Глава первая: Принцесса Ледяного Клинка (10)

10

Весть о предстоящем поединке разлетается по округе подобно лесному пожару. «Бесталанный аристократ вызвал на бой наследника дома герцога Таунзетта, занимающего шестое место в элитной десятке меча и магии» — такая новость просто не могла остаться без внимания. Более того, Тим, судя по всему, всерьез оскорблен и жаждет превратить сие событие в грандиозное зрелище.

Срок подготовки назначен — одна неделя. Поговаривают, арендовал главную тренировочную арену и пригласил высокопоставленных гостей из королевства Альбиос и империи Лютеция. Разумеется, среди приглашенных числится и сам герцог Таунзетт. Столь масштабные дуэли случаются крайне редко. Обычно такие вопросы решаются в присутствии одного лишь учителя и узкого круга учеников. Сторонних зрителей зовут лишь тогда, когда в поединке сходятся истинные мастера, иначе сие не имело бы смысла как представление. Иными словами...

— Созывать родителей только ради того, чтобы они полюбовались на твой триумф... Похоже, старшой так и не выбрался из пеленок. — шепчу я, растянувшись на кровати в своей комнате.

— Ты ли это говоришь? — раздается в ответ исполненный иронии голос.

Передо мной стоит человек с пепельными волосами и пронзительными черными глазами. Его отличает от меня, прежде всего, высокий рост и привычка стягивать длинные пряди в хвост на затылке. Лиам Лувель, мой старший брат, которому уже исполнилось двадцать. Он — настоящий представитель элиты, занимающий пост помощника министра иностранных дел в королевском замке.

— Можешь ли представить, что почувствовал, когда узнал, что ты ввязался в драку с сыном герцога Таунзетта?

— Прости, брат, что вечно подкидываю тебе хлопот. — смиренно склоняю голову.

Лиам — человек долга, чей суровый и серьезный нрав заставляет его взваливать на свои плечи бремя забот за всю семью. Семья Таунзетт — один из столпов королевства Альбиос. Если член сомнительного рода баронов Лувеля навлекает на себя гнев герцогского сына и доводит дело до дуэли, положение брата при дворе может стать весьма шатким.

— Мои трудности — дело второстепенное. Я слышал о случившемся от Лены и, признаться, сам пришел в ярость. Будь на твоем месте, возможно, поступил бы так же. Но... есть ли у тебя шансы на успех?

— Примерно восемь к десяти.

— Ты сможешь победить?! — в глазах брата вспыхивает искра надежды, и он даже приподнимается со стула.

— Нет, я проиграю.

— Значит, твои шансы — два к десяти! Не заставляй зря обнадеживаться! — Лиам с разочарованным видом опускается обратно. Однако, поразмыслив, он снова обращается ко мне. — ... То есть, целых двадцать процентов вероятности у тебя всё же есть?

— Скажем так, осведомлен о некоторых его слабостях.

— Твой противник — шестой в рейтинге. Двадцать процентов против такого бойца — уже немало. И в чем же заключается эта слабость?

— Секрет.

— Даже от меня скроешь?

— Пусть это станет для тебя сюрпризом.

— Что ж, воля твоя. По крайней мере, знание о наличии плана немного успокаивает. Как понимаешь, прибыл сюда, дабы убедить тебя пойти и поклониться ему в ноги до начала поединка, чтобы замять дело.

— Твоё положение обязывает к подобным речам, мне искренне жаль.

Будучи помощником министра, Лиам прекрасно понимает: его начальству совсем не улыбается перспектива раздора между влиятельными аристократами Альбиоса и местным дворянством, пусть даже это происходит в рамках академии. Тем более когда речь идет о доме Лвель. Ни в Альбиосе, ни в империи Лютеция наш род не пользуется доброй славой. Честно говоря, причины для этого имеются веские, так что обижаться не на что. Впрочем, сильнее всего баронов опасаются дворяне Великого Герцогства, те в вечном страхе стать жертвами интриг моего отца. Именно поэтому наш титул не растет, а важные посты остаются для нас закрытыми.

Брат трудится в замке как ломовая лошадь, пытаясь смыть это клеймо с нашей семьи. Всё это — ради своих братца и сестренки. Его присутствие при дворе служит своего рода гарантией нашей лояльности, он добровольно стал заложником системы. Перед таким человеком не могу не склонить головы, ведь приношу ему одни лишь неприятности.

— Будь у тебя ноль шансов, я бы настоял на извинениях, но раз видишь лазейку — действуй. В конце концов, это лишь стычка между студентами. Даже если противник захочет раздуть скандал, у него есть предел. Поражение в дуэли не нанесет нашей фамилии большего вреда, чем уже есть. Выложись на полную.

