Идти напролом

— …Уволить?

— Да, — кивнул дворецкий, и в его голосе не прозвучало ни капли смягчения. — Пару дней назад её светлость действительно была настроена именно так. Это случилось сразу после вашего последнего визита… Но мне удалось её переубедить и отговорить от этого решения.

— …

— И не думайте, что я делал это ради вас, — он коротко хмыкнул. — Просто в этом доме нет другого лекаря, способного заменить вас. Поэтому подобное решение было бы слишком поспешным и, прямо скажем, неразумным.

Я выслушала его до конца и тихо выдохнула, чувствуя, как внутри всё тяжелеет.

— …Господин Геральд, мне необходимо поговорить с её светлостью.

— Ничем не могу помочь, — отрезал он, даже не взглянув на меня. — Придётся ждать, пока её светлость остынет и сама решит вас принять.

От этих слов во мне поднялась новая волна возмущения.

— Вы это серьёзно? Вы действительно собираетесь просто стоять в стороне и смотреть, как ей становится хуже?!

В этот момент чайник наконец закипел, и из носика вырвался тонкий, свистящий пар. Дворецкий спокойно залил травы кипятком, после чего наконец поднял на меня тяжёлый взгляд. Под густыми бровями его глаза казались особенно строгими.

— Мисс Ридер, — произнёс он холодно, — такова воля её светлости. И пока она не изменит своё решение, весь этот дом обязан ему подчиняться.

— Даже если это будет во вред самой её светлости?

На мгновение в его лице что-то дрогнуло — совсем едва заметно, почти неуловимо. Но затем выражение снова стало жёстким.

— Я уже говорил вам, — медленно произнёс он, — вы выходите за пределы своих обязанностей. Вы — приглашённый лекарь, не более того. Не вмешивайтесь в то, что вас не касается.

Я сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

Слушать это дальше было невозможно.

Я больше не могла просто наблюдать со стороны, как Кайла продолжает закрываться и медленно угасать.

И, похоже, если словами ничего не изменить… придётся действовать иначе.

Невольно мой взгляд скользнул с лица дворецкого к лестнице, ведущей на второй этаж. Там, вверху, темнел полутёмный проём, где почти не горели свечи.

Если подумать, в такое позднее время там уже никого не должно было быть. Слуги давно закончили дела и разошлись по комнатам. А значит… кроме меня и этого упрямого старика, здесь действительно никого нет. И, возможно, это был мой единственный шанс.

Хотя изначально я вовсе не собиралась врываться в комнату Кайлы силой… но что мне оставалось теперь делать? Ждать, пока она «остынет»? Нет уж!

Дворецкий Геральд проследил за моим взглядом и, похоже, всё понял сразу. Его лицо стало ещё более жёстким.

— Даже не думайте, — предупредил он.

— …

— У вас нет права входить в покои её светлости без разрешения!

Я промолчала, но, судя по его взгляду, даже этого оказалось достаточно, чтобы он насторожился.

— Что? — он прищурился. — Неужели вы решили, что раз слуги разошлись, то сможете пройти беспрепятственно? — в его голосе мелькнула сухая усмешка. — Не забывайте, что я всё ещё здесь.

— ...

— Не стоит недооценивать старика, — продолжил он, выпрямляясь. — Уверяю вас, вы ещё удивитесь.

Я на мгновение замолчала, оценивая его слова уже без эмоций.

Возможно, слова дворецкого были не просто бравадой... Несмотря на то что он выглядел так, будто давно должен был лежать в могиле, его телосложение оставалось весьма крепким — широкие плечи, жилистые руки, цепкий взгляд. В молодости он, должно быть, был не простым слугой, а, возможно, воином или телохранителем. Он мог бы дать фору даже молодому бойцу, если бы сошёлся с ним в схватке.

И всё же…

— Возможно, физически вы и сможете меня остановить, — спокойно произнесла я, глядя ему прямо в глаза, — но что насчёт вашей скорости?

— Что? — старик нахмурился, явно не улавливая смысла.

— В вашем-то возрасте… — я чуть выдержала паузу, — господин Геральд, действительно ли вы сможете за мной угнаться?

— …Вы! Вы! — он вспыхнул так резко, что на мгновение показалось, будто его терпение вот-вот лопнет. — Да как у вас хватает наглости бросать вызов старику?!

— Простите, но вы сами не оставляете мне выбора. Я должна встретиться с её светлостью. И вы меня не остановите.

В его взгляде вспыхнуло настоящее раздражение — и в тот же миг я поняла, что дальше тянуть нельзя. Он уже собирался двигаться, перехватить меня, задержать.

Но я оказалась быстрее.

Стоило ему на долю секунды замешкаться — осознать, что я действительно не отступлю, — как я резко сорвалась с места и бросилась к лестнице. К ступеням, ведущим на второй этаж, к комнате Кайлы. Сердце билось так громко, что заглушало всё остальное, но ноги не останавливались.

