Глава третья: Святой Меча и Великий Мудрец (10)

10

На яростный натиск имперской армии отвечаю тем, что оттесняю клинок Рютоси и расправляюсь с угрозой одной лишь левой рукой. Хладнокровно отбиваю только те снаряды, которые летят прямиком в меня, однако в мою сторону несутся не только пули магических ружей, но и тяжелые артиллерийские залпы. Из-за значительного расстояния враг ведет огонь довольно небрежно, но сия канонада рано или поздно неминуемо достигнет цели. Рютоси, прежде сковывавший мои движения, уже отступает, опасаясь попасть под дружественный огонь, посему у меня не остается ни единой причины задерживаться на данном месте. Убираю руку с меча, вонзенного в тело Бахштайна, хватаю того за загривок и стремительно покидаю опасную зону, отчего вражеские снаряды вонзаются в пустую землю там, где стоял мгновение назад.

Вздымается густая завеса пыли, и стрельба имперцев затихает.

— Даже прославленный Святой Меча... вынужден бежать... — генерал изрыгает кровь, но на его лице играет торжествующая ухмылка, оттого что считает свою тактику эффективной. Оставляю сей выпад без ответа и просто выдергиваю клинок из тела генерала. Кровь фонтаном бьет из открытой раны, и Бахштайн, пошатываясь, отступает назад, однако всё еще находит в себе силы стоять на ногах. — Ты не всесилен... даже ты...

— В этом ты, безусловно, прав.

— Если тебя ранить — истечешь кровью, если выстрелить — падешь! Имперская армия, воспряньте духом! Непобедимости Святого Меча... именно сегодня мы положим конец!!!

В ответ на неистовый призыв умирающего генерала из-за завесы пыли доносится громогласный боевой клич имперских солдат, и войско начинает мерно наступать, шаг за шагом сокращая дистанцию.

— Ох, надо же... — невольно вырывается у меня.

Вокруг наступающих солдат один за другим начинают возникать монстры. Замечаю, что Крэльвайн — тот самый представитель расы демонов, которого сразил недавно — вновь поднимается на ноги. Судя по его измученному лицу, рана крайне глубока, но находит в себе силы не только встать, но и призвать бесчисленные орды чудовищ вместе с еще одним Рютоси. Должно быть, сие есть его последняя предсмертная агония. Глядя на это, имперцы воодушевляются еще сильнее, а в тылу приходят в движение исполинские монстры, рождается гнетущая атмосфера неотвратимой гибели.

— Столицу Великого Герцогства жаль терять... но голова Святого Меча для Империи куда ценнее.

— Мне вот любопытно: почему ты столь фанатично предан Империи?

— Тебе не понять... мы, рожденные на бесплодных землях, где вечно не хватает хлеба... были вынуждены искать путь вовне... Его Величество ради подданных... принял на себя позорное клеймо захватчика...

— Весьма благородно. Однако сие не оправдывает бесконечную череду завоеваний, ведь вы уже достаточно процветаете.

— Государство, набравшее ход, невозможно остановить... падет одна страна, за ней последует другая... пока все земли не окажутся под нашей пятой... Империя не остановится...

— Что ж, у вас своя правда. Не собираюсь рассуждать о добре и зле, но и у нас есть священное право на сопротивление. — медленно выставляю клинок в правой руке перед собой.

«Если Великое Герцогство падет, его народ превратят в пушечное мясо для атаки на Королевство и Империю, и вот главная причина, по которой не могу отступить. Чтобы избежать внутреннего раздора, Империя плодит новых врагов, ведь любая заминка может обернуться для нее крахом. Империи давно пора остановиться, но нынешний правитель, взошедший на престол в юные годы и знающий лишь вкус войны, не сделает этого. Личная ли это прихоть или тому есть веские причины — мне неведомо.

— Страна, которую может остановить один человек, недостойна власти над континентом и рано или поздно сгинет в огне мятежей. Остановись же здесь.

— Именно поэтому... мы... тебя и сокрушим! — двигая израненным телом лишь благодаря невероятному усилию воли, Бахштайн заносит кулак для удара.

Уклоняюсь, сделав шаг назад, и негромко обращаюсь к едва стоящему на ногах противнику:

— Я признаю твою непоколебимую решимость, посему в качестве прощального дара явлю тебе свой магический меч. — наполняю клинок в правой руке магической силой и спокойно произношу. — Магический меч — Зэкку.

Мое оружие преображается, становясь иссиня-черным. На первый взгляд — заурядный обоюдоострый одноручный меч, не имеющий никаких отличительных черт. Я делаю один-единственный взмах. Бахштайн зажмуривается, ожидая удара, но ничего не происходит, отчего начинает хрипло смеяться.

— Магический меч Святого Меча оказался тупым?..

— Возможно, он и впрямь кажется таким. Пожалуй, название «магический» ему не совсем подходит.

Позади Бахштайна, прямо посреди наступающей армии и орд монстров, рождается черная трещина. Она стремительно расширяется, начиная поглощать всё вокруг. Заметив неладное, тот оборачивается.

— Что... это?..

— Меч, разрывающий само пространство. В нем нет ни изящества, ни техники, посему мне не слишком по душе.

Разлом с жадностью втягивает в себя окружение. Имперские солдаты, не в силах сопротивляться чудовищному притяжению, с криками исчезают в пустоте. Та же участь постигает и огромных монстров: несмотря на свои колоссальные размеры, они не могут устоять и скрываются в недрах трещины. Каким-то невероятным образом существа, чьи габариты превышают размеры самого разлома, всё равно оказываются поглощены им — кажется, здесь больше не действуют законы логики. Ошеломленный сим зрелищем, генерал падает на колени, и вскоре его, окончательно лишившегося сил, тоже затягивает в небытие.

Единственный, кто еще как-то держится — демон Крэльвайн, поддерживаемый двумя Рютоси, но и его падение лишь вопрос времени. Его медленно, но верно тянет в бездну.

— Кто же ты... такой?.. Как человек может обладать... такой мощью?!

— Ты пришел сюда, даже не зная этого? Слушай же. Я — Белый Святой Меча, бог-покровитель Королевства Албиос. — делаю еще один взмах Зэкку...

... и оба Рютоси оказываются разрублены надвое. Для этого клинка, разрезающего пространство, не существует понятий «защита» или «дистанция» — всё, что попадает в поле моего зрения, находится в радиусе смертельного удара.

— Невозможно... Невозможно-о-о!!! — Крэльвайн с отчаянным воплем исчезает в разломе.

Убедившись, что бесчисленные монстры и остатки имперских сил поглощены без остатка, закрываю трещину силой мечас.

«С диверсионным отрядом Империи покончено.» — вкладываю клинок в ножны и перемещаюсь к главным воротам Академии.

— Договор исполнен. Позвольте откланяться, мне необходимо доложить о случившемся Его Величеству. — бросив эти слова, спешно покидаю место событий, ведь дел у меня невпроворот: нужно отчитаться королю в облике Святого Меча, объясниться с разгневанным императором в роли Великого Мудреца, а затем вернуться в поместье и снова стать Роем, вернувшимся в Академию. — Ну и морока, честное слово. — бормочу, направляясь в сторону Королевства.