Глава 82.0

Джунгли, ещё недавно оглашавшиеся воплями и грохотом битвы, погрузились в пугающую тишину. Лишь редкий шелест листвы нарушал безмолвие, словно сама природа боялась пошевелиться после разыгравшейся бури.

Шэюй и Хуньянь медленно вернулись к особняку. Их фигуры вырисовывались в тусклом свете луны — два силуэта, окутанные аурой необузданной силы и смерти.

Хуньянь шёл первым. Его одежда была насквозь пропитана кровью — не его собственной, чужой. Алые брызги покрывали даже лицо, стекая по скулам и подбородку, придавая ему вид воплощения самой смерти. Девять чёрных хвостов за его спиной едва заметно подрагивали, впитывая последние отголоски ночной битвы. Алые глаза, обычно холодные и пронзительные, теперь горели тусклым, почти потусторонним светом. Он не был ранен — ни единой царапины, лишь следы чужой гибели.

Шэюй следовал за ним, не скрывая безумной улыбки. Его змеиная кожа, ещё недавно переливающаяся в лунном свете, теперь была испещрена кровавыми разводами. Золотистые глаза сверкали восторгом, а из‑под тонких клыков вырывалось прерывистое дыхание — то ли от усталости, то ли от упоения боем.

У барьера их встретили взгляды Ло Иньхуа и Мо Яня. Принцесса побледнела, увидев Хуньяня в таком облике. Она хотела что‑то сказать, но слова застряли в горле — перед ней стоял не тот король, к которому она привыкла, а нечто древнее, беспощадное, пробудившееся из глубин тьмы.

Мо Янь молча отступил на шаг. Даже он, привыкший к жестокости сражений, ощутил холодок по спине. В этот момент Хуньянь не был человеком — он был богом войны, вышедшим из легенд.

Король остановился перед барьером. Его взгляд скользнул по Ло Иньхуа, и на мгновение в алых глазах промелькнуло что‑то человеческое — едва уловимая тревога. Но уже в следующий миг маска безразличия вернулась на место.

— Всё кончено, — произнёс он тихо, но его голос, несмотря на спокойствие, звучал как раскат далёкого грома.

Шэюй, всё ещё улыбаясь, провёл рукой по лицу, размазывая кровь.

— О, нет, — протянул он с лёгким смешком. — Это только начало. Ты же знаешь, что тень в маске не отступится так просто.

Хуньянь не ответил. Он медленно поднял руку, и барьер за его спиной начал растворяться, словно поглощённый тьмой. Ночь снова стала непроглядной, но теперь в ней таилась новая угроза — молчаливая, выжидающая.

Ло Иньхуа наконец нашла в себе силы заговорить:

— Ты... ты в порядке?

Хуньянь обернулся. Его лицо, покрытое кровью, на миг смягчилось.

— Да. Никто из нас не пострадал.

Но в его голосе не было тепла — только холодная уверенность победителя. И это пугало принцессу больше, чем крики демонов в ночи.