Переманивание союзников

Глава 46: Переманивание союзников

Переманивание участников.

Среди Исследователей такое случается, но подобный поступок обычно считается верхом неприличия.

Исследователь — профессия суровая.

Если между ними вспыхивает конфликт, то в девяти случаях из десяти дело заканчивается поножовщиной.

Поэтому, ради всеобщего блага, открытого переманивания стараются избегать.

Или, по крайней мере, делают это втайне за чужими спинами.

Творить такое в открытую — случай из ряда вон выходящий.

Разве что речь идет о глупом Перемещенном, который только-только попал в этот мир.

Я медленно отодвинул стул и сел.

Мне было любопытно, что же там за бред несет этот японский ублюдок.

— Господин Святой маг, разве это не ваша группа?

Ко мне обратился один из Исследователей, который меня узнал.

Мои спутницы, не считая меня самого, слишком сильно бросались в глаза.

Так что многие запомнили и меня.

— Верно.

— Но разве можно вот так просто стоять и смотреть? Он же явно пытается увести ваших людей.

— Да, поэтому я подожду и послушаю, что он скажет.

— Хм, ну и характер у вас.

— Я доверяю своей команде.

Мои девчонки ни за что не перейдут в другой отряд.

И дело тут не в моей самоуверенности.

Это была непоколебимая уверенность в магии воскрешения, которой я владел.

Святой маг, способный воскрешать мертвых.

С безопасностью, которую я даю, не сравнится ничто, что бы вы ни предложили.

Да и характеры у моих спутниц, знаете ли, далеко не сахар.

Именно поэтому мне стало любопытно.

На чем же зиждется спесь этого японского выскочки, раз он решил предложить им сменить команду?

— Кто этот придурок?

— А, этот парень объявился где-то неделю назад.

Неделю назад мы как раз отправились в Нокс.

— Вряд ли он ведет себя так только с моей группой. Наверняка он уже успел наследить и в других местах, так почему его никто не поставит на место?

— Он из Ноунеймов. И его сверхспособность довольно опасна.

Так я и думал.

Подобная заносчивость — типичная черта новоприбывших Ноунеймов.

Стоит им переместиться в этот мир и пробудить дар, как они начинают вести себя так, будто вся вселенная принадлежит им одним.

В общем, из-за таких вот ублюдков страдают нормальные Ноунеймы вроде меня.

Им бы стоило начать свой путь в каком-нибудь псевдорелигиозном культе, чтобы мозги на место встали.

У нынешних так называемых Ноунеймов напрочь отсутствуют базовые понятия о приличии.

— И в чем же заключается его способность?

Раз он из таких, то наверняка раззвонил о своем даре на каждом углу.

— Призыв.

— Призыв?

— Говорят, он призывает монстров, которых никто раньше не видел, и свободно ими управляет.

Когда он пытался переманить чужих людей, один Исследователь Серебряного ранга решил вмешаться, но проиграл, даже не успев ничего предпринять.

Ох, блядь.

Кому-то (мне) достается магия воскрешения, а этот говнюк получает авто-охоту.

Я закипал от ярости.

Чувство несправедливости жгло где-то глубоко в груди.

Но раз уж ветеран Серебряного ранга потерпел поражение...

Значит, его сила была реальной.

— Он уже успел чего-то добиться как Исследователь?

— Да. В первый же день он добыл Фантомного зверя Зеленого ранга.

Зеленый ранг.

На таких тварей охотятся Исследователи Золотого ранга.

Мы с Дядюшкой Бульдогом едва справились с Первородным Змеем, чья чистота маны была лишь немногим выше Синего ранга.

А этот ублюдок, судя по всему, завалил Зеленого.

И судя по его поведению, это не составило для него особого труда.

— Возможно, поэтому даже Золотые ранги не хотят с ним связываться и держатся на расстоянии.

— Связываться с Ноунеймом — себе дороже.

Даже Исследователь Золотого ранга не мог гарантировать себе победу над ним.

И вот такой тип теперь приставал к моим спутницам.

— Я довольно силен, знаете ли. Если перейдете в мою команду, быстро наберете заслуги и поднимете свой ранг Исследователя.

Он вещал с невероятным пафосом.

По его похотливому лицу любой бы понял: ему нужны не Исследователи, а красивые женщины.

Арансоль даже не удостоила его взглядом.

