Званый ужин (Часть 5) – Размышления
— Фух, это было страшновато. Я почувствовал лёгкий намёк на убийственный взгляд…
— Конечно почувствовал. Ты забрал сразу двоих. Теперь тебя будут недолюбливать ещё сильнее.
— Несправедливо, что тот, кто больше всех наслаждался ситуацией, не вызывает неприязни… Я точно видел, как ты улыбалась, Елена.
— Ой, неужели? Может, тебе просто показалось?
В тот момент, когда прозвучали эти дразнящие слова, лёгкий прохладный ветерок коснулся их кожи.
Это место, где можно было ощутить ночной бриз, любоваться звёздным небом и садом, было балконом на третьем этаже особняка.
Обычно сюда доступ был запрещён, но присутствие Елены позволило им оказаться здесь.
— Эм… Спасибо вам большое за то, что тогда… Я не ожидала, что вы протянете мне официальное приглашение.
— Ч-что? Луна, ты тоже меня дразнишь?
— Раз вы мне помогли, я бы так не поступила.
Её голос звучал монотонно — или, скорее, слишком спокойно — но внутри него поднималось смущение.
«Официальное приглашение» относилось к тому моменту, когда он протянул ей руку…
— Однако вы должны были знать, что я с радостью приняла бы ваше приглашение, так что не было нужды делать это так же, как с остальными.
— Зная его, он наверняка подумал: «А вдруг она откажет~?» Не так ли, Луна? Тебе было неловко? Потому что Байлет явно смутился.
— …Но это стало очень приятным воспоминанием. Я смогла пережить сцену, которую люблю в историях.
— М-может, хватит об этом? Думаю, будет лучше… Да.
Елена и Луна сидели в креслах, расставленных на балконе. Байлет, который до этого стоял перед ними, подошёл к каменной ограде и опёрся на неё.
(Неужели они снова вспомнили тот момент…)
Он отвернулся, чтобы они не увидели его покрасневшее лицо.
— В-в любом случае… Как там Сиа? Я успел с ней переглянуться, но поговорить не получилось…
— Не переживай. Я предупредила прислугу о нашем местоположении, так что её уже должны были известить.
— О, спасибо. Это облегчение.
— Ты всегда такой.
— Несмотря на свою обычную озорность, в таких ситуациях ты проявляешь удивительную заботливость.
— Фраза «в таких ситуациях» здесь лишняя.
Он огрызнулся, не оборачиваясь, чувствуя на себе их тёплые взгляды.
— …Леди Елена тоже очень добра, не так ли?
— А?
— Ведь вы пытались помочь мне, несмотря на своё обещание…
— Фуфу. Я уже забыла о том обещании. Так что не волнуйся.
— Правда…?
Луна знала от самой Елены о «договорённости ускользнуть с ним вдвоём».
Тот факт, что сейчас здесь было «трое», означал, что планы изменились.
Судя по их поведению, было очевидно, что они обсудили это, прежде чем помочь ей.
— …Человеку моего положения не подобает получать такое обращение.
— Возможно, однажды ты не сможешь произнести эту фразу.
— !
Их голоса звучали почти шёпотом.
— Эй, Байлет. У меня к тебе вопрос, и я хочу честного ответа.
— Ч-что такое?
Почувствовав серьёзность в её тоне, он наконец обернулся.
— Прости за внезапность, но… Ты против полигамии? Когда мы говорили об этом раньше, у тебя был строгий вид.
Её робкое и неуверенное поведение было непохоже на обычную Елену.
На самом деле, он ожидал, что этот вопрос может возникнуть.
— Эм… Тебе это не противно, да? Просто моё впечатление…
— Д-да. Я сомневаюсь, но не испытываю отвращения. Дело не в этом, а в разнице взглядов на будущее.
— Взглядов?
Елена переспросила, а Луна, до этого молча наблюдавшая, наклонила голову.
Их вопрос был одинаков.
— Всё, что объяснила Луна, правда.
(Абсолютно… всё.)
В этот момент лицо Байлета невольно стало суровым.
[Жёны в полигамной системе — по сути, соперницы]
[Их положение в вопросах наследства и статуса зависит от количества детей, их способностей и пользы для семьи]
[Соперничая, жёны усиливают своё влияние]
Таковы были три основных пункта.
— Конечно, я понимаю, что это рационально и ведёт к процветанию, поэтому ничего не поделаешь, но…
В этот момент перед его глазами возник образ Арии, которая продолжала петь, несмотря на боль в горле.
