Родной город Арансоль

```

Арансоль.

Она определенно должна была отправиться в Волун вместе с Соун-ним, так почему же она здесь?

Я понял ответ, стоило мне взглянуть на Лириран-ним.

Она внимательно следила за моим состоянием, нашла человека, который мог бы позаботиться обо мне лучше всех, и привела её сюда.

Тепло Арансоль, когда она заключила меня в объятия, спустя долгое время разлилось по моему телу.

Одно лишь это принесло невыразимое чувство облегчения.

Что для меня значит Арансоль?

Я и не ожидал, что буду чувствовать себя достаточно спокойно, чтобы даже задаться подобным вопросом.

— Харуа-сси.

Меня зовут по имени.

Хотя мое имя должно было исчезнуть, когда я стал Безымянным, от одного того, как она произносит его, мне кажется, что оно действительно мое.

— Насколько сильно ты настрадался, пока меня не было?

Ее жалостливый взгляд устремился на меня.

Тоска, затаившаяся в этом взгляде, заставила меня вздохнуть.

Понимаю.

Прежде чем я осознал это, я перестал поддерживать этот мир только ради самого себя.

Девушка прямо перед моими глазами.

Я делал это и ради нее, девушки, которая была почти моего возраста.

— Арансоль-сси, ты, кажется, совсем не изменилась. Сразу видно, что ты усердно тренировалась.

Арансоль-сси тоже выглядела не лучшим образом.

Определенно казалось, что она пришла прямиком с тренировки.

— Ну, это потому, что я услышала о Харуа-сси и примчалась сразу после занятий.

— Соун-ним будет злиться.

— Ничего страшного. Харуа-сси важнее.

Нормально ли, что она ставит меня выше своего учителя?

Когда я машинально погладил Арансоль-сси по волосам, она мягко улыбнулась, выглядя немного спокойнее.

— Харуа-сси, давай отправимся в Волун.

Волун.

Изначально я и сам подумывал о том, чтобы вернуться в Волун.

Моя наставница, Рапиэль-ним, находится в Волуне.

Хотя я и «выпустился» от своего учителя, в поиске знаний не бывает такого понятия, как выпуск.

Я хотел снова многому научиться у нее в области Святой Магии.

— Прошел уже примерно год?

Время летит, как стрела.

Пока я и весь мир боролись, прошел целый год с того дня, как я проводил Рапиэль-ним.

Теперь, как Святой Маг, я занимаю определенное положение.

Если я снова буду учиться у нее Святой Магии, то смогу достичь еще более высокого уровня.

— Ступайте.

Затем Инферно-ним также согласился с мнением Арансоль-сси.

— Вопросом острова Круден займется Регулярная Армия, так что…

Моя роль — это роль Святого, который спасает людей.

Это профессия, которая должна находиться в тылу, а не на передовой.

Поэтому мое присутствие не было строго необходимым для решения проблем острова Круден.

Возможно, это потому, что в последнее время я был слишком глубоко вовлечен в различные инциденты.

Это была возможность впервые за долгое время отстраниться от событий.

— Понял.

Вопрос с Культом Сияния был улажен, а Черный Рассвет все еще продолжается.

Я решил воскресить только Великого Грешника Гордыни, а затем отправиться в Волун.

— А как же Эгис-ним и Рурурио-сси?

— Я последую за вами. Святая Церковь приказала мне защищать Харуа-сси ценой собственной жизни.

Эгис-ним заявила, что непременно отправится следом.

— Думаю, мне нужно потренироваться-сымнида.

В свою очередь, Рурурио-сси заявила о необходимости тренировок.

— Как и в этом инциденте, я почувствовала собственную некомпетентность-сымнида.

Рурурио-сси обладает выдающимся талантом, достаточным, чтобы стать ученицей Рафахастель-ним.

На самом деле, судя исключительно по ее результатам, она каждый раз проявляла себя очень активно, лишь немного уступая Великим Грешникам.

Но даже Рурурио-сси начала чувствовать бремя, находясь рядом со мной.

Сколько бы раз я ни воскресал с помощью Магии Воскрешения, если меня поймают и прервут мои воскрешения, игра окончена.

В конечном счете, победа в битве — это главное условие; поражение делает бессмысленной даже Магию Воскрешения.

