Смотри только вперед, мой самый дорогой, самый прославленный! (14)

Джопп тихо наблюдал за всем этим, колокольчики на его шее издавали редкие звуки мягкие, задумчивые.

Когда я сложила всё перед ним, он медленно поклонился, выражая благодарность, и его четыре рыжие люминесцентные руки разошлись в стороны. Каждая начала собирать предметы бережно, с той точностью, какую могла дать лишь рука, видевшая тысячи перековок.

Пламя в кузне стало меняться его цвет переливался от оранжевого к насыщенному изумрудному, потом к прозрачному, почти белому.

Воздух загудел от нарастающего жара, и стены кузницы начали отражать отблески пламени, словно сами становились зеркалами. Вся комната теперь дышала магией, пропитанной ароматом расплавленного металла, соли и туманных лепестков.

Джопп стоял у огромной печи, его люминесцентные руки двигались с филигранной точностью. Каждое движение было словно часть старинного ритуала не просто ремесло, а искусство, переданное через поколения.

Он звякнул колокольчиками на запястье, и звук отозвался эхом в стенах, будто сам металл слушал приказ.

Сначала в пламя был брошен [Цветок Тумана]. Когда бутон коснулся жара, не последовало ни дыма, ни пепла напротив, от огня пошёл холод.

Вокруг печи заклубился серебристый пар, а над расплавом появился мягкий туманный ореол, в котором кружились призрачные лепестки. Они касались огня и не сгорали, а наоборот вплетались в металл, делая его гибким, как дыхание ветра.

Следом Джопп добавил [Зелёный Солевой Кристалл Ядовитого Муравья]. С треском кристалл раскололся, и от него во все стороны разлетелись искры зелёные, будто капли яда, застывшего в воздухе.

Эти искры осели на стенках печи, оставив на них древние руны, которые засияли мягким светом.

И наконец, с почти ритуальной осторожностью, Джопп взял [Лист Тумана] тонкий кинжал с плавными очертаниями, словно выкованный из дыхания облаков.

Он задержал его в руках чуть дольше, чем следовало, колокольчики зазвенели тише, чем обычно. Даже Мор Аделина заметила это.

— Он чувствует структуру оружия.

Мягко сказала она.

— У кузнецов фей не просто руки, а слух сердца. Они не работают с металлом, они разговаривают с ним.

Когда Джопп опустил кинжал в расплав, металл не зашипел и не вспыхнул, как ожидала я. Наоборот всё вокруг стихло. На миг даже огонь будто задержал дыхание, в воздухе послышался тихий звон, похожий на далекий колокольчик, и по поверхности расплава пошли круги, как по воде.

Фритте в это время прижался ближе ко мне и шепнул:

— Не бойся. Это знак того, что сплав «принял» оружие. Если бы он отверг, пламя стало бы чёрным.

Мор Аделина наблюдала с едва заметной улыбкой. В её голосе не было сомнения, лишь спокойная уверенность:

— Всё идёт правильно. Джопп занимается переплавкой через согласование ауры. Этот процесс редкий, его могут делать только мастера, которые когда-то тренировались в далёких горах где правят великаны, и где куют дворфы.

Пламя вдруг вспыхнуло ярче так, что на мгновение ослепило всех. Из печи вырвался вихрь света, закрученный в спираль, и поднялся к потолку, превращаясь в дождь из мелких искр.

Я инстинктивно прикрыла глаза, но почувствовала в этом свете нет опасности, лишь тепло и вибрация силы.

Когда сияние стихло, печь тихо загудела ровным, умиротворённым звуком.

Джопп сделал несколько коротких жестов, и Фритте перевёл, оборачиваясь ко мне:

— Он говорит, что процесс идёт идеально. Металл слушается.

Джопп, ни слова не говоря, сделал несколько ловких жестов, и в ту же секунду его оранжевая аура вспыхнула сильнее, заливая зал тёплым янтарным светом.

Фритте тихо шепнул мне на ухо:

— Началось… процесс “Рождения Металла”. Он делает это без инструментов, только через свою ауру.