Он представил, как она страдает из-за жёсткого графика.
— Я не из тех, кто мыслит такими расчётами. Я просто хотел бы, чтобы всё оставалось, как было.
(Это эгоистично, он знал… Но именно таким был мир, откуда он пришёл…)
Переносить свои ценности в этот мир, возможно, было ошибкой.
Но это было то, от чего он не мог отказаться. Пока люди не поймут, они не смогут принять такой образ мыслей.
— Значит, если кратко, ты хочешь уравнять права наследства и семейные роли, чтобы устранить конкуренцию?
Луна, с её острым умом, всегда умела свести сложные объяснения к простой сути.
— Что-то вроде того… Я знаю, что это нереалистично, но если бы можно было жить без этих постоянных расчётов…
— Это очень в твоём духе, Байлет, но другие могут не понять.
— Да, наверное. В конце концов, без конкуренции главное преимущество полигамии теряется.
— Ха-ха… Власть важна, но мне не нужно большего. Жизнь даётся только раз, и я хочу прожить её без сожалений.
Уже умерев однажды, он ценил это больше всего. Он хотел жить так, чтобы потом не жалеть.
— …Хах. У тебя ужасный вкус, знаешь ли?
— Э-э!? Что? Почему?
— Потому что если я признаюсь тебе в чувствах после таких слов, это будет звучать как: «Мне всё равно на богатство и наследство — лишь бы быть с тобой». То есть: «Ты мне нужен, и больше ничего».
— Если человек высокого статуса скажет такое, это будет унизительно. Довольно жестокий подход.
— А-а, э-это… Нет, я не это имел в виду, честно!!
(Да, звучит именно так, но я не это подразумевал!)
Байлет запаниковал именно потому, что сам не думал об этом.
Луна, наблюдая за его замешательством сонными глазами, решила вмешаться.
— Леди Елена, можно вас на секунду?
— А? Да…
Она подозвала покрасневшую Елену и прошептала ей на ухо:
— Впервые я рада своему низкому статусу.
— !
Это была месть за её предыдущие слова: «Возможно, однажды ты не сможешь произнести эту фразу».
Несмотря на отсутствие эмоций на лице, в её глазах читался вызов.
Несмотря на разницу в положении, тот факт, что они могли так общаться, говорил о настоящей дружбе.
— В-в любом случае… Редко случается, чтобы мы втроём вот так собрались.
— Это правда. Мы же в разных классах.
— Одного Байлета недостаточно. Рядом должен быть этот прекрасный ребёнок.
— У Сии-сан потрясающие социальные навыки.
— Эй, а вам не кажется, что вы слишком строги ко мне? Если бы кто-то услышал этот разговор, он бы точно шокировался!
— Фуфу, возможно.
— Если хочешь, мы можем изменить тему.
Это была сцена, где наследника маркиза дразнили люди более низкого положения.
Если бы посторонние услышали этот разговор, они бы побледнели, но эти двое действительно понимали его.
— У меня нет никаких претензий. Спасибо, что дружите с таким, как я.
— Ч-что это вдруг…
— …Согласна.
— Ха-ха, может, это и внезапно, но сегодня я именно в таком настроении.
В этот момент он вдруг подумал:
(Если бы эти двое не стали моими друзьями… Какой была бы моя школьная жизнь?..)
Наверное, в классе с ним бы никто не общался из-за его поведения, и у него не было бы места, где можно расслабиться.
Скорее всего, учёба стала бы для него мучением.
Возможно, он вообще не смог бы получать от неё удовольствие.
Одна мысль об этом пугала.
— Эй, давайте как-нибудь соберёмся вместе с Сией? Хотелось бы ещё раз вот так провести время.
— Я не против, но ты ничего странного не задумал?..
— Нет, конечно…
Он укоризненно посмотрел на неё, и Елена рассмеялась.
— О, тогда давай в следующий раз, когда будешь готовить, позовём и Луну. Луна, тебе же интересно, как он готовит?
— Это… возможно?
Глаза Луны слегка расширились, выдав мгновенный интерес — казалось, она очень заинтересовалась.
— Конечно, приходи, но я не смогу приготовить что-то слишком изысканное, понимаешь?
— Это не проблема. Верно, Луна?
— Да. Ведь это твоя готовка.
— Чувствую, как растут ожидания…
— Разве это не успех — просто получить больше возможностей проводить время вместе?
— Д-да, ты права.