— …Мисс Ридер! Да как вы смеете! — донёсся за спиной возмущённый голос. — Немедленно остановитесь! Это приказ! Вы нарушаете все правила этого дома!

Но я не остановилась. Я летела вверх по лестнице, перескакивая ступени, хватаясь за перила и чувствуя, как сзади старик пытается меня догнать, но его шаги уже отставали, дыхание сбивалось. Возраст все-таки брал своё.

— Простите, господин Геральд! — крикнула я, не оборачиваясь. — Но я всё равно сделаю это, даже если меня завтра уволят!

Добравшись до второго этажа, я уже не сбавляла скорости и прямо по коридору направилась к комнате Кайлы. В груди всё сжималось от напряжения, в голове стучала только одна мысль: я должна её увидеть. Сейчас. Любой ценой!

Я резко распахнула дверь и ворвалась внутрь.

Комната встретила меня густой, почти осязаемой темнотой. Даже ночной мрак за пределами особняка казался менее плотным, чем эта тишина внутри.

И только мой шумный вдох нарушил её… после чего в глубине комнаты что-то едва заметно шевельнулось.

— …Что? Какого чёрта здесь происходит? — донёсся с кровати ослабленный, но всё ещё резкий голос Кайлы. В нём чувствовалась усталость, однако раздражение быстро пробивалось сквозь неё.

— …Ваша светлость! — воскликнула я, едва сдерживая дрожь в голосе.

— Ты… — стоило ей узнать меня по голосу, как в её тоне мгновенно вспыхнуло ещё большее недовольство. — Кто позволил тебе сюда прийти? ГЕРАЛЬД!

Не прошло и нескольких секунд, как дверь вновь распахнулась, и в комнату, тяжело дыша, буквально ввалился дворецкий. Он едва держался на ногах после бега, лицо покраснело, а между бровями залегла глубокая складка раздражения.

— П-простите, госпожа… — выдохнул он, опираясь на косяк. — Мисс Ридер… я не смог её остановить…

Кайла медленно выдохнула, и в этом выдохе было больше усталости, чем злости.

— Немедленно выведи её отсюда, — холодно приказала она.

— Есть! — дворецкий тут же выпрямился и, несмотря на усталость, решительно направился ко мне.

Но прежде чем его руки успели схватить меня, я резко ушла в сторону. Увернулась, выскользнула из его захвата и почти в два шага оказалась ближе к кровати.

Ещё ближе.

Так близко, чтобы она почувствовала моё присутствие даже сквозь повязку.

— …Ваша светлость, пожалуйста, выслушайте меня! — выпалила я.

— Я не хочу с тобой разговаривать, — тут же отрезала Кайла, отворачиваясь к стене.

— Но это важно! — я почти перешла на мольбу. — Это займёт всего несколько минут… пять. Даже меньше!

Кайла тяжело выдохнула. Этот звук был почти сдавленным, будто ей стоило усилия даже просто реагировать. Её тело явно было истощено — после нескольких дней без очищения боль вернулась, и теперь каждая мелочь давалась ей с трудом. Она сидела, опираясь на подушки, плечи опущены, дыхание неровное.

— Мне не интересно… — тихо произнесла она, и в голосе прозвучала усталость, смешанная с раздражением, — что ты хочешь сказать. Уходи.

— Ваша светлость, — я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, — я всё равно буду говорить с вами. И я не уйду, пока вы не выслушаете меня. Можете прогонять меня сколько угодно — я всё равно вернусь!

Пока я говорила, дворецкий продолжал пытаться вытянуть меня из комнаты. Он тянул меня за руку, пытался оттащить к двери, но я упёрлась, как могла, вцепившись в край мебели и не давая себя сдвинуть.

— Чёрт… — Кайла устало провела рукой по лицу, убирая со лба прилипшие алые пряди. — Почему ты такая упрямая…?

— Я уже сказала, — твёрдо ответила я, не отводя взгляда, — я не уйду!

Я продолжала отчаянно сопротивляться ещё какое-то время — вырывалась, отступала, снова пыталась высвободиться из цепких рук дворецкого, пока он, тяжело дыша, упорно тянул меня к двери. Это уже не было просто попыткой остановить меня — скорее настоящая борьба на выносливость.

И в тот момент, когда моё упрямство почти достигло предела, Кайла наконец сдалась.

— …Ладно, — раздался её усталый, сдавленный голос. — Геральд, оставь нас.

— Но, госпожа…! — дворецкий замер, явно не желая подчиняться.

— Если она так этого хочет, — Кайла сделала паузу, будто каждое слово давалось ей с трудом, — я выслушаю её. Но не больше пяти минут. После этого — пусть уходит.

Дворецкий Геральд, хоть и был явно недоволен, всё же нехотя разжал пальцы и отпустил мой локоть. Он отступил на шаг, всем видом выражая своё несогласие.