Поэтому, как и остальные, Рурурио-сси заявила, что будет тренироваться.

— На самом деле, что касается меня, Харуа-сси, дедушка отдал приказ, так что я обязана вас защищать.

Это правда.

Есть приказ, так что я подчинюсь.

Это простая и ясная задача.

— Но личный опыт научил меня кое-чему-сымнида.

Рурурио посмотрела на меня с более серьезным выражением лица, чем обычно.

— Харуа-ним — тот, кого нужно защищать. Будь вы Святым или обладателем Магии Воскрешения, я хочу, чтобы вы избегали бессмысленной смерти-имда.

Она почесала щеку, выглядя немного смущенной.

— Хотя я сама не такая уж выдающаяся, не думаю, что смогла бы жить так, как Харуа-ним. Так что я испытываю к вам и личное уважение-сымнида.

Неужели она тайно вынашивала такие мысли?

Это был неожиданный аспект, учитывая, что Рурурио всегда была игривой.

Видя Рурурио такой, Инферно поднял руку и постучал ее по голове.

— В любом случае, даже этот ребенок так думает. Если отправишься в Волун, там будут моя сестра и Повелитель Мечей. Твоя безопасность гарантирована, так что ступай.

— Я помогу с перемещением-дума.

Лириран расправила крылья и приземлилась рядом с нами.

Арансоль тоже крепко сжала мою руку.

— Понял. Я вернусь-ё.

Это не займет много времени.

Учитывая необычные передвижения Императорской Семьи, мы, вероятно, скоро вернемся сюда.

Поэтому, пока что я решил неуклонно становиться сильнее.

Лириран активировала Пространственную Магию, и мое зрение затуманилось.

Поскольку Волун довольно далеко, нам придется использовать Пространственную Магию неоднократно.

Поэтому, как только мы сменили локацию, Лириран начала применять Пространственную Магию одну за другой.

Если подумать, это первый раз, когда я отправляюсь в страну другой расы, не считая Эльфийского Леса.

Я не мог легко предугадать пейзаж, но с нетерпением ждал этого.

«Чувствую себя как в заграничной поездке».

Если вдуматься, я постоянно наслаждаюсь поездкой за границу в один конец, из которой невозможно вернуться, так что это просто путешествие из одной чужой страны в другую.

Сколько времени прошло, пока активировалась Пространственная Магия?

— Мы прибыли-да.

Лириран перевела дыхание, и Пространственная Магия наконец прекратилась.

Когда я медленно открыл глаза, головокружение прошло.

Увидев открывшуюся вскоре картину, я постепенно расширил глаза.

Волун.

Это место давным-давно было заполнено зданиями, напоминающими традиционную архитектуру Восточной Азии.

Было такое чувство, будто я перенесся в сеттинг другого мира.

Это произвело такое впечатление, что казалось полной противоположностью стране человеческой расы.

Более того, у всех, кто шел по улицам, из голов росли рога.

Волун — страна рогатой расы.

Поэтому у каждого были уникальные рога самых разных форм.

— Это Волун.

Пока я немного любовался этим, кто-то ткнул меня в бок.

Когда я повернул голову, там стояла Арансоль.

— Ты уже насмотрелся на мои рога, так почему ты так удивлен?

— Просто сейчас это ощущается как заграница.

Более того, раса тоже казалась другой.

Рогатая раса внешне ближе к восточным азиатам.

Как кореец, я на самом деле чувствую себя менее чужим среди рогатых, чем среди людей.

«Хотя с таким лицом, куда бы я ни пошел, меня принимают за Перемещенного».

Теперь это стало чем-то вроде торговой марки для Перемещенных, так что мне было все равно.

И все же, есть одна хорошая вещь в приезде в Волун.

В человеческой стране Гладион, возможно, потому, что я слишком прославился, многие знали мое лицо.

Поэтому, куда бы я ни пошел, если кто-то упоминал «Святой-ним», неизбежно собиралась толпа.

Но не в Волуне.

Моя слава не дошла так далеко, поэтому никто меня не узнал.

Наша группа состоит из необычных личностей, так что, хотя люди и могли глазеть, они не узнавали во мне Святого.

«Никогда не думал, что на самом деле испытаю комфорт, который чувствует знаменитость, путешествуя за границей».

Действительно, каждый день узнаешь что-то новое.

— Сюда.