Хотя он надеялся, что они не будут ждать слишком многого, слова Елены были абсолютно верны.
Байлет снова взглянул на пейзаж, словно пытаясь скрыть улыбку.
— Всё равно, Байлет, ты просто ходячий дамский угодник. Раз пообещав это, ты снова нас монополизируешь, да? Особенно Луну, которая получила больше всего приглашений от мужчин на этом ужине.
— Ха-ха, не могу отрицать.
— Н-не может быть, чтобы кто-то вроде меня…
— Луна, тебе стоит быть увереннее. А ты… необычно откровенен. Обычно ты бы подколол: «Ты это говоришь?»
Поскольку они общались почти ежедневно, они легко угадывали его мысли.
Хотя эта мысль действительно была у него в голове, сейчас он не мог её высказать.
Не поворачиваясь, он озвучил свои истинные чувства.
— Ну… как бы это сказать… Нельзя отрицать, что это величайшая мужская радость, и мне действительно было немного не по себе, видя, как вы двое общаетесь с другими мужчинами.
— А?
— Э-э…
— Э-это же не повод так удивляться!
(Неловко, когда они так неожиданно реагируют…)
Услышав за спиной два голоса, полных шока, он поспешно продолжил объяснение.
— Просто… кроме Сии, только вы двое так со мной дружелюбны. И…
Он слегка повернул голову, мельком взглянув на их прекрасные платья, но… решил, что это ничего не значит и пропустил момент.
— Вздох… Не знаю, что ты хотел сказать, но это жалкое заявление.
— Обычно ты так надёжен…
— Хоть бы шёпотом такое говорил…
Теперь, когда он высказал свои истинные чувства, у него не осталось хладнокровия, чтобы терпеть их подколки.
— Ну, число людей, которые будут с тобой дружелюбны, теперь вырастет. Ты же видел тех двух горничных, что поздоровались с тобой на банкете? Это доказательство, что плохие слухи понемногу исчезают.
— Скоро ты вернёшься к жизни, подобающей наследнику маркиза.
— Да, это происходит быстрее, чем мы ожидали…
Те двое, что только что подкалывали друг друга, теперь вели себя совершенно иначе. Словно объединились.
— Даже если так, я всё равно буду к вам приставать. Вы двое для меня особенные.
Они общались с ним, несмотря на дурную славу. Это было самое ценное. Он был искренне благодарен.
— Хм…
— Особенные, говоришь?
— Конечно. Учитывая слухи, нормально было бы вообще со мной не связываться.
Он не мог заставить себя повернуться во время этого неловкого разговора.
Тем временем Елена и Луна украдкой переглянулись.
— …Луна, скажи. Сейчас подходящий момент, верно?
— …М-мне страшно.
— …М-мне тоже, знаешь ли.
— …Я… постараюсь поддержать тебя.
— …Боже. Ты мне теперь десять одолжений должна…
Шёпот, который они не могли скрыть.
Когда Байлет наконец обернулся, он увидел, как они подталкивают друг друга, будто сговорившись.
— Ч-что вы делаете?
— Э-это… Это мой вопрос!
— А?
— Н-ну… Я сейчас скажу…
Поздней ночью их раскрасневшиеся лица казались ещё ярче.
Елена, нервно накручивая палец на прядь своих рыжих волос, заговорила дрожащим голосом.
— Если мы для тебя так особенны… то вместо того, чтобы просто беспокоиться… почему бы тебе не надеть на нас ошейники, как все?
— ЧТО!?
— Если тебе неинтересно… тогда мы с Луной просто примем полученные предложения о замужестве…
— П-погоди… Луна тоже получила предложения!?
Услышав это, его охватила тревога.
— К-конечно. Особенно после того внимания, что она получила на банкете.
— Ну, если так подумать…
Он был вынужден принять это в состоянии шока, но затем случилось нечто странное.
— Луна вообще не смотрит на меня… Более того, она вообще отвернулась?
— Это просто потому, что ей стыдно! Она просила меня держать это в секрете. Прости, Луна.
— Н-нет, всё в порядке…
На самом деле, Луна не получала никаких предложений. Конечно, Елена, которая сама ничего не слышала о таких вещах, просто смело лгала — но вскоре это могло стать реальностью.
Ведь многие дворяне на банкете только сейчас заметили Луну — «затворницу», которая раньше никогда не появлялась на вечерних приёмах.
Её внешность, манера держаться и прочее привлекли к ней внимание.
