Трудная ситуация

В итоге, после того как мне всё-таки удалось уговорить миссис Фэррис взять меня с собой, мы вместе отправились в город.

Кайзен — второй по величине город империи Беррия — находился примерно в часе езды от поместья Регвурд. Дорога оказалась на удивление приятной и пролетела совершенно незаметно. Мы неспешно болтали о всяких мелочах, время от времени поглядывали в окна экипажа на проплывающие мимо поля, редкие деревушки и перелески, укрытые лёгкой дымкой прохладного утра.

И когда впереди наконец показались городские стены Кайзена, я невольно почувствовала воодушевление.

Кайзен не зря называли второй столицей империи, уступающей лишь Кроносу. В отличие от настоящей столицы, где мне уже довелось побывать, сюда я приехала впервые.

И, честно говоря, город полностью оправдал мои ожидания.

Широкие улицы, каменные здания в несколько этажей, оживлённые торговые ряды, дорогие экипажи, бесконечный поток людей — Кайзен почти не уступал столице ни по масштабам, ни по богатству. Здесь всё выглядело живым, шумным и по-настоящему величественным.

И потому, если уж быть честной, помимо основной причины поездки, мне просто очень хотелось собственными глазами увидеть этот город.

После того как экипаж остановился и мы вышли наружу, миссис Фэррис сразу же обратилась ко мне с заметным беспокойством:

— Мисс Ридер, как я уже говорила… у меня сегодня нет никаких интересных планов. Только обычные бытовые дела. Боюсь, вам будет довольно скучно ходить за мной по магазинам и лавкам…

— Нет-нет, всё в порядке! — поспешно возразила я. — Я действительно хотела прогуляться по городу. И составить вам компанию мне совсем не в тягость. Честное слово!

Старушка неловко улыбнулась.

— Ох… что ж… тогда ладно.

В итоге миссис Фэррис всё же сдалась и позволила мне сопровождать её, хотя поначалу в моём обществе она явно чувствовала себя немного скованно.

Как и обещала, ничего особенно интересного в её планах на день не оказалось — самые обычные бытовые дела.

Сначала мы отправились на почту — небольшое, но уютное здание с деревянной вывеской, возле которого, как назло, всегда толпился народ. Миссис Фэррис забрала письма, пришедшие из её родного дома, а затем отправила несколько своих. Правда, из-за огромной очереди мы проторчали там почти два часа.

После этого настала очередь рынка.

Старушке нужно было купить продукты, хозяйственные мелочи и ещё кучу вещей для поместья, так что следующие несколько часов мы неспешно бродили между шумными рядами торговцев.

И, если честно… мне даже нравилось.

Вокруг стоял постоянный гул голосов, продавцы наперебой расхваливали свой товар, где-то пахло свежим хлебом, где-то специями, жареным мясом или фруктами. Всё это создавало удивительно живую атмосферу, из-за которой время пролетело совершенно незаметно.

К тому моменту, когда мы наконец закончили со всеми делами, миссис Фэррис выглядела уже заметно уставшей.

— Мисс Ридер, — произнесла она, остановившись перевести дух, — мне правда неловко… Вы столько времени ходили за мной, ещё и помогали нести сумки. Должно быть, ужасно устали.

— Нет, всё совсем не так! — тут же возразила я.

— Вы… правда совсем не устали? — с сомнением переспросила она.

— Нисколько! — бодро заявила я. — Я всё ещё полна сил!

На самом деле это было небольшим преувеличением.

Мы провели на ногах несколько часов подряд, а в руках у меня сейчас красовались два тяжёлых пакета с покупками. Пальцы уже начинали неприятно ныть, но я изо всех сил старалась этого не показывать. Не хватало ещё, чтобы пожилая женщина тащила всё сама.

Тем не менее мой энтузиазм явно удивил миссис Фэррис. Она посмотрела на меня долгим взглядом, а затем слегка покачала головой с почти снисходительной улыбкой.

— Вот оно как… — пробормотала она. — Ну, молодость есть молодость. В вашем возрасте и правда кажется, будто можешь свернуть горы.

К этому времени мы уже шли через центральную площадь города, возвращаясь с рынка. День постепенно клонился к вечеру, солнце начинало опускаться ниже, окрашивая улицы в тёплые золотистые оттенки.

Именно тогда миссис Фэррис первой заговорила о возвращении:

— Нам лучше поторопиться и поймать экипаж, пока людей ещё не слишком много.

Однако прежде, чем мы направились к стоянке экипажей, я неожиданно спросила:

— Миссис Фэррис… а вы не проголодались?

— …А? — старушка удивлённо моргнула.

— Мы ведь уже полдня на ногах, — пояснила я. — Может быть, прежде чем возвращаться, немного отдохнём и перекусим?

Женщина задумалась.

Она окинула взглядом площадь, затем посмотрела на сумки в руках, на постепенно темнеющее небо… и наконец снова перевела взгляд на меня.

Похоже, идея короткой передышки показалась ей вполне разумной.

— Хорошо, — кивнула она с лёгкой усталой улыбкой. — Думаю, немного отдохнуть действительно не помешает.

Получив ее согласие, я заметно оживилась.

В итоге мы заглянули в одно из небольших кафе неподалёку от площади — уютное место с приятным запахом выпечки и свежего кофе. Цены там были вполне разумными, а еда выглядела по-домашнему аппетитной.

Мы устроились за столиком у окна. Мне всегда нравилось наблюдать за улицей, а миссис Фэррис, кажется, тоже была не против.