Из рук Джоппа вырвались два ярких потока света, которые, закрутившись, приняли форму гигантских эфемерных рук полупрозрачных, но ощутимых.

Они двигались синхронно с движениями мастера, как тени его души. В каждой их вспышке чувствовалось напряжение, сосредоточенность и странное величие ремесла, возведённого в ранг искусства.

Джопп поднял сосуд с расплавленной субстанцией, смесью металла, магии и редких материалов и медленно вылил её на гладкий, сияющий стол кузнеца.

Горячая жижа растеклась, образуя пульсирующее лужицеобразное сердце, которое билось, словно живое. Поверхность вспыхивала от внутренних импульсов, будто в ней пробуждался разум.

Огромные аурные руки поднялись над столом и начали ритмично бить по расплаву.

КЛИН!

Пошел первый удар, от него по стенам кузницы прошёл вибрационный отклик, словно сотни крошечных колокольчиков зазвенели в унисон.

КЛИН! КЛИН! КЛИН!

Каждый следующий удар сопровождался новым звоном, и этот звон был не просто звуком это была музыка души кузнеца.

Эфирная копия Мор Аделины, стоящая рядом со мной, тихо наблюдала, её лицо отражало оранжевое сияние пламени. Она заговорила негромко, но голос её перекрывал звон:

— Он не просто кует металл. Он кует воспоминания. Каждый звук колокольчиков это его чувства, его мысли, его история.

Вибрация звука заполнила всё пространство, заставив стены дрожать, а воздух мерцать, словно в нём растворился свет.

На полу один за другим начали проявляться магические круги тонкие линии, будто выжженные изумрудным пламенем. Они переплетались, образуя узоры древней письменности и печати с эмблемой Королевства Фей.

Металл на столе светился всё интенсивнее сначала мягким оранжевым светом, потом перешёл в золотисто-зелёный, а затем начал преломляться, будто превращаясь в кристалл.

Фритте прижался к моему поечу, шепнув еле слышно, с восторгом и лёгким страхом:

— Это… это уже не просто ковка. Так рождается оружие, в которое вплетена душа феи.

Колокольчики Джоппа теперь звучали не хаотично, а как целая мелодия, глубокая, звенящая, многослойная. И чем громче становилась эта мелодия, тем плотнее сгущалась аура вокруг кузнеца.

Она больше не была просто светом она начала показывать.

Вокруг Джоппа появились образы призрачные, прозрачные, словно проецируемые на невидимый экран.

На этих видениях можно было увидеть что-то, напоминающее воспоминания. Сначала они были расплывчаты: силуэты гор, пустыню металлов, где небо отражало зеркальные пески. Потом картинка стала отчётливой.

Я и остальные увидели битву.

Огромный ящер, похожий на металлического дракона, стоял среди лавовых трещин. Его тело переливалось сталью, а глаза пылали холодным электрическим светом.

Против него фигура Джоппа, ещё юного, с горящими глазами и молотом, сияющим голубым пламенем. Он бил по чудовищу, но каждый его удар лишь рождал искры. Барнадат взревел, и волна серебристых молний смела половину долины.

— Металлический Господин…

Тихо сказала Мор Аделина, глядя на видение.

— Это было в те времена, когда Джопп ещё был странником. Он хотел доказать, что металл подчинится воле души, а не силе чудовища.

Видение усилилось: Барнадат распахнул пасть, выпуская волну света, и в тот миг стало видно, как что-то тянется к Джоппу.

Нити серебра, тонкие, но прочные. Они касались его лица, затем языка… и пламя внутри его рта угасло. В ту же секунду колокольчики на его руке впервые зазвенели.

Я вздрогнула это был момент, когда он потерял голос. Странно но такое чувство, что это ещё одна уникальная подсказка, которую я пока не намерена исследовать.

Аура вокруг кузнеца взорвалась вспышкой и всё исчезло.

Видения растаяли, словно их стёрли с поверхности воздуха. Звон стал приглушённым, и наконец стих. Магические круги поблекли, рассыпавшись в пыль.

