Званый ужин (Часть 3) – Лицо для всех и лицо для себя
— Елена была права, здесь действительно темно… Нужно смотреть под ноги…
Прошло около сорока минут.
Байлет, ещё больше наевшийся за это время, незаметно вышел в одиночестве и теперь неспешно прогуливался по просторной территории, вдыхая свежий воздух.
Кто-то мог бы спросить: «А где же Елена и Луна?» Но время с шести до восьми вечера было отведено преимущественно для приветствий. В эти два часа считалось дурным тоном приглашать кого-то уйти, ведь это лишало других возможности пообщаться с этим человеком.
(Ну… все и так были заняты разговорами, так что я всё равно никого не смог бы позвать.)
Было три основные причины, по которым кто-то мог покинуть зал во время приветствий:
1. Такие, как Ария, у которых было запланировано выступление.
2. Те, кто внезапно почувствовал себя плохо.
3. Те, кому просто стало скучно.
Увы, в случае Байлета это была третья причина. Однако он не выглядел разочарованным — напротив, на его лице играла довольная улыбка, когда он вспоминал события в банкетном зале.
— Даже такой, как я, удостоился приветствия от трёх человек…
Для сына маркиза это было крайне мало. Любой, кому он рассказал бы об этом, наверняка рассмеялся бы, но для самого Байлета это был огромный прогресс.
(Надеюсь, когда-нибудь я смогу стать таким же, как все…)
Под «всеми» он подразумевал Сию, Луну и Елену.
Байлет не стремился стать популярным, но теперь он понимал, что обмен приветствиями на вечеринках может быть приятным. Более того, в нём крепло другое убеждение:
— Мне нужно соответствовать им.
Количество полученных приветствий почти напрямую отражало, «насколько ты нравишься окружающим» и «насколько они ценят тебя».
— Быстрее всего было бы поучиться у леди Арии, но это совершенно невозможно… Она настолько изысканна, что мне даже нечего перенять. Говорят, она прекрасно поёт, а ещё, несмотря на высокое положение, тщательно подбирает слова, относится ко всем одинаково и невероятно щедра…
Он не мог найти ни одной области, в которой мог бы с ней сравниться. Таково было его ощущение.
— Пожалуй, я лишь немного взрослее её в плане мышления… Но мне нужно найти хотя бы что-то, в чём я смогу соревноваться…
Он осторожно шагал и невнятно бормотал себе под нос.
Пока он серьёзно размышлял о своём «конкурентном преимуществе», его мысли внезапно прервались.
— Еда была такой вкусной~
— ?!
Странная песенка с ритмичными нотами «до-ре-ми-фа-соль-ля-си-до»…
— Мой животик дрожит~
— Что?!
— Какая надоедливая тренировка~
— ……
— Совсем не весёлая тренировка~
— ………
— Но я постараюсь~
— ……………
Причудливая песенка, полная оригинальности.
Голос певицы звучал странно, но чем дольше слушал, тем яснее осознавал, насколько он чист и красив.
Тихо приблизившись к источнику звука, Байлет увидел небольшую фигурку, сидящую в одиночестве на скамейке под навесом.
Она всё ещё напевала эту странную песню, раскачиваясь в такт из стороны в сторону.
Из-за темноты невозможно было разглядеть, кто это. Однако было ясно одно — это не призрак, а девушка.
— Я разрешу тебе поспать со мной~ ля-ля-ля
— (Ч-что это за песня такая?..)
Девушка, укрывшаяся во тьме, казалось, полностью погрузилась в свой мир. Создавалось впечатление, будто она пьяна.
Было любопытно, но в целом картина вызывала скорее испуг, чем интерес.
(Э-эм… Думаю, лучше сделать вид, что я ничего не видел, и уйти… Это точно правильный выбор…)
Любой, оказавшись на его месте, пришёл бы к такому же выводу.
Байлет, приняв очевидное решение, медленно развернулся и осторожно сделал шаг в противоположном направлении, собираясь уйти как можно дальше…
— Ах…
Кончик его ботинка задел что-то, и раздался звук покатившегося камешка.
— Ой!!
Чей-то резкий вдох. Тень на скамейке мгновенно обернулась в его сторону.
— ……
— ……
В темноте их взгляды встретились.
Нет, скорее, уперлись друг в друга.
Сколько минут прошло в этой напряжённой тишине?
Байлет, всё сильнее охватываемый тревогой, скривился и осторожно окликнул незнакомку, готовый в любой момент броситься наутёк.
— Эм… у вас очень необычная песенка.
— А-а, нет-нет-нет, это недоразумение! Я-я не пела…!
— О… понятно. Прошу прощения.
Ложь, неуклюжая, как у Сии.