Хотя после встречи со мной она заметно смягчилась, к Перемещенным она все еще относилась с опаской.

По ее лицу было ясно: она не желает перекинуться с ним и парой слов.

Хорайзон тоже хранила молчание.

Будучи робкой от природы, она неохотно вступала в разговоры с незнакомцами.

И наконец, Бабиен.

— И сколько ты мне заплатишь?

Скучающим тоном она сразу перешла к денежному вопросу.

Малышка Бабиен совсем испортилась.

— Тебе больше никогда не придется работать, я обеспечу тебе безбедную жизнь.

Японец попытался выдать нечто пафосное и крутое.

— Нет. Я спрашиваю, сколько ты дашь мне *прямо сейчас*.

— Ну, сейчас такая ситуация... я всё вложил в дело.

— Ха, у тебя нет ни гроша, и ты думаешь, что сможешь отделаться пустой болтовней? Мир не так прост, дорогуша.

Я в очередной раз убедился, насколько ядовитым может быть язык Бабиен.

На Бабиен, ставшую настоящим денежным призраком, подобные предложения не действовали.

К тому же, проницательная Бабиен наверняка почувствовала это инстинктивно.

Этому ублюдку плевать на всех, кроме себя.

Всю прибыль он будет загребать в единоличное пользование.

— У меня нет желания продолжать этот разговор, так что проваливай.

От ледяного ответа Бабиен бровь японца дернулась.

— Что ты там несешь? Я вообще-то не к тебе обращался.

Он, только что пялившийся на Бабиен, резко отвел взгляд.

— Вечно эти девки, что трутся рядом с красавицами, воображают, будто они того же полета птицы. Сгинь с глаз. Мне больше не о чем с тобой говорить.

— Ч-что?!

Бабиен, впервые в жизни столкнувшаяся с подобным отношением, опешила от возмущения.

Пусть она и уступала Арансоль, она все равно была девушкой выдающейся красоты.

Но внешность — понятие относительное.

— Та, кто мне нужна — это женщина позади тебя.

Липкий взгляд японца остановился на Арансоль.

Арансоль, даже встретившись с ним глазами, не скрывала своего отвращения.

— Прошу прощения, но не могли бы вы не смотреть в мою сторону?

— Почему? Стесняешься?

— Нет. Просто меня от тебя тошнит.

От такого неожиданного ответа японский Перемещенный вздрогнул.

— И Харуа, сколько ты еще собираешься притворяться посторонним? Иди сюда и разберись с этим.

С этими словами Арансоль бросила взгляд в мою сторону.

Спалился.

Когда я медленно подошел к ним, японец уставился на меня.

Его взгляд так и спрашивал: «А ты еще кто такой?»

— Извини, но в нашей команде мест нет.

И состав у нас отлично сбалансирован.

В том смысле, что это не театр одного актера-Перемещенного, а группа, где каждый вносит свой вклад.

— А ты?

— Пока что лидер отряда.

— Ты такой же Перемещенный, как и я. Кореец?

— Ну, вроде того. А ты, значит, японский Перемещенный.

Арансоль, явно не желая больше пересекаться с ним взглядом, ловко спряталась за мою спину, используя меня как щит.

Хорайзон последовала ее примеру.

К сожалению, даже когда Хорайзон пряталась за мной, значительная ее часть все равно выглядывала наружу.

Лицо Бабиен уже побагровело от ярости, она буквально кипела.

Это было лицо человека, которому нанесли невыносимое оскорбление как аристократке.

— Какая у тебя сверхспособность?

— С чего бы мне говорить первым? Тебе тоже стоит быть поосторожнее.

— Ха, это касается только слабаков. Если открыто заявить о своей силе, люди просто побоятся тебя тронуть.

В его словах была доля истины.

Вот только проблема в том, что Иномирье — место далеко не самое дружелюбное.

— Я — Пространственный Хищник.

Рядом с ним пространство словно исказилось.

Даже не зная, что скрывается внутри, я инстинктивно почувствовал опасность.

Определенно, это была очень мощная способность.

— Не хочешь говорить — не надо. Не горю желанием вступать в перепалку с собратом-Перемещенным.

В его манере речи сквозило явное превосходство Перемещенных над остальными.

Местных жителей он воспринимал не иначе как трофеи.

Как ни странно, может, он и не такой уж плохой парень?

Я и сам согласен, что обитатели Иномирья — народ неотесанный.