Естественно, найдутся дворяне, которые захотят заполучить её, и, вероятно, уже завтра или послезавтра начнут слать любовные письма.
— Послушай… я скажу это в последний раз. Так что… я скажу многое.
Для Елены, которая всегда была на стороне принимающей признания, такие слова были впервые.
Такую смелость трудно проявить дважды.
Дрожащим голосом она продолжила:
— Байлет, ты совсем не похож на дворянина. Ты странный. Несмотря на высокий статус, ты слишком пассивен. Слишком заботлив.
— Эм… иногда нужно вести себя по-дворянски.
— Луна права. Как я уже сказала… если мы для тебя особенные… тогда просто не отпускай нас, чтобы другие дворяне не могли нас забрать…
В дворянском обществе конкуренция неизбежна.
В сословном мире чем больше колеблешься, тем выше шанс потерять того, кто дорог.
Политические браки — обычное дело, так что редко когда чувства совпадают с расчётом.
— Ты ведь не врал тогда, да? То, что сказал.
— Н-нет, не врал.
(В голове я понимаю…)
Он не притворялся. Он понимал это всем сердцем.
— Тогда не надо колебаться, верно? Учитывая ход разговора, ты должен понимать, что я хочу сказать.
Под вопросом Елены голова Байлета была на грани перегрузки.
Учащённое сердцебиение, смятение, нервозность — всё смешалось в один клубок.
— …
— …
— …
— ……
— ……
— ……
Тишина, в которой слышен лишь шелест ветра, длилась минуту или две.
Они терпеливо ждали ответа Байлета, чувствуя, как бьётся их сердце.
— Елена… можно один вопрос?
— Ч-что?
— Ты… выбрала меня из-за характера или внешности?
Его сердце колотилось так, будто сокращало ему жизнь.
(Я знаю, что сейчас не время, но я не смогу принять это, если не узнаю…)
Эта внешность не была его настоящей.
Из-за тайны, которую он не мог никому раскрыть, он чувствовал, что должен спросить.
Иначе он не смог бы быть честным с собой.
— Как будто ты что-то проверяешь.
— …Прости.
— Вздох… Ладно, я поняла…
Со вздохом Елена приняла серьёзное выражение и сделала шаг, затем ещё один, сокращая дистанцию.
Когда между ними осталось лишь несколько десятков сантиметров, она подняла на него взгляд и, ещё ближе подойдя, сказала:
— Байлет… не говори глупостей в такой момент.
— М-мпх!?
Она прижала свой бледный, как рыба, указательный палец к его губам, нахмурив брови.
— Заткни свой шумный рот… и слушай внимательно. Скажу только раз.
Её кукольно-прекрасное лицо, красное, как её волосы, было прямо перед его глазами.
— Слушай, ладно? Может, у тебя свои мысли, но для меня всё просто. Ты мне нравишься, потому что ты — это ты. Понял? Идиот.
— !
— Ни больше, ни меньше. Ты мне нравишься просто за то, кто ты есть. Вот почему я сейчас говорю это.
— …
Её дрожащий палец, её вызывающий взгляд.
Елена, которая не могла знать о его реинкарнации, принимала его «таким, какой он есть».
Эти слова развеяли последние сомнения в его сердце.
— Т-так что, понимаешь… я не говорю ничего, что должно тебя беспокоить… Я просто предлагаю встречаться. Вот и всё.
— М-м.
Его рот всё ещё был прикрыт, и он не мог говорить.
— Если не можешь отделаться от чувства дружбы… тогда я просто заставлю тебя влюбиться. Ты ведь не против, да? Так что… встречайся со мной. Со мной…
Её палец медленно отстранился.
Глаза Елены, смотревшие на него, были влажными, будто она потратила всю свою храбрость.
— Ну же, скажи что-нибудь. Теперь ты можешь говорить, да?
— …Правда… просто потому что это я? Не из-за лица или чего-то ещё…
— Вот именно. К тому же, я не стала бы влюбляться просто из-за внешности.
— Ха-ха, понятно… Я правда счастлив…
Была лёгкая издёвка, но ему было всё равно.
В этот момент последние сомнения покинули его.
— Что ж, приятно познакомиться. Елена. Отныне, возможно, будут неудобства… как у влюблённых.
— Да… конечно.
Чем больше они смотрели друг другу в глаза, тем сильнее было смущение, но счастье перевешивало.
— …Эм, вы забыли, что я здесь?
— АА!?
— ОО!?
Разумеется, они создали свой собственный мирок.
