Глава вторая: Дева пламени (12)

12

Каким бы быстрым ни был Варел, он не способен мгновенно перемещаться между государствами подобно мне, и за то время, что проводит в пути, уже успеваю вернуться в Академию.

Чтобы действовать в обличье Святого Меча или Великого Мудреца, личина Роя Лувеля, никчемного дворянина, будет мне только мешать. В памяти всплывает карта, которую демонстрировал Варел: если враг двинется из порта прямиком к столице, на его пути неизбежно окажется наша Академия. В случае угрозы главному городу страны учебное заведение наверняка приложит все усилия, чтобы сдержать неприятеля, ибо во всем Великом Герцогстве нет иного оплота, обладающего столь внушительной мощью. Даже если учеников не пустят в бой, одних лишь элитных наставников хватит, чтобы составить серьезную конкуренцию захватчикам. Следовательно, оставаясь здесь, буду вынужден и дальше притворяться Роем, на что у меня совершенно нет времени. Варел обещал известить власти Герцогства, и поскольку Академия является вторым по значимости объектом после столицы, сюда вскоре должен прибыть гонец.

С его появлением и начну действовать.

* * *

Я не выхожу из своей комнаты, в тишине ожидая рокового часа, и вскоре тишину нарушает чей-то голос.

— Брат! Случилась беда!

Лена вбегает в комнату с непривычно встревоженным видом. Я, до сего момента отдыхавший на кровати, неспешно поднимаюсь.

— Что стряслось?

— Только что прибыл гонец с известием о том, что имперские войска тайно проникли в Герцогство и ныне движутся к столице, дабы захватить её!

— Имперцы в Герцогстве? Ты уверена, что сие не ложная тревога?

— Сведения получены от одного из «дюжины» Имперского государства, так что сомневаться не приходится! Сейчас вся Академия только об этом и говорит!

Я знал, что Лена непременно придет ко мне, как только услышит новости, потому и дожидался её здесь. Теперь могу действовать со спокойной душой.

— Коль скоро информация заслуживает доверия, у нас остается лишь один выход.

— Да! Академия начинает подготовку к обороне! Вот только старшекурсники сейчас на практике, а потому их нет в стенах школы...

— Их присутствие мало что изменило бы. Если Империя всерьез вознамерилась захватить столицу, они наверняка предусмотрели возможность сопротивления со стороны Академии, ведь здесь собраны лучшие таланты трех стран.

Говоря сие, покидаю постель и принимаюсь собирать вещи — вовсе не для занятий, а для того, чтобы оставить сие заведение.

— Брат?..

— Собирайся. Мы отправимся к отцу, дабы известить его о случившемся.

— Но... почему?

— Поскольку время появления врага нам неизвестно, обязаны предупредить отца как можно скорее. Из столицы рано или поздно пришлют гонца, но ввиду того, что нашего родителя не жалуют при дворе, к нему отправят нарочного в последнюю очередь. Будет быстрее, если сообщим всё лично.

— Но ведь... — девушка запинается, явно не зная, что возразить.

— Не тревожься. Руководство Академии не заставит учеников сражаться, ввиду того, что вы — ценные кадры. Студентов из Королевства и Имперского государства наверняка эвакуируют, а нас, местных уроженцев, тоже должны распустить по домам.

— Понимаю твои доводы. Однако... если мы вдвоем сбежим в поместье, окружающие сочтут, что представители дома барона Лувеля попросту струсили.

— Пусть думают, что им угодно.

— Тебе, может, и всё равно, но я не могу с этим смириться! Пускай надо мной насмехаются, но не позволю порочить доброе имя нашей семьи! Ведь у тебя наверняка есть свой план, а отец всегда печется о благе страны-ы-ы!

С этими словами сестра пристально вглядывается в мое лицо. Обычно она беспрекословно следует моим советам, но ныне, судя по всему, её терпение лопнуло. Похоже, в ней долго копилась обида за все те колкости, что отпускали в адрес дома.

«Вот же незадача. Планировал довезти её до поместья, а там под благовидным предлогом оставить под присмотром отца, но в сложившейся ситуации есть и свои плюсы: если Лена не пойдет со мной, мне не придется заботиться о сохранении тайны, и смогу куда быстрее перемещаться в обличии Святого Меча. Впрочем, всё равно переживаю, ведь она останется без моей защиты.»