Арансоль ткнула меня в спину.

Похоже, она прочитала мои мысли.

— Повезло тебе, что успел заграбастать их первым.

Он не стал больше спорить и охотно отступил.

Видимо, он решил, что я из той же породы, что и он.

Обладая исключительным даром, он, вероятно, полагал, что и другие Перемещенные наделены чем-то подобным.

— Дамы, заждались? Пойдемте.

— Каин, неужели меня тебе недостаточно?

— Я могу и лучше.

— А-ха-ха, конечно, тебя более чем достаточно.

Он ухмыльнулся, приобняв за талии двух женщин.

Одна из них активно прижималась к нему всем телом, а другая, хрупкая и робкая, лишь крепко вцепилась в его лацкан.

— Аршель, гляньте-ка, она уже подцепила крупную рыбешку.

— Его обберут до нитки.

Одной из этих женщин была знаменитая Аршель.

Красавица, ставшая лицом Гильдии Исследователей Вальтериона, чьим прозвищем было «Малая Гадюка».

Она была из тех женщин, что мгновенно вцепляются в перспективных Исследователей.

Этот японский ублюдок-Перемещенный довольно лыбился, совершенно ничего не подозревая.

Жалкий тип, во многих смыслах.

Впрочем, то, что Аршель прилипла к нему, означало одно: его сверхспособность действительно была могущественной.

Ведь каждый Исследователь, к которому она присасывалась, в итоге достигал как минимум Золотого ранга.

Поэтому Аршель была своего рода символом в Гильдии Исследователей Вальтериона.

К любому мужчине, которому суждено было возвыситься, неизбежно прилипала Аршель.

Это был еще один способ доказать свою значимость.

— Эта девица, серьезно, ха... просто смешно, слов нет.

Бабиен дрожала, из последних сил сдерживая гнев.

— Харуа, идем немедленно. Мы обязаны добыть Фантомного зверя рангом выше, чем у этого придурка.

Ее решимость была поразительной.

С таким настроем она точно добудет высокорангового зверя.

— Верно! Утрем ему нос!

Я охотно поддержал ярость Бабиен.

— Не подливай масла в огонь без нужды.

Арансоль попыталась ее урезонить, но Бабиен уже пылала праведным гневом.

Хорайзон, которая до этого безучастно смотрела в спину японцу, робко улыбнулась, когда наши взгляды встретились.

— Хи-хи, удачи нам!

Мы снова вошли во Второй Мир.

* * *

Снова оказавшись во Втором Мире.

Пещера Мшистых Цветов.

Сегодня Регулярная Армия проводила инспекцию в полном вооружении не только у входа, но и в глубине Второго Мира.

Из-за участившихся в последнее время инцидентов армия задействовала чрезмерное количество личного состава.

Определенно, сейчас во Втором Мире было безопаснее, чем когда-либо.

Несомненно, у выхода тоже собрались вооруженные до зубов отряды Регулярной Армии.

Мы выходили из Пещеры Мшистых Цветов, и Хорайзон шла впереди.

Как мы и слышали от клерка заранее, в Пещере Мшистых Цветов делать больше было нечего.

— Как думаешь, что случилось с Арахной?

Бабиен вздрогнула, вероятно, вспомнив Арахну — символ ужаса того дня.

— Слышала, вмешался лично генерал-лейтенант.

Генерал-лейтенант Регулярной Армии того же ранга, что и Инферно.

Кто бы это ни был, полагаю, битва с Арахной выдалась жаркой.

— На магические камни, что там добывают еженедельно, можно было бы купить целый дом. Завидую.

— Регулярная Армия на жалованье, так что всё наверняка отошло государству. Какой в этом смысл?

И правда, Арансоль была права.

Бедные бюджетники, что тут скажешь.

И все же интересно, получили ли они какую-нибудь премию за заслуги.

— О, мы почти вышли.

В этот момент Хорайзон объявила, что они покидают пещеру.

Следуя за Хорайзон, я высунул голову наружу и увидел темное ночное небо.

Точнее, ветви, проросшие из-под земли, были настолько густыми, что заполняли собой весь небосвод, скрывая его.

Свет едва пробивался сквозь плотное переплетение ветвей.

Место, где эти отблески напоминали звезды.

Снаружи Пещеры Мшистых Цветов.

Раскинулся Лес Молодой Луны.

***