Резко обернувшись, они увидели Луну с полуприкрытыми глазами.
— …В любом случае, поздравляю.
— С-спасибо…
— Спасибо, Луна. …Что ж, как ни грустно уходить, мне нужно кое-что сделать в коридоре.
— ЧТО!?
[Не слишком ли скоро!? Оставлять нас одних в такой атмосфере!?]
Словно читая его мысли, Елена, уже повернувшись спиной, сказала:
— Всё в порядке, да? Кто-то здесь не может раскрыться, пока не останется наедине.
— …
Положив левую руку на плечо Луны, словно указывая на «кого-то», она прошептала ей на ухо:
[Сейчас будет неловко, но это лишь временно. Ты моя соперница, так что соберись только ради этого момента.]
Дав ей последний заряд храбрости, она крепко сжала её плечо.
И вот, после того как Елена покинула балкон.
—…
—…
—……
—……
Долгое молчание поглотило двоих.
До этого момента именно Елена вела беседу. Естественно, с её уходом всё замерло.
Чтобы разрядить неловкость, кто-то должен был взять инициативу на себя.
Байлет попытался что-то сказать, лихорадочно соображая, но первой заговорила обычно молчаливая Луна.
Опираясь рукой о каменную ограду балкона, она встала рядом с ним и начала:
—… Байлет Сейнтфорд. У вас есть возлюбленная, которой можно гордиться.
—Ха-ха, спасибо вам всем.
(Он выглядит таким счастливым… и немного смущённым.)
Возможно, это из-за слов, подтвердивших реальность.
—Эм… Я хотела бы кое-что спросить.
—Да?
—Когда вы осознали чувства мисс Елены к вам? Вряд ли это случилось только что?
—Ч-что вы спрашиваете!?
—Я сохраню это в тайне.
Он выглядит побеждённым, но ей было невероятно интересно — ведь она всё это время молча наблюдала.
К тому же, это помогло поддержать разговор.
—Ну… Сначала я не замечал. Но когда я пришёл к Елене домой, там разыгралась сцена, очень похожая на описание из романа, который вы мне рекомендовали… Вот тогда я и подумал, что, возможно…
—Понятно.
—Смешно, что я осознал это через художественный вымысел, ха-ха…
(Это так на тебя похоже.)
На его лице мелькает сложное выражение, но для Луны этот ответ был восхитительным.
Искренне.
—Значит, я косвенно стала мостиком между мисс Еленой и вами?
—Д-да… Спасибо вам, Луна.
—Слышать это очень приятно.
—Почему?
—Потому что мисс Елена всегда была добра ко мне. Честно говоря, я в неоплатном долгу перед ней. Так что я счастлива, что смогла помочь такой замечательной девушке.
Количество раз, когда Елена помогала ей, несоизмеримо больше, чем её ответные жесты.
Но теперь Луна чувствовала, будто наконец-то вернула этот долг.
—…Что ж, давайте закончим этот долгий разговор.
Немного передохнув, она почувствовала облегчение. Затягивать дальше было бы уже слишком.
(Момент для признания, атмосфера, которую создала мисс Елена…)
От нервов и стыда ей хотелось тут же сбежать.
Но она нашла в себе смелость.
[Сейчас будет неловко. Но ты моя соперница, так что соберись хоть раз!]
Благодаря этим словам, которые Елена шепнула ей на прощание.
—Можно мне перейти к главному? Учитывая ситуацию, всё и так уже ясно, но…
—…М-м.
—Спасибо.
Как только она начала, волнение накрыло с новой силой.
(Если подумать, может, стоило сказать первой…)
В этом и была суть момента признания.
То, что всё уже известно ещё до того, как чувства озвучены.
Осознание, что тебя полностью видят насквозь, — невероятно смущает.
Но она готовилась к этому долгое время.
(Я… пожалуйста, соберись…)
Пауза длилась десять… нет, двадцать секунд. Но именно столько времени ей понадобилось для окончательного решения.
—Я-я перейду к главному.
—Хорошо.
—…Вы дочитали роман, который я рекомендовала? Тот, что нужно было закончить перед ужином?
—Конечно, я прочёл его внимательно. Должен сказать, он мне понравился больше остальных. Описания были реалистичными, язык — изысканным, и я смог проникнуться историей.
—Я рада это слышать.
На этот раз она предложила ему книгу о развитии отношений во время побега с званого ужина.
Историю о разнице в статусах.