После недолгих раздумий старушка заказала себе яблочный пирог и чашку чёрного кофе.

Я же почти не колебалась и выбрала лимонный торт вместе с большой кружкой горячего какао с зефиром.

Когда официант принёс заказ, а затем положил на стол счёт, я первой потянулась к кошельку и решительно протянула деньги.

Миссис Фэррис удивлённо округлила глаза, явно не ожидая от меня такого жеста.

— Ох, мисс Ридер, право, не стоит! — всполошилась она, тут же замахав руками. — Я вполне могу заплатить сама!

— Всё в порядке, — возразила я. — Считайте это моей благодарностью за сегодняшнюю прогулку по городу.

Старушка заметно смутилась. Её щёки слегка порозовели, а во взгляде мелькнула такая искренняя растерянность, что я невольно улыбнулась. Она ещё попыталась что-то возразить, но, поняв, что переубедить меня не получится, в конце концов сдалась.

— Ну… если вы так настаиваете… — пробормотала она, убирая кошелёк обратно в сумку. — Большое спасибо, мисс Ридер. Это очень любезно с вашей стороны.

Я лишь тепло улыбнулась в ответ. Для меня в этом действительно не было ничего особенного. В прошлой жизни меня всегда учили, что заботиться о старших — совершенно естественно. Да и, в конце концов, пусть моя зарплата целительницы в доме Регвурд и была довольно скромной, но уж угостить пожилую женщину кофе и десертом в маленьком кафе я точно могла себе позволить.

Некоторое время мы ели молча.

Я всё пыталась придумать, как аккуратно подвести разговор к тому, что действительно меня интересовало, но никак не решалась. Мне совсем не хотелось разрушать ту спокойную, почти тёплую атмосферу, которая незаметно возникла между нами за этот день. Но и молчать бесконечно тоже было нельзя.

Однако прежде, чем я успела собраться с духом, миссис Фэррис неожиданно заговорила первой.

— Мисс Ридер… — произнесла она, отставляя чашку с недопитым кофе. — Спасибо вам. Я уже и не помню, когда в последний раз проводила день так приятно.

От этих слов внутри у меня стало удивительно тепло. Было видно, что она говорит совершенно искренне.

— Для меня это тоже был замечательный день, — честно ответила я. — Я ведь раньше никогда не бывала в Кайзене, так что благодаря вам теперь хотя бы немного ориентируюсь в городе. Спасибо, что взяли меня с собой, миссис Фэррис.

— Ох, ну что вы… — старушка снова смущённо отвела взгляд.

И именно в этот момент, почувствовав, что подходящая возможность наконец появилась, я осторожно спросила:

— А вы… часто гуляли по городу вместе с леди Айрин?

— …Что? — женщина удивлённо подняла брови.

На одно короткое мгновение её лицо омрачилось. Я заметила, как напряглись её плечи и как потускнел взгляд.

— Раньше… да, — после паузы всё же ответила она, и голос её стал заметно тише. — Мы довольно часто выбирались в город вместе. Я водила юную леди в парк, в кондитерские, на ярмарки… Она очень любила смотреть на уличных артистов. Но в последнее время… — старушка запнулась, — всё это почти прекратилось. Сейчас, кроме академии, леди Айрин практически никуда не выходит.

Как только разговор зашёл о её воспитаннице, миссис Фэррис заметно помрачнела. Она опустила взгляд и начала медленно помешивать уже остывший кофе, хотя было очевидно — мысли её сейчас были очень далеко отсюда.

И именно тогда я поняла: другого более подходящего момента уже не будет.

— Миссис Фэррис… — осторожно начала я. — Вы можете рассказать мне немного больше о леди Айрин?

— …Зачем вам это? — в её взгляде тут же мелькнула настороженность.

— Ничего особенного, — поспешила ответить я как можно искреннее. — Я просто… правда беспокоюсь о леди. Как вы сами сказали в тот вечер, она хороший ребёнок. И мне кажется, сейчас ей приходится нелегко. Поэтому я хочу понять, что происходит. Не как посторонний человек, а как тот, кто тоже переживает за эту семью.

Миссис Фэррис внимательно посмотрела на меня.

Она явно колебалась — я видела это по тому, как её пальцы крепче сжались вокруг чашки. Но затем что-то в её взгляде всё же смягчилось.

Возможно, дело было в той непринуждённой атмосфере, что успела возникнуть между нами за сегодняшний день. А может, в том, что я уже перестала быть для неё совершенно чужим человеком. Так или иначе, теперь она явно не была настроена так категорично, как раньше.

В конце концов старушка тяжело вздохнула.

— Хорошо… — сказала она. — Я расскажу вам.

Она помолчала ещё немного, собираясь с мыслями, а затем продолжила — медленно, будто каждое слово давалось ей с трудом:

— У леди Айрин действительно проблемы в академии. И связаны они… с её семьёй. С тем, что произошло с её светлостью.

Я невольно поджала губы.

Конечно. Я и без того догадывалась, к чему всё идёт.

Речь шла о Кайле. О той трагедии, которая в один миг разрушила репутацию семьи Регвурд — одной из самых уважаемых и влиятельных семей империи. О поступке, после которого имя Регвурдов перестали произносить с восхищением, а чаще с презрением или с жалостью.

И, судя по всему, Айрин приходилось расплачиваться за это вместе со своей сестрой.

Таким образом, миссис Фэррис сейчас пыталась мягко намекнуть, что Айрин из-за этого терпит в академии не самое лучшее обращение. Или… возможно, всё было даже хуже, чем я предполагала изначально.