дофламинго. Пространство радиусом в сто метров вокруг нас превратилось в паутину из его нитей.

Я почувствовал, что его способности перешли в пробужденное состояние, и зона контроля быстро расширяется. Однако мое полу-переваренное зелье давало мне преимущество: я мог захватывать нити радиусом в 150 метров. Не желая рисковать, я решил выйти за пределы действия его способностей.

На словах все казалось просто: держаться вне радиуса его атак. Но с учетом невероятной скорости Дофламинго, он легко сокращал дистанцию в 50 метров, продолжая преследовать меня по развалинам города. Мои мысли были заняты не только избеганием атак, но и состоянием собственной духовности.

Пылающий прыжок, хоть и требовал мизерного количества духовной энергии, использовался мной без остановки. За полминуты я телепортировался более сотни раз, и, несмотря на это, мое преимущество в скорости едва держало меня на безопасном расстоянии.

Дофламинго разрушал город, словно природное бедствие, но его движения становились все более скованными. Его мысли уже не поражали молниеносностью, и мои уклонения с каждым разом давались легче.

Осознав, что догнать меня на земле становится проблематично, Дофламинго снова повторил свой трюк с полетом. Отключив пробужденные способности, он схватился за облако нитей, чтобы возобновить погоню с воздуха. В этот раз я не стал прерывать процесс захвата его сознания.

В то же время Пика, который не мог противостоять Дофламинго в прямой схватке, занимался эвакуацией выживших. Однако, как только Дофламинго поднялся в воздух, его фрукт снова вступил в действие. Подо мной начала подниматься земля, медленно вытесняя меня к верхушке "Птичьей клетки".

Клетка приоткрылась сверху, и Дофламинго вырвался за ее пределы. Не желая оставаться в ловушке, я использовал пылающий прыжок, чтобы покинуть клетку вслед за ним.

Оказавшись за пределами клетки, я применил силу Безликого, превратив свое тело в подобие белки-летяги, чтобы удержаться в воздухе. Для набора высоты я продолжал использовать телепортацию, ускользая от его атак.

Наш бой достиг кульминации в воздухе. Дофламинго, измотанный и с замедленным восприятием, продолжал атаковать, но каждая его попытка становилась все менее точной. Его глаза постепенно пустели, и даже последний импульс королевской воли не смог его спасти.

В этот момент я понял: его время вышло. Иллюзия непобедимости пала, и Дофламинго стал моей марионеткой.