Благородный мужчина высокого ранга, добрый, но беспечный, не признавался в чувствах девушке из низшего сословия.
Потому что не хотел ставить её в положение, где она не могла бы отказать из-за разницы в положении.
Ведь он верил: [Только взаимная любовь приносит счастье.]
Так же, как и Байлет Сейнтфорд.
Девушка из низшего сословия тоже не могла выразить свои чувства по той же причине.
Хотя она любила его, пропасть между их статусами не позволяла даже заикнуться о своих чувствах.
И тогда героиня романа произнесла:
—Лорд Байлет, звёзды сегодня снова прекрасны.
—!
Дословно, без ошибок.
—В такие дни моё сердце наполняется теплом.
—…
Герой книги не понял намёка.
Но любой, кто читал её, знал:
«Звёзды сегодня снова прекрасны» означало «Мои чувства к тебе по-прежнему велики».
«В такие дни моё сердце наполняется теплом» — «Рядом с тобой я счастлива».
—Фуфу…
Сказав то, что хотела, Луна неуверенно улыбнулась.
Она повторила сцену из книги дословно.
С намёком на [Ты ведь слишком беспечен, чтобы понять, да?]
Это была меланхоличная фраза, подразумевающая, что она не может открыто признаться человеку на два-три ранга выше из-за своего «низкого статуса».
Причина та же, что и в книге — правила этого мира.
Если бы её чувства стали известны, завистливые аристократы могли бы начать плести интриги.
А если бы он отверг её, пошли бы слухи о «нахалке, не знающей своего места».
Низший дворянин не имеет права даже на признание.
Но всё меняется, если есть тот, кто сможет её защитить.
Если она готова сказать: [Что бы ни случилось дальше…]
(…Лицо горит, будто в огне…)
Впервые в жизни она собрала столько смелости.
Байлет широко раскрыл глаза, молча анализируя ситуацию, что её даже обрадовало.
Ведь даже этот разговор уже был для неё пределом.
—Меня никто не заставлял… Ни мисс Елена, ни кто-либо ещё. Я говорю это… по своей воле. Думаю, это очевидно…
Она никогда раньше такого не делала.
Луна убрала руку с ограды и сделала шаг назад.
Её лицо пылало так, будто его обдали кипятком. Уши и шея стали багровыми.
—Э-это мои… чувства. Эгоистичные и наглые… от той, кто не знает своего места.
—Луна…
Её руки непроизвольно сжались в кулаки и дрожали.
—Я… я не такая обаятельная, как мисс Елена… Не могу сказать что-то вроде «Сделай меня своей»… У меня нет ни власти, ни высокого статуса… Кому-то вроде меня не стоит вообще что-то просить…
Она обнажила все свои слабости, но продолжила:
—Но… потому что я… я… л-лю… люблю… вас…
Её голос был едва слышен, но она сказала это. Хотя больше не могла.
—Поэтому… я хочу права оставаться с вами в будущем… права на вашу любовь. Взамен я готова отдать вам себя полностью…
Она опустила голову.
—Даже с такими условиями… это невозможно? Как и мисс Елена, я чувствую это, потому что это — вы…
—Всё понятно. Спасибо тебе, Луна.
—…Правда?
«Всё понятно»
От этих слов её сердце забилось ещё чаще.
Потому что настал момент ответа.
—…Байлет Сейнтфорд. Будет слишком самонадеянно, но… не могли бы вы ответить, как в той книге?
—Э-э!?
—Это в последний раз, когда я собираюсь с таким мужеством…
Луна подошла к Байлету, дрожащей рукой прижала ладонь к груди и встала на цыпочки.
(Если он откажет, я уйду… Но если примет…)
Она подняла лицо и медленно закрыла глаза, погрузившись в тишину.
—…
—…
Сколько длилось это томительное ожидание?
Перед тем как открыть глаза от тревоги…
Нежное прикосновение коснулось её щеки.
Она инстинктивно прикрыла щеку ладонью.
—…П-почему не в губы…?
Луна смущённо спрашивает, глядя на Байлета, который отводит взгляд.
Ведь в книге всё было иначе.
—Потому что ты сама так сказала, Луна. Когда мы впервые гуляли по торговому кварталу, ты сказала: «Целоваться можно только после совершеннолетия». Ты дрожала, и я подумал, что тебе страшно.
—…
—Не заставляй себя. Береги себя. Ведь теперь ты… моя возлюбленная…
Он говорит это, почесывая затылок, будто осторожничает.
