Давайте поговорим

На самом деле, я никогда не могла похвастаться тем, что хорошо лажу с детьми или умею находить к ним подход. В случае с Айрин я просто старалась быть искренней. Говорила то, что действительно чувствовала. И, наверное, именно это в итоге оказалось важнее любых правильных слов и воспитательных речей.

Оказалось, что мои слова всё-таки подействовали на неё.

Уже на следующий день после нашего разговора миссис Фэррис сама пришла ко мне — с глазами, полными слёз. Увидев её в таком состоянии, я сперва даже испугалась: не случилось ли чего-нибудь? Но, как оказалось, старушка плакала от счастья.

— Сегодня леди Айрин согласилась пойти в академию.

— Это же замечательно! — искренне обрадовалась я.

— И более того… — голос миссис Фэррис дрогнул. — Она сама подошла ко мне. И извинилась. Сказала, что была неправа… — Женщина перевела дыхание, будто до сих пор не могла поверить в произошедшее. — Я столько лет служу этому дому, мисс Ридер… но никогда прежде не слышала от юной леди таких слов. Никогда. Она всегда была такой гордой… А теперь… — старушка покачала головой, вытирая уголки глаз. — Вы просто волшебница. Что же вы ей такого сказали, что она так изменилась?

— Хе-хе… — я неловко улыбнулась, потирая затылок. — Ничего особенного, правда. Мы просто… немного поговорили по душам.

Конечно, я тоже была рада тому, что поведение Айрин изменилось. Я искренне желала этой девочке счастья и не сомневалась, что внутри неё скрывается доброе и чуткое сердце — просто обстоятельства и чужая жестокость слишком сильно ранили её.

И всё же… я прекрасно понимала, что одних моих слов недостаточно.

Да, мне удалось немного успокоить и поддержать Айрин, но это была лишь временная мера. Пластырь, наложенный на рану, которая продолжала кровоточить.

Потому что в конечном итоге счастье этой девочки зависело вовсе не от меня.

Оно зависело от её старшей сестры.

От того, сможет ли Кайла выбраться из своей скорлупы. Перестанет ли прятаться от мира. Сумеет ли наконец начать жить, а не просто существовать день за днём.

А значит… мне всё ещё необходимо было поговорить с самой Кайлой.

И не только ради Айрин. Но и ради неё самой.

Итак, как и планировала изначально, я собиралась завести этот разговор во время следующей процедуры очищения. Вот только… В итоге этот план с треском провалился.

Потому что стоило мне закончить процедуру, как меня тут же выставили за дверь.

Я даже рта раскрыть не успела!

Теперь во время сеансов очищения в комнате неизменно присутствовал дворецкий Геральд. Он стоял в углу — молчаливый, неподвижный, словно статуя, — и сверлил меня взглядом из-под очков. По всей видимости, эту меру ввели именно после того памятного ночного инцидента.

И теперь, стоило мне только закончить лечение, как старик тут же поднимался с места, открывал дверь и сухо произносил:

— Мисс Ридер, на сегодня всё.

Ни слова больше. Ни единой лишней секунды.

Ух… как же это раздражало!

Каждый раз, выходя в коридор, я кипела от возмущения и мысленно осыпала дворецкого всеми возможными проклятиями. Неужели вы и правда считаете меня какой-то неадекватной, озабоченной психопаткой, которая только и ждёт возможности наброситься на герцогиню?!

Ну ладно… допустим, иногда я действительно веду себя не совсем рационально. И да, моя любовь к Кайле, возможно, слегка выходит за рамки здравого смысла. И да, я, может быть, самую чуточку озабоченная…

Но психопатка?!

Это уже слишком!

Впрочем, даже несмотря на провал первой попытки, сдаваться я, разумеется, не собиралась.

У меня был запасной план.

Итак, я решила действовать ночью.

Ради этого мне пришлось прождать до самого позднего вечера, оставшись в гостиной на первом этаже.

И наконец, когда время приблизилось уже к часу ночи…

На лестнице послышались долгожданные шаги.

Я подняла голову и увидела Кайлу. Она осторожно, почти бесшумно спускалась по лестнице, одетая в плащ. Под руку её поддерживал верный дворецкий Геральд. Судя по всему, они снова направлялись на ту самую тайную ночную прогулку.

Я не теряла ни секунды. Встала с дивана, и, стараясь, чтобы шаги были слышны, но не слишком громко, направилась к ней.

— ...Добрый вечер, ваша светлость, — поздоровалась я.

И всё же, стоило Кайле только услышать мой голос, как выражение её лица мгновенно помрачнело.

Так обычно смотрят на неожиданное препятствие, внезапно возникшее посреди дороги именно тогда, когда меньше всего хочется с ним сталкиваться.

— Ты… что ты здесь делаешь? — хмуро спросила она, и даже повязка не могла скрыть раздражения, исказившего её лицо.

В свою очередь, дворецкий Геральд тоже смотрел на меня с огромным подозрением, всем своим видом излучая: «Что этой женщине опять нужно в столь поздний час?» Но я, нисколько не смущаясь этим, выдержала взгляды обоих и спокойно, даже с лёгкой улыбкой, продолжила:

— Ваша светлость, если позволите, я хотела бы составить вам компанию на сегодняшней прогулке.

После моих слов лицо Кайлы словно застыло. Ни один мускул не дрогнул.

— ...И зачем это? — холодно спросила она.