— Благодарю. Но уверен ли ты, брат, что всё пройдет гладко?

— Не думаю, что дело закончится миром. Та сторона явно жаждет унизить тебя на глазах у толпы. Значит, остается только столкновение.

— Нет, не об этом... Переживаю, не возникнет ли проблем, если я вдруг... выиграю.

— Ты уже возомнил себя победителем? Какой самоуверенный малый. Об этом не беспокойся, заранее поговорю с герцогом Таунзеттом и представлю это как обычную юношескую ссору. Даже если случится невероятное и он проиграет, придираться к нам официально не сможет. — киваю в ответ на его слова. Учитывая непомерную гордость Тима, у меня остаются сомнения, но сейчас терзаться ими бессмысленно. — Что ж, мне пора. Приду посмотреть на тебя в день поединка, не ленись тренироваться. — с этими словами Лиам покидает комнату.

* * *

День перед дуэлью.

Я лишь коротко бросил обеспокоенным Лене и Юкине, что у меня есть план, и тем самым отмахнулся от их расспросов. Тем временем все приготовления завершены, включая требования сторон. Моё условие просто: «Принести официальные извинения Лене и Юкине». Ответное требование Тима гласило: «Больше никогда не приближаться к моей невесте». Похоже, он одержим ею не на шутку. Если победит, то любому, кто не обладает стальными нервами, путь к Юкине будет заказан, ведь повторный вызов на дуэль по тому же поводу станет для них приговором. Тот намерен окончательно изолировать её от общества, истинное воплощение собственничества. И хотя не искал встречи с ней, для него такие мелочи значения не имеют. Ему просто невыносима мысль о том, что рядом с его невестой находится другой мужчина, вне зависимости от причин.

— Вот же незадача...

«Проигрывать мне никак нельзя. Однако есть одна загвоздка: не могу придумать, как победить 'правильно'. Мне бы очень не хотелось демонстрировать свою истинную силу, но и уступать не намерен. Сия дилемма терзает меня, ведь на глазах у множества зрителей не должен выдать технику Святого Меча — кто знает, к каким выводам могут прийти искушенные наблюдатели. И что хуже всего, там будет Юкина. Против её Тенрогана любая хитрость может оказаться бесполезной.

— Вижу, пребываешь в некотором замешательстве. — раздается голос, и дверь моей комнаты беззвучно отворяется.

На пороге стоит мужчина с растрепанными седыми волосами и угольно-черными глазами. В правой руке тот держит трость, а правую ногу слегка подволакивает. Хоть ему едва перевалило за пятьдесят, груз бесчисленных сражений наложил на него свой отпечаток, наделив пугающей, почти запредельной аурой. На его лице застыла ухмылка, свойственная лишь истинным пройдохам.

— Простите, отец, что заставил вас проделать такой путь. — приветствую гостя.

— Ничего, не бери в голову.

Мужчина со смешком проходит в комнату и устраивается на стуле.

Это Лайнас Лувель, глава нашего дома и мой отец — человек, который когда-то стравил королевство Альбиос и империю Лютеция, сделав приманкой собственные земли. Пожалуй, в трех великих державах не сыскать более хитрого и непредсказуемого лиса.

— Признаться, был изумлен, услышав новости. Грешным делом подумал, неужто решил ввязаться в драку с высокородным лордом только ради того, чтобы тебя поскорее вышвырнули из академии? Но, судя по всему, причина в ином?

— Скажем так, обстоятельства сложились определенным образом.

— О-о-ох, я всё понимаю. Мельком видел дочь герцога Крофорда — редкостная красавица, такую не каждый день встретишь. У тебя отменный вкус, весь в отца!

— Вы ошибаетесь. Всё совсем не так.

— Ну-ну, не скромничай. Сейчас как раз в том самом возрасте. Лена — это лишь предлог, а истинный мотив — та девушка, не так ли? Твой оппонент, кажется, её жених. Семьи планировали этот союз, проча её в жены будущему Святому Меча... Но если один из них проиграет какому-то «недостойному дворянину», разговоры о помолвке могут и поутихнуть. Весьма изящный ход, не находишь?

— Признаю, подобные мысли промелькнули у меня на краю сознания... но это не было главной целью. Просто вывела из себя его наглость.

— Оправдания мужчины звучат жалко, сын мой. И всё же, что задумал? Желаешь ли видеть её своей супругой? Или же... преемницей на пути меча? Она подходит под оба условия. Хотя, надо признать, роль жены Святого Меча и Великого Мудреца может показаться ей несколько обременительной. — отец весело хохочет, явно наслаждаясь ситуацией.

«Похоже, сие зрелище доставляет ему истинное удовольствие. В мире есть лишь три человека, знающих мою тайну: Наставники, предыдущие носители перенятых мной титулов и батенька.»