(В-вот почему он…)
Она действительно говорила что-то подобное. И ей приятно, что он так заботится.
Даже поцелуй в щёку уже делает её счастливой.
Но она намекнула на губы не просто так.
Она дрожала лишь от волнения, а вовсе не от страха или нежелания.
Просто у неё совсем нет опыта.
—Раз мы наедине… я могу сказать это прямо. Я люблю тебя, Луна.
—!
Её дыхание перехватывает, а лицо мгновенно вспыхивает. На нём появляется выражение, которого раньше никто не видел.
Она и представить не могла, что он скажет такое.
Неописуемые эмоции переполняют её, будто оковы с сердца наконец сняты.
Она на пределе.
—Байлет Сейнтфорд… Пожалуйста, немного пригнитесь…
—П-пригнуться? Типа полуприсесть?
—Да.
Он такой беспечный… такой добрый… что это лишь облегчает задачу.
Когда он наклоняется, разница в росте почти исчезает.
И тогда она, глядя на своего возлюбленного, который покорно подчиняется с вопросительным знаком над головой…
—Я тоже люблю вас…
—!
Обвивает его шею руками и прижимает свои губы к его губам. Крепко.
—Мм…
Сколько бы это ни длилось, времени всё равно мало. Так долго, что начинает не хватать воздуха…
—Я-я не заставляю себя… Пожалуйста, просто поймите это.
—Х-хорошо…
Байлет наблюдает, как она прикрывает рот рукой, и вспоминает, что только что произошло. Его охватывает чувство счастья, и тело расслабляется.
Но он не может выглядеть так жалко.
Чтобы немного скрыть это, он отводит взгляд к саду за балконом.
—А?..
Но тут Луна замечает нечто неожиданное.
Кучер семьи Перэммер , вытаращив глаза и разинув рот.
Недостаток балкона с хорошим видом проявился в самый неподходящий момент.
—Эй, ты, что это ты сделал с Луной? Она промчалась по коридору, вся красная…
—Ну, э-э…
—Хм. Не можешь сказать, да? Что ж, по тому, как Луна прикрывала рот, я и так всё понял.
—А-ха-ха…
Только что он почувствовал нежное прикосновение губ, но прежде чем успел осознать это, ситуация резко изменилась.
Когда он встретился взглядом с кучером семьи Перэммер, приехавшим за Луной…
Последние её слова были: «Я-я всё объясню. Увидимся в академии».
И сразу после этого Елена вышла на балкон проверить обстановку.
—Ладно, не буду допытываться. Ради Луны.
—А ради меня?
—Ты исключение.
—Как жестоко…
—Тебе придётся стать сильнее во многих смыслах. Ведь в будущем ты займёшь высокое положение.
Хотя их отношения изменились, Елена остаётся такой же строгой.
Будто чувствуя его мысли, она хмурится и наклоняет голову.
—…Только не разлюби меня, ладно? Я ещё не совсем понимаю, как держать дистанцию в таких отношениях…
—Всё в порядке. Скорее, это мне нужно постараться, чтобы не раствориться в любви.
—Мм.
Елена сужает глаза, будто сдерживая слова, затем меняет тему на более лёгкую.
—Ах, да. Поздравляю. Похоже, у тебя теперь отношения и с Луной.
—А, спасибо. Ты догадалась?
—Луна так растерялась, что смогла лишь быстро попрощаться, но по атмосфере всё было ясно.
—Понятно… Как-то странно получать от тебя поздравления насчёт новой девушки.
—Неужели ты, такой пугающий окружающих, не ожидал, что у тебя будет столько возлюбленных?
—Ч-что-то вроде того…?
«Странное чувство» возникает из-за воспоминаний о прошлой жизни, но он оставляет это при себе.
—…И всё же, как быстро всё изменилось за один день.
—Действительно.
—Не хочу говорить о себе, но я не думал, что получу согласие так легко.
—Эй! Это уже недооценка себя. Я просто старалась не показывать, но ты мне очень нравился.
—Тогда надо было признаться раньше. Серьёзно…
Тема недавнего признания.
Возможно, Елене тоже неловко, потому что она избегает его взгляда.
Повернувшись спиной, она смотрит в сад с балкона.
—…Эй, раз уж мы здесь, подойди ко мне. Как-то пусто стоять поодиночке.
—А, хорошо.
От этого приглашения нельзя отказаться. Да и незачем.
Байлет подходит к Елене, предварительно осторожно глянув вниз.
—Кучер уже исчез. Видимо, понял намёк и вернулся к воротам.
