Глава 80.0

Для Ло Иньхуа казалось, что прошла вечность. Она мирно спала, убаюканная тихим шелестом листвы за окном и мягким светом лунной ночи, пробивавшимся сквозь тонкие занавеси. Но вдруг всё изменилось.

Особняк содрогнулся с такой силой, что кровать под ней подскочила, а по стенам пробежала дрожь, будто в здание врезалось нечто огромное. Ло Иньхуа вскрикнула от неожиданности — она упала с кровати, ударившись локтем о пол. В первое мгновение она не могла понять, что происходит: сердце бешено колотилось, а в ушах стоял гул, словно далёкий раскат грома.

Она испуганно уставилась в сторону окна. За окном царила непроглядная тьма, но ей показалось, что там, в глубине ночи, мелькнул багровый отблеск. Не раздумывая, она вскочила на ноги, потирая ушибленный локоть, и бросилась к двери спальни.

Не успев дотянуться до ручки, она замерла: дверь распахнулась сама, и на пороге возник Хуньянь. Его алые глаза сверкали в полумраке, а лицо было непроницаемо спокойным — словно он уже знал, что произойдёт.

В одно движение он оказался рядом, подхватил её на руки и прижал к себе, защищая своим телом от невидимой угрозы.

— Не бойся, — произнёс он тихо, но твёрдо, и в его голосе не было ни тени сомнения. — Я здесь.

Ло Иньхуа хотела что‑то сказать, спросить, что случилось, но слова застряли в горле. Она лишь крепче вцепилась в его одеяние, чувствуя, как его тепло и уверенность понемногу вытесняют леденящий страх.

За стенами особняка раздавались глухие удары, будто кто‑то методично бился в ворота, пытаясь их сокрушить. Воздух наполнился запахом озона и чего‑то ещё — едкого, демонического.

Хуньянь, держа принцессу на руках, стремительно вышел на улицу. Холодный ночной воздух рванулся навстречу, разнося гул и скрежет, доносившиеся из‑за ворот. Король мягко поставил Ло Иньхуа на землю — рядом уже стояли настороженные Мо Янь и Шэюй.

— Оставайтесь здесь, — бросил он коротко, и в его голосе звучала непреклонная решимость.

Не дожидаясь ответа, Хуньянь шагнул вперёд, к массивным вратам поместья. За ними, за мерцающим барьером, клубилась тьма: демоны то и дело набрасывались на преграду, царапали её когтями, бились о неё рогами и чешуйчатыми телами. Воздух дрожал от их яростных воплей и глухого стука — будто тысячи кулаков одновременно били в непробиваемую стену.

Король медленно поднял руку. Барьер вспыхнул алым светом, уплотняясь, отталкивая нападающих с новой силой. Демоны отпрянули, зашипели, заскрежетали зубами, но почти тут же вновь ринулись в атаку.

И тогда Хуньянь замер. Его алые глаза сузились, уловив среди хаоса одну фигуру — густую тень в зловещей маске. Она стояла чуть поодаль, словно режиссёр, наблюдающий за представлением.

Тень заметила, что король смотрит на неё. Медленно, почти игриво, она подняла руку и помахала — будто приветствовала старого знакомого. В этом жесте не было угрозы, но было нечто куда более тревожное: вызов.

Прежде чем Хуньянь успел сделать шаг навстречу, тень растаяла в ночи, оставив после себя лишь лёгкий вихрь тёмного тумана.

Король сжал кулаки. Он знал: это не просто нападение. Это послание. И тот, кто его отправил, ждёт ответа.

За его спиной Ло Иньхуа тихо спросила:

— Кто это был?

Хуньянь не обернулся. Он смотрел туда, где только что стояла тень, и в его взгляде горела холодная ярость.

— Тот, кто скоро пожалеет, что встал у меня на пути.