— Отец, прошу вас, перестаньте паясничать. Позвал вас, надеясь на вашу мудрость.

— Не серчай так, просто рад видеть, как ты растешь. Что ж, перейдем к делу: что именно тебя беспокоит? — в мгновение ока взгляд Лайнаса становится острым и холодным — так выглядит, когда затевает очередную интригу.

— Юкина Крофорд... обладает «Небесным Волчьим Глазом». Если буду сражаться неосторожно, она может распознать мою истинную сущность.

— Магическое око, видящее суть вещей... Хм, весьма достойный дар. Впрочем, для Святого Меча это не должно стать преградой. Неужели не можешь нанести удар быстрее, чем та успеет его осознать?

— Сам факт того, что она чего-то не увидела, уже станет уликой. Скорость, недоступная взору её очей, прямым путем приведет её к разгадке того, кто я на самом деле.

— Тогда бессилен. Смирись и либо бери её в ученицы, либо веди под венец. Сделаешь её своей — и проблема исчезнет. Коли сильна, то какие могут быть возражения? — отец снова смеется, добавляя, что он не прочь поскорее понянчить внуков.

— Я ведь серьезно прошу совета, отец. — лишь устало вздыхаю, глядя на него.

— Горжусь своим умом, но если даже ты, Святой Меча и Великий Мудрец, зашел в тупик, то как я могу предложить план, способный обмануть саму реальность? Не требуй от меня невозможного. — Лайнас пожимает плечами.

Действительно, когда сцена уже готова, пространство для маневра сужается до предела. Но всё же...

— И всё-таки, попробуйте что-нибудь придумать. Напрягите извилины. Вы ведь лучший интриган в трех странах, наверняка в вашей голове найдется какая-нибудь скверная идейка.

— Какая дерзость со стороны сына! Ну и ну... — проворчав это, отец на некоторое время устремляет взор в потолок, погружаясь в раздумья. Наконец произносит. — Кажется, есть один способ.

— Слушаю. Как мне заставить её не использовать свой дар?

— Опять за своё. Никак,это невозможно, а любые попытки помешать ей лишь выдадут тебя с головой. Секрет остается секретом лишь до тех пор, пока его не пытаются судорожно спрятать. Придется позволить ей смотреть.

— И дать всё понять?

Отец кивает на мой вопрос. В его словах есть зерно истины. Излишняя скрытность лишь порождает подозрения.

— Твоя задача — не дать ей увидеть в тебе Святого Меча. Смирись с этим и покажи определенную часть своей силы.

— То есть?

— Всё просто. Она может заподозрить, что ты скрываешь мощь, но ей и в голову не придет связывать тебя с легендарным титулом. Просто яви миру тот факт, что не так прост, как кажешься. Сокруши врага, не показав ни единого проблеска истинной техники Святого Меча.

— Легко сказать... но получится ли это на практике? — бормочу со вздохом.

«В каждом взмахе меча проявляются привычки, накопленные годами тренировок. И её глаз непременно их заметит. Если бы мог так легко их подавить, я бы не звал на помощь.»

— Это вполне выполнимо. Помимо мастерства Святого Меча, в твоем распоряжении есть еще одна техника. Та, что унаследовал от своей матери.

— Но это лишь подражание, основанное на детских воспоминаниях и знаниях из книг...

— И всё же, этого будет достаточно, дабы убедить любого. Твоя мать когда-то слыла лучшим клинком Великого Герцогства. Стоит тебе применить её стиль, и все подумают: «Чего еще ждать от её сына». Включая и юную леди из дома Крофорд.

«В этом весь отец — предлагает авантюры на грани возможного. Если запечатаю свои привычные движения и воспользуюсь техникой, к которой прибегаю крайне редко, шансы остаться неузнанным и впрямь возрастут. Однако задача сия невероятно сложна: привычки вырываются наружу подсознательно. Смогу ли сдержать их до конца? Всё зависит лишь от моего мастерства. Впрочем, кашу заварил сам, мне её и расхлебывать.»

— Что ж, попробую. Сделаю всё, что в моих силах. Ну а если обман не удастся... буду решать проблемы по мере их поступления.

— Так и поступи. И еще одно: не вздумай заканчивать бой слишком быстро.

— Это еще почему?

«Чем дольше длится схватка, тем выше риск совершить ошибку и выдать себя. Раз уж признаю наличие силы, логичнее было бы закончить всё одним ударом, не давая Юкине времени на анализ.»

— Предоставь это мне. Если всё сложится удачно, мы сможем извлечь из этого дела немалую выгоду. — отец хитро прищуривается.

Слишком хорошо знаю это выражение лица — оно не сулит ничего доброго.