Следуя указаниям Арансоль, мы пересекли главную улицу Волуна.

От карет до рынка — все здесь имело иную атмосферу по сравнению с человеческой расой.

Щетка для ухода за рогами, продававшаяся посреди улицы, тоже выглядела немного забавно.

Пока я продолжал идти, ребенок из Внешнего Племени, держащийся за руку матери и сосущий леденец, пристально смотрел в нашу сторону издалека.

Казалось, они были другой расы, которую не часто увидишь в Волуне.

Когда я небрежно помахал рукой, ребенок тоже помахал в ответ той рукой, в которой держал леденец.

«Тебе нравятся дети?»

Арансоль, которая была нашим проводником, тонко спросила меня.

Она очень внимательно наблюдала за мной.

«Я не испытываю к ним неприязни».

Когда я был молод, я не любил детей, но, может, я старею?

Когда я вижу детей, мысль «они милые» часто приходит первой.

Думая о том, что я стал взрослым, я также осознал, что больше не ребенок.

«Правда? Мне тоже нравятся дети».

Арансоль также посочувствовала мне.

«Начинаешь любить детей, когда достигаешь возраста, чтобы завести своих».

Лириран добавила к нашему разговору, тонко улыбаясь.

Возраст, чтобы завести детей, да.

Я никогда не представлял себе этого.

Для меня, у которого даже возлюбленной нет, что это за разговоры о детях?

Если подумать, Бабиен недавно призналась мне в чувствах.

«Значит ли это, что я мог бы стать ее возлюбленным в любой момент, когда захочу?»

Ситуация, в которой я стал бы ее возлюбленным, просто приняв ее признание.

Если бы все зашло дальше, у меня могли бы даже появиться дети.

Двое маленьких Бабиен, говоришь?

Хм, это была бы небольшая головная боль.

Имея такие бесполезные мысли, я хотел отругать самого себя.

«Харуа, ты ведь был наедине с Бабиен некоторое время, не так ли?»

Она читала мои мысли?

Арансоль тут же упомянула Бабиен и спросила.

«Был».

«Ничего не произошло?»

Если ты имеешь в виду «ничего не произошло»...

«Ну, произошло многое. Бабиен стала ученицей Повелителя Мороза и поступила как Имперский Архимаг».

«Не *такого* рода вещи».

Подумать только, *это* считается «не такого рода вещами».

Может ли быть что-то большее, чем это?

«Просто я думала, что Бабиен будет смелой в этот раз».

«Бабиен будет смелой, да».

Ах.

Если подумать, это я был тугодумом в таких вещах, а не Арансоль.

Даже Рурурио и Эгис, которые только недавно присоединились к нам, заметили чувства Бабиен.

Разве Арансоль могла не знать о чувствах Бабиен?

«Бабиен призналась».

Мы уже запутались сверх всякой меры.

Скрывать признание Бабиен сейчас — значит только навлечь на себя неприятности позже.

На мой честный ответ Арансоль тихо посмотрела на меня снизу вверх.

Ее большие глаза долго смотрели, прежде чем она наконец спросила.

«Что ты ответил?»

«Не думаю, что я дал ответ, который можно было бы так назвать».

Мне было жаль Бабиен, но в тот момент я думал скорее в духе «почему?» и «что мне делать?».

Я не мог дать полный ответ на чувства, в которых она призналась.

Бабиен тоже знала об этом факте, поэтому вместо ответа она просто подтвердила свои чувства.

Это было довольно грубо по отношению к Бабиен.

«Тогда, в тот момент, ты думал обо мне?»

Когда Бабиен призналась, думал ли я об Арансоль?

Арансоль все еще тихо смотрела на меня.

Видя ее, я, который молчал некоторое время, снова открыл рот.

«Да».

Губы Арансоль изогнулись вверх.

Как будто этого было достаточно, она развернулась и неспешно пошла прочь.

«Какая лисица».

Лириран, которая тихо наблюдала за нами сзади, рассмеялась, прикрыв рот рукавом.

«Я считаю, что борьба — это самое важное в жизни. Это хороший настрой».

Эгис тоже кивнула, как будто поняла что-то важное.

Серьезно, я бы хотел, чтобы взрослые не забирали все веселье себе.

Видя это, полагаю, я все еще довольно молод.

***