— Ничего особенного, — непринуждённо пожала я плечами. — Мне просто нужно кое-что с вами обсудить. А разговор под звёздным небом и на свежем воздухе — разве это не чудесно?

Однако Кайла лишь сильнее нахмурилась. Между её бровей пролегла глубокая складка.

— Если это действительно важно, — отрезала она, — мы можем поговорить завтра. А сейчас… не мешай мне и уйди по-хорошему. У меня нет настроения для разговоров.

— Ваша светлость, это вы сейчас так говорите… — обиженно буркнула я. — А завтра опять выставите меня из комнаты сразу после очищения и даже слова вставить не дадите. Я ведь уже знаю!

После этого её лицо помрачнело ещё сильнее. Челюсти напряжённо сжались, а на скулах заходили желваки — верный признак того, что моя настойчивость начинала действовать ей на нервы.

Хотя Кайла уже спустилась с лестницы и явно собиралась пройти мимо меня к выходу, но теперь из-за моего вмешательства ей пришлось остановиться. Её пальцы крепче сжали локоть Геральда, а затем она шумно и раздражённо выдохнула.

— Чёрт… — процедила она. — Тебе обязательно быть настолько надоедливой? Неужели ты совсем не понимаешь намёков? Я же ясно сказала — уйди.

— Но я ведь специально ждала вас, чтобы вместе пойти на прогулку… — не сдавалась я. — Несколько часов просидела в гостиной и даже глаз не сомкнула!

— И что с того? — огрызнулась Кайла. — Я не собираюсь никуда с тобой идти. Даже если ты просидишь здесь до самого рассвета.

С этими словами она вместе с дворецким попыталась обойти меня и направиться к выходу.

Но прежде чем они успели пройти мимо, я сделала последнюю попытку:

— Ваша светлость… это действительно важно. Пожалуйста, не заставляйте меня прибегать к крайним мерам.

Кайла остановилась.

Всего на мгновение — но я всё же заметила, как едва заметно дрогнули её плечи.

А затем она холодно усмехнулась.

— Крайние меры? — переспросила она с ледяной насмешкой. — И что же ты можешь мне сделать?

— Думаю… — медленно произнесла я, выдержав короткую паузу, — вы и сами прекрасно понимаете, о чём я говорю.

Лицо Кайлы застыло.

В одно мгновение с него исчезли все эмоции, и осталась лишь холодная, непроницаемая маска. А затем, словно следом за этой тишиной, накатило раздражение. Щёки её вспыхнули, а губы сжались в тонкую линию.

— ...Мисс Ридер, как вы смеете разговаривать с её светлостью в подобном тоне?! — не выдержал молчавший до этого Геральд. Его взгляд сверкнул возмущением. — Это уже не дерзость, а откровенное хамство! Вы забываетесь и совершенно не понимаете, с кем говорите!

Но в тот момент я почти не обратила на старого дворецкого внимания.

Все мои мысли, всё моё внимание были сосредоточены только на Кайле.

— Ваша светлость, — спокойно, но твёрдо произнесла я, — я действительно хочу, чтобы мы начали сотрудничать.

— Ты… — её голос едва заметно дрогнул, и я увидела, как напряжённо заходили желваки на скулах.

Ох…

Даже когда Кайла злилась, она всё равно оставалась невероятно красивой.

Но ещё прекраснее, несомненно, она была бы тогда, когда улыбалась!

Интересно… удастся ли мне когда-нибудь увидеть эту улыбку своими глазами?

Тем не менее, сейчас было не время отвлекаться на подобные мысли.

Сейчас мне оставалось лишь стоять на своём. Упрямо. До конца.

После того как я вслух произнесла свою «угрозу» — или, скорее, весьма прозрачный намёк на те самые крайние меры, — в тёмной гостиной на несколько секунд повисла звенящая тишина.

И только потому, что вокруг царил полумрак, я не заметила сразу, как кончики ушей Кайлы слегка покраснели.

Кайла долго молчала. Так долго, что я уже начала бояться, что она просто развернётся и уйдёт...

Но вместо этого она глубоко вздохнула — и в этом вздохе мне послышалось что-то, похожее на капитуляцию.

— Геральд, — бросила она через плечо, — отпусти меня. Я пойду одна.

— Но, ваша светлость…! — дворецкий попытался возразить, но она жестом остановила его.

— Всё в порядке. Если эта ненормальная задумает что-то выкинуть, я сама с ней разберусь.

«Ненормальная»…

Честно говоря, это всё ещё звучало немного обидно!

Тем не менее, я лишь мысленно вздохнула и предпочла никак этого не показывать.

Геральд неохотно отпустил её локоть, после чего отступил на шаг назад и наградил меня таким тяжёлым, предупреждающим взглядом, что по спине невольно пробежали мурашки.

— ...Мисс Ридер, — холодно произнёс он, — если с её светлостью что-нибудь случится, ответственность ляжет на вас!

— Разумеется, — спокойно ответила я, выдержав его взгляд. — Я возьму на себя ответственность за её светлость.

Кайла тихо усмехнулась — коротко, почти неразличимо, — а затем первой направилась к выходу.

Я поспешила следом.

И, если честно, в тот момент я уже не могла понять, чьё сердце билось быстрее.

Но, как бы там ни было, мы обе шагнули в холодную ночную тишину — под мерцающие звёзды, навстречу разговору, которого я так долго добивалась.