— Я... остаюсь. Если буду здесь, никто не посмеет сказать, что мой брат сбежал в страхе! Защищу честь нашего рода!

— Ценю твою решимость, но даже если останешься, злопыхатели найдут повод для насмешек. Не обращай на них внимания.

— Зато смогу им ответить! Тебе, может, и привычно молчать, но я хочу защитить нас! Уже всё решила! — сказав сие, Лена низко кланяется и стремительно выбегает из комнаты.

По-хорошему, мне следовало бы догнать её, но времени катастрофически не хватает.

«Что ж, младшая — талантливая ученица, и имперским солдатам будет не так-то просто с ней сладить, хотя оставлять её там, где скоро может развернуться поле боя, крайне не по душе. В крайнем случае мне придется бросить всё и прийти ей на помощь.»

— У твоей прелестной сестренки начался период бунтарства?

— Похоже на то. А ведь всегда была такой послушной девочкой.

— Полагаю, она просто искренне заботится о брате. — произносит вошедшая в комнату Юкина, едва заметно улыбаясь. В её руке замечаю клинок.

— Ты тоже намерена остаться?

— Разумеется, ведь мой долг — оберегать узы тройственного союза.

— Буду честен: считаю, что твои усилия станут лишь каплей в море.

— Пускай так. Но мое присутствие здесь наполнено глубоким смыслом. Сбежать проще всего, и некоторые уже вовсю пакуют вещи, однако я прибыла в сию Академию с целью защищать свою родину. Сие означает готовность сразиться с Империей, а посему не имею права отступать. Моя решимость оберегать отчизну не столь хрупка, как тебе кажется.

— Твои слова достойны уважения. Но разве не считаешь, что вступать в бой сейчас, когда еще только учишься — затея преждевременная? Многие полагали, что сначала станут сильнее, а уж потом отправятся на фронт. Если чувствуешь, что еще слаба, бегство может стать разумным тактическим ходом, и Академия не вправе тебя принуждать.

— Возможно, ты и прав. Но враг не станет дожидаться, пока мы окрепнем. Если вечно ждать подходящего момента, можно так никогда и не вступить в бой. С того дня, как решила стать Святой Меча, поклялась противостоять любому сильному противнику, ибо без такой решимости сего титула не достичь. Разве можно доверить меч тому, кто бежит, едва завидев превосходящие силы врага? — говорит спокойно, без пафоса и напускной бравады. Она лишь делится тем, что действительно чувствует, и её менталитет разительно отличается от мировоззрения прочих студентов. Сие уже не мысли ученицы, а непоколебимая воля воина, закаленного в боях. — Не беспокойся о Лене. Клянусь защитить её.

— Эх, а я-то надеялся, что вы обе предпочтете скрыться...

— Невыполнимое условие: если враг беспрепятственно пройдет здесь, столица падет, и союзу придет конец. Нам важно выиграть время, ведь подкрепление обязательно прибудет. Мы продержимся до тех пор.

Судя по всему, она прекрасно осознает стратегическую важность этого места и понимает, к каким последствиям стремится Империя. Однако...

— Непременно приведу сюда своего отца, но не уверен, что это спасет положение. Подмога может явиться, но не факт, что станет решающим фактором. Ты всё равно готова сражаться?

— Мало что знаю о делах вашего государства, но за свою родину ручаюсь. Наш государь понимает важность союза, а потому непременно вышлет войска. И до их прибытия буду защищать сей рубеж как представительница Королевства.

— Раз твоя решимость столь велика, более не скажу ни слова. Но прошу — не лезь на рожон. Не сочти за хвастовство, но мой отец — выдающийся полководец, равных которому нет во всех трех странах. Как только он прибудет, сможем тянуть время сколько угодно.

— Буду ждать. — с улыбкой отвечает Юкина. Я прохожу мимо неё к выходу, но у самого порога она окликает меня. — Послушай, могу спросить?

— О чем?

— А ты... придешь на помощь?

— Если силы останутся. — бросаю я в ответ и ухожу.

«Теперь мне более нет нужды играть роль Роя Лувеля. И пускай меня одолевает множество тревог, остается лишь решать проблемы одну за другой.»