— Госпожа, — поклонился он, — я буду за дверью. Позовите меня, если потребуется.

Кайла едва заметно кивнула.

Дверь тихо закрылась.

Мы остались вдвоём.

Тишина. Темнота. И только дыхание — её, тяжёлое и прерывистое, и моё, всё ещё взволнованное.

— Ну… — Кайла повернула голову в мою сторону. — И что ты так хотела мне сказать?

— Я… — и в этот момент вся моя решимость, с которой я ворвалась сюда, вдруг словно рассыпалась. Я стояла посреди комнаты, теребя край платья, и не могла подобрать слов. — Я…

— Говори, — её голос стал жёстче. В нём промелькнуло раздражение, смешанное с усталостью. — Или я просто вышвырну тебя отсюда. Из-за тебя у меня снова начинает болеть голова.

Я сглотнула и, собрав остатки смелости, выпалила всё разом:

— Ваша светлость… те слова, что я сказала в прошлый раз… я вовсе не это имела в виду! Я не хотела вас обидеть или задеть!

— …

— Я очень переживала, что вы могли меня неправильно понять, поэтому пришла… извиниться! Я правда не хотела ничего плохого, честное слово!

Я замолчала, чувствуя, как горло сжимается от напряжения. В комнате повисла тяжёлая, густая тишина.

И затем Кайла тихо произнесла:

— …Мне не нужны твои извинения.

— Ч-что?.. — я растерялась.

— Зачем извиняться, если ты сказала правду? — её голос звучал ровно, почти без эмоций. — Ты ведь, как и все остальные, на самом деле думаешь именно так.

— Нет, это не так…!

— Не оправдывайся, — перебила она, и в её тоне появилась горькая усмешка. — Я и сама прекрасно знаю своё положение. Я знаю, кто я теперь. Знаю, что обо мне говорят за спиной… Так что твои слова — извинения или обвинения — ничего не изменят.

Она на мгновение замолчала и добавила тише:

— На самом деле… даже лучше, что ты сказала это прямо. Я больше всего ненавижу лицемеров.

— Ваша светлость, я…

Нет, всё было не так.

Я ведь пришла сюда, чтобы всё исправить…

Так почему же ощущение такое, будто все стало только хуже?!

— На самом деле я тоже так думаю. Нет смысла тратить лечение и ресурсы на такое ничтожество, как я. Брать тебя на работу с самого начала… было ошибкой.

— …

— Я просто тихо умру и закончу всё это раз и навсегда.

Я не могла поверить в то, что слышала.

Эти слова — холодные, отчаянные, насквозь пропитанные усталостью — вонзились в мою грудь, как раскалённые иглы. И при этом Кайла произносила их так спокойно, будто речь шла о чём-то давно решённом. От этого становилось только хуже.

Моё сердце сжалось так сильно, что на секунду перехватило дыхание. Это была не злость — это было отчаяние, от которого внутри всё дрожало.

Я с силой сжала кулаки. Ногти впились в ладони, но боль помогала удержаться на месте, и не сорваться.

— Я уже сказала Геральду, чтобы он тебя уволил, — продолжила Кайла, будто не замечая моего состояния. — Но этот старик упрям… Так что я повторю ещё раз. Ты уволена. Мне больше не нужно твоё лечение.

— …

— Почему ты молчишь?

Кайла нахмурилась — в комнате на мгновение стало ещё тише.

— …Вам больше не нужно моё лечение? — переспросила я, и голос дрогнул.

— Именно, — отрезала она. — Уходи. Сейчас же.

— Но… — я сглотнула. — Ваша светлость… я не могу так поступить.

— …Что? — она явно не ожидала этого.

— Я сказала, что никуда не уйду!

Я сделала шаг вперёд.

Не думая, не позволяя себе сомневаться.

— …Что ты делаешь? — Кайла резко напряглась и взмахнула рукой перед собой, будто пытаясь отогнать меня. — Не подходи! Я сказала — уходи!

— …

— Даже не смей ничего делать! — голос стал жёстче, но в нём отчётливо проскользнуло напряжение.

На мгновение я сглотнула и замерла, глядя на её лицо. Такое красивое, благородное, с точеными скулами и бледной кожей — и вместе с тем сильно истощённое болезнью. Но она всё равно была прекрасна. Моя Кайла. Даже сейчас — больная, слепая, сломленная — она сияла для меня ярче всех звёзд на небе.

И в конечном итоге я решилась.

У меня не оставалось другого выбора.

На самом деле, для проведения очищения вовсе не обязательно прикосновение именно к области лба. Божественная сила передаётся через любой физический контакт.

Этого было достаточно.

И поэтому...

Пока её рука снова рассекала воздух, отталкивая меня, я сделала последний шаг вперёд.

И прежде чем Кайла Регвурд успела хоть как-то отреагировать, я обхватила её лицо ладонями и, закрыв глаза, поцеловала её.