На столе перед Джоппоммлежало готовое оружие обновлённое, насыщенное его историей и болью.

Мор Аделина сделала лёгкий жест рукой, и вокруг них снова воцарилась тишина. Она произнесла мягко, с ноткой торжественности в голосе:

— Перековка оружия завершена… Теперь он может отдать его тебе.

Джопп, стоявший среди искр и пара, смущённо посмотрел на меня. Его глаза сияли, словно металл под последним ударом молота.

Он улыбнулся стеснительно, но искренне, и осторожно держа каждое из изделий, передал их мне. Его руки дрожали, словно он передавал не оружие, а часть своей души.

Мор Аделина приблизилась, окинула оружие внимательным взглядом и произнесла с благоговением:

— Клинки Дисавы… пробудились. Они больше не просто сталь и чары, теперь у них есть имя.

Она сделала паузу, словно представляя древних духов, пробудившихся в лезвиях:

— [ Пробудившаяся Морна ] и [ Усыпляющий Алый ].

Каждое из оружий словно ответило на её слова, от клинков исходил мягкий свет: зелёный, будто утренняя зелень, и алый, как росинка на лепестке розы.

Затем Джопп с тем же тихим звоном колокольчиков протянул третий предмет массивные, теперь обновлённые кастеты. На их поверхности мерцали крохотные шипы, похожие на лепестки.

— [ Удар Шиповники ], они теперь не только наносят удар, но и поют свою песню вместе с тобой.

[ Пробудившаяся Морна ]

Тип: Лёгкое оружие (одноручное)

Уровень: 22

Урон: 26 – 43

Скорость атаки: +20%

Стихия: Туман / Яд

•Кинжал, выкованный из крыльев Туманного Листоноса и пробуждённый дыханием Морны Лунн древнего духа туманов.

•Лезвие переродилось: оно стало полупрозрачным, гибким, словно сотканным из ночного дыхания болот.

•Внутри клинка медленно пульсирует светящийся изумрудный кристалл остаток Солевого Камня Ядовитого Муравья, нейтрализующий токсины и усиливающий связь с природной магией.

Когда владелец движется, за ним остаётся тонкая дымчатая полоса, а звук шагов гаснет.

+8% шанс уклонения в туманных, сумрачных или болотных локациях

+10% сопротивления ядам

+5% шанс нанести “Туманный удар” критический выпад, наносящий двойной урон, если цель ослеплена, отравлена или потеряла ориентацию

[ Усыпляющий Алый]

Тип: Оружие ближнего боя (кинжал)

Уровень экипировки: 23+

Характеристики:

Урон: 22–34

•Каждая 3-я атака накладывает «Алое Кровотечение», наносящее 10 ед. урона в секунду на 5 сек.

•При атаке ядовитого врага шанс 20% активировать эффект «Ядовитый Резонанс» волна алого яда поражает цель и ближайших врагов в радиусе 2 м.

•При убийстве врага шанс 10% восстановить 3% HP (эффект не суммируется).

Скорость атаки: +10%

Крит. Шанс: +12%

Крит. Урон: +25%

Прочность: 100/100

[ Ударные Шиповники]

Тип: Оружие ближнего боя (кулачное)

Уровень экипировки: 20

Урон: 26–38

Скорость атаки: Очень высокая (+20% к скорости комбо)

•Каждые 3 последовательных удара накладывают эффект «Гниющая кровь» (−8 HP/сек, длится 6 секунд, можно стакать до 3 раз).

+15% сопротивление яду благодаря хитину муравья.

+10% шанс контратаки при блокировании атаки ближнего боя.

Прочность: 120/120

[Цветение Боли] (Пассивный)

Когда HP владельца падает ниже 30%, он входит в состояние «Кровавого берсерка»:

Урон увеличивается на +35%

Каждая атака восстанавливает 2% HP

Длительность: 12 сек.

Активируется один раз за бой.

Я сильно удивилась, увидев какое мощное оружие мне досталось, теперь я имела весьма неплохое сопротивление к яду, как будто бы всё сложилось именно так, чтобы я почти была на равне с Четвёртым Апостилем.