(23). Ядовитые зелёные глаза

С того самого дня Кирия очень старалась избегать встреч с Натаниэлем. Благодаря такому ее поступку слуги в особняке начали шептаться, что между голубками произошла любовная ссора. Но эти пересуды не имели значения.

«Он видел это? Все слышал? Зачем вообще там стоял?»

Кирия вновь прикусила только-только зажившую губу. Нет ничего более унизительного, чем позволить людям увидеть то, что вы хотели от них скрыть.

«Подумает ли он, что я затаила на него злобу, раз у меня такой отец? Или сочтет меня жалкой из-за того, что я не могу противостоять отцу?»

Волнуясь все больше и больше, Кирия представляла в голове выражения лица Натаниэля одно искаженней другого.

Ей не было бы так стыдно, поймай ее врасплох Мария или Лаура. Но это был Натаниэль. Человек – само воплощение элегантности, о которой не мог мечтать ни один аристократ.

Казалось, даже воздух заворачивался вокруг него, будто весь мир был сосредоточен только на нем одном. Он говорил, что презирает людей, не имеющих чувства собственного достоинства, но сколько усилий требуется, чтобы это достоинство удержать?

Поэтому Кирия чувствовала себя еще ущербнее. Она видела себя гадким утенком, который самонадеянно посчитал себя прекрасным лебедем.

Губы ее, только-только покрывшиеся корками, вновь закровоточили.

***

- Вы действительно не собираетесь выходить? – спросила Розалин, прислуживающая Кирии вместо Энн-Мари.

Кирия, продолжавшая прятаться в своей комнате, дожидаясь заживления ран на лице и теле, резко повернула голову:

- …Он и сегодня там?

- Да.

Натаниэль продолжал пить чай в саду ровно на том же самом месте, где Кирия проводила с ним время, развлекая беседами, с тех, как они оба прибыли в особняк.

Кроме прислуги, разносившей чай, никто больше не осмеливался подойти к магу ближе. По словам горничных, вокруг него воздух делался ужасно холодным.

В свете солнца Натаниэль казался божественно прекрасным. Кирия боялась показаться перед ним в том никчемном виде, в котором пребывала сейчас, поэтому даже не подходила к окну. По крайней мере, ей сначала нужно было залечить все свои раны.

Розалин, не ведая мыслей хозяйки, выглянула за занавеску.

- Разве он не ждет вас?

- Он? Меня? Да не может быть.

- Мужчины все такие! Все из-за того, что у них раздутая гордость. Кроме того, судя по его виду, он из тех мужчин, которые никогда не ждали женщину.

Кирия бессильно рассмеялась над словами горничной. Никогда столь могущественный человек не стал бы ждать другого человека, не то что женщину.

- Уверена, ему просто нравится это место.

- Но… - выпалила Розалин, бросив взгляд в окно, - там две чашки.

Услышав эти слова, Кирия почувствовала жжение в груди.

- Вы уверены, что не хотите выйти?

- Он даже не искал меня.

- Он не искал вас, но…

Розалин колебалась. Протирая влажной тряпкой листья растений, молодая горничная что-то пробормотала:

- Но это был первый раз, когда я видела, чтобы миледи выглядела настолько счастливой… вы так хорошо ладили друг с другом.

От неожиданности Кирия заморгала глазами.

- … Я выглядела счастливой?

- Да.

Розалин рассмеялась. Взволновавшись, она продолжила говорить:

- Конечно, миледи нравилась мне еще и до того, но как только появился сэр Натаниэль, у вас начали чаще появляться различные выражения лица, и вы стали больше смеяться… - И подойдя поближе к Кирии, Розалин прошептала: - Что не может не доставлять проблем Его Милости.

- Пф-ф-ф, - прыснула Кирия.

Увидев, что ее хозяйка немного приободрилась, Розалин почувствовала некоторое облегчение.

- Вы удивлены? Мы все знаем, что граф говорил вам грубости из-за сложившейся ранее ситуации, однако все мы были удручены, увидев, как вы выглядели после выговора.

- Спасибо, Розалин.

- Поэтому я думаю, плохо то, что вам сейчас приходится трудно с сэром Натаниэлем. Потому что, хоть сэр Натаниэль и пугает, рядом с ним вы становитесь живее.

Кирия даже понятия не имела, что со стороны именно так и выглядит. Откинувшись на спину, девушка прикрыла глаза. Очевидно, вечность избегать его она не сможет.

- … Попозже. – Ресницы Кирии задрожали. – Я подожду еще немного, а потом сразу же пойду к нему.

Девушка не была уверена, сможет ли вообще сделать это. Но, по крайней мере, она облекла свое желание в слова.

Розалин улыбнулась. Почему-то на душе ей стало легко.

- Хе-хе, просто делайте, что хотите. А если кто-то скажет про вас плохое, заткните его и хорошенько пните.

- Хах.

- Тогда вот вам все приглашения, что были вам присланы, миледи.

Розалин, на секунду выбежав из комнаты, вернулась обратно с серебряным подносом, полным писем, адресованных уважаемой дочери графа Бьюкенена. Встав, Кирия неторопливо подошла к горе конвертов.

Самое верхнее приглашение было завернуто в золотистую бумагу. На конверте красовался оттиск золотым воском. Печать изображала леопарда.

«Символ королевской семьи».

Кирия горько улыбнулась. То, что она ожидала увидеть, в конце концов произошло. Разбив золотую печать, девушка открыла письмо. Содержание было донельзя простым.

<Приглашаем уважаемую миледи из дома Бьюкенен посетить торжественный прием по случаю помолвки наследного принца Итана Оревонбриджа и достопочтенной леди из семьи Касснер, Рубинии Касснер.>

Однако в приглашении содержалось и то, чего Кирия никак не ожидала увидеть.

<В частности, на приеме будет присутствовать лорд-защитник, рыцарь Лоу Лешоу.>