В обычной ситуации он бы ответил что-то вроде «Да бросьте, я же вас слышал», но личность незнакомки оставалась загадкой.
Поддакивая, Байлет попытался оценить дистанцию и собрать информацию.
— Кстати… вы здесь, потому что вам нечего делать?
— А?
— Ой, простите. Я и сам вышел подышать воздухом отчасти по этой же причине.
(Этот странный тип, наверное, тоже заскучал…)
Осознавая, что это грубо, Байлет оставил мысль при себе и ждал ответа. К его облегчению, он прозвучал довольно безобидно.
— Ага, ну, я… «я» тоже такая, да. Мне нечего делать, но перерывы ведь необходимы, верно?
— Д-да, пожалуй.
(Она только что изменила манеру говорить о себе? Или это мне показалось?)
Но размышлять было некогда.
Странность собеседницы не оставляла места для других мыслей.
Не решаясь просто уйти и не находя подходящего момента для прощания, Байлет в итоге застрял в компании «таинственной девушки, которую не разглядеть в темноте».
Разумеется, для неё он был таким же «загадочным парнем с невидимым лицом».
[Как всё так вышло…]
[Как до этого дошло…]
Байлет, всё ещё стоявший, и таинственная незнакомка, сидевшая на скамейке, подумали об этом одновременно.
Хотя она, скорее всего, не опасна, с такими «уникальными» личностями есть только один способ общения:
[Раз уж так вышло, лучше её не злить…]
Не зная ничего о собеседнице, он действовал предельно осторожно.
А девушка, которая пела просто чтобы отдохнуть, прочистить голову и немного размяться, думала совсем о другом:
[Никто не должен узнать, что я такая…]
Она отлично понимала, что нельзя разрушать образ «прекрасной певицы».
Никто не должен знать эту её сторону.
Дрожа от волнения, Ария отчаянно соображала и выбрала рискованную тактику:
Она показала ту сторону себя, которую знала только Соня, и намеренно изменила манеру речи.
Так она надеялась избежать узнавания.
Единственной удачей для неё была тьма, скрывавшая её лицо.
— О, вы можете говорить со мной попроще, если хотите? Всё-таки мы оба здесь отдыхаем.
— Эм… я могу стать очень неформальным, вы уверены?
Даже несмотря на странности собеседницы, Байлет решил уточнить.
— Да-да. Смотрите, как я говорю.
— Тогда… ладно. Спасибо за понимание.
— О-оу, вы и правда расслабились.
— Ха-ха… Я знаю, что веду себя куда проще других дворян.
— Ещё бы~ А эти ваши «нужные лица» — просто кошмар, да? Мне нравится атмосфера вечеринок, но вся эта чопорность — не моё.
— Я вас понимаю.
— Нам обоим несладко~
— Ага, точно~
Байлет невольно перенял её манеру растягивать слова.
— ……
— ……
В этот момент оба подумали:
[Нам не стоит сближаться, но почему-то легко общаться.]
[Нам не стоит сближаться, но почему-то комфортно.]
И это было закономерно.
Если отбросить разницу в статусе, их мировосприятие было очень похожим.
Байлет, выросший вне дворянских кругов, не придавал значения положению человека.
Он не хотел участвовать в интригах, дискриминации или борьбе за власть.
А она, мечтавшая лишь о спокойной жизни, не смотрела свысока на тех, кто стоял ниже.
Хотя их мотивы различались, вывод был один.
— Зевок~……
— Ха-ха, вы выглядите очень уставшей.
— Сегодня было весело, но я потратила кучу сил, поддерживая образ.
— А у меня больше умственная усталость. Всё время думал: «Не ошибся ли я? Не произвёл ли плохого впечатления?»
— Давайте просто отдохнём дома~
— Кстати, а какие у вас планы после возвращения?
— Конечно, буду валяться до завтра.
— Ээ? До завтра?
— Угу.
Байлет хотел пошутить в ответ на её гордый тон, но сдержался, продолжая наблюдать.
Пока часть его мыслей занимало это, другая часть сосредоточилась на другом.
— Слушайте, можно вопрос? У вас есть какие-то переживания?
— А? Почему валяние до завтра должно означать переживания?
— Ну, как бы это сказать… У меня было похожее в прошлом. Конечно, все люди разные, но часто, когда не хочется ничего делать, это значит, что устало сердце.
Он говорил из личного опыта.
Вскоре после того, как начал работать.
Его измотали суровые реалии общества.
Новая среда, жёсткий коллектив, несправедливые упрёки, обязательные корпоративы, бесконечные переработки…
Даже в выходные не было сил ни на что — и тому подобное.
— «Сердце устало»… Впервые слышу такое выражение… Хотя бывают моменты, когда даже после отдыха не чувствуешь себя свежим.
— О