—Байлет. Когда за тобой приедут?
—Думаю, скоро. Я сказал «попозже», но уже довольно поздно.
—Правда? Какая жалость. Даже этот привычный вид был бы приятнее с тобой.
—Т-ты снова дразнишь меня? Так быстро…
—Фуфу, но это правда. Хочешь доказательство?
—Разве словам нужны доказательства?
—Да. Вот доказательство.
Как только Елена заканчивает фразу…
Она переплетает свои пальцы с его на каменной ограде.
Будто говорит: «Знакомый вид приятен, потому что со мной ты».
Это и впрямь можно назвать доказательством.
—…Это было слишком смело?
—Тебе совсем не стыдно, Елена?
—Конечно, стыдно. Но… я хотела это сделать. И не хочу, чтобы ты уделял внимание только одной из нас.
—У тебя и так куча предложений о браке, а ты всё равно переживаешь?
—Ты мой первый парень… Я хочу, чтобы приятных воспоминаний было больше, чем неприятных.
—Я-ясно.
Теперь, когда они в особых отношениях, Байлет постоянно слышит то, от чего краснеет.
Он рад, что балкон не так освещён, как коридор.
—К тому же, вокруг тебя столько замечательных девушек. Луна, Сиа… и, возможно, будут ещё. Так что мои переживания естественны. Ты не слишком искушён, поэтому вряд ли сможешь всех уравновесить.
—Кажется, в конце прозвучало оскорбление.
—Тогда постарайся относиться ко всем одинаково. В крайнем случае, если у тебя будет… физическая близость с кем-то…
—Н-не рано ли об этом думать?
—По-поэтому я и сказала «в крайнем случае»… Я просто прошу хотя бы на этом уровне быть справедливым.
—Л-ладно. Понял. Тогда, когда настанет время…
—Д-да. Это ничего страшного, так что говори честно.
—…
—…
Разговор заходит глубже и естественно затихает.
Но эту атмосферу неожиданно нарушает новая сцена.
—…А, Луна внизу.
—О! Наверное, она посмотрит сюда.
—Тогда… может, разомкнём руки? Не стоит выставлять это напоказ, да и её это может расстроить.
—Ты очень добра, Елена.
—Это естественно.
В тот момент, когда Елена убирает руку, Луна снизу поднимает взгляд — идеально попадая в момент.
—Луна, увидимся в академии!
—Возвращайся осторожно!
—Д-да! Спасибо вам за сегодня!
Они переговариваются между первым и третьим этажами, повышая голос.
Луна кивает в ответ и быстро уходит через сад.
—…Эй, Байлет. Давай снова возьмёмся за руки? Вернёмся в зал чуть позже.
—Я как раз хотел предложить то же самое.
—Правда? Или ты просто подстраиваешься?
—Я бы не стал врать в таком деле.
Байлет с застенчивой улыбкой переплетает пальцы с её прозрачно-белой рукой.
—Мы, наверное, ещё будем ссориться по пустякам, но я надеюсь, что всегда сможем сохранять такие отношения.
—Если поссоримся, то только по моей вине… Я не могу представить другого варианта.
—Хотя ты говорил, что «постараешься относиться ко всем одинаково», ты меня ещё не поцеловал.
—Э-это…
—Ничего. Я знаю, ты, наверное, ждёшь подходящего момента.
Она улыбается, словно видя его насквозь.
—Но в этот раз я скажу «не целуй меня».
—Как будто я получил отказ…
—Ну вот… Я просто сказала «не сегодня»… Ты же должен понимать такие вещи.
Елена дёргает бровью, слегка сжимая его руку.
—Сейчас — особый момент. Луна ведь старалась изо всех сил, верно? Из уважения к её усилиям, я не хочу перекрывать это сейчас. В конце концов, я стала твоей девушкой «первой», так что должна проявлять великодушие.
Она всё ещё делает акцент на этом, будто есть вещи, на которые не пойдёт.
—…Но ты тоже старалась, Елена.
—О? Тебе так хочется меня поцеловать?
—Я не стал бы встречаться с тем, кого не хочу целовать. И не стал бы встречаться, если бы ты мне не нравилась, Елена.
—Фуфу, спасибо.
Хочешь читать бесплатные главы раньше других, без задержек, и быть в курсе моих новых переводов?
Тогда тебе в мой ТГК: https://t.me/just_monika7
Поддержать переводчика:
Бусти: https://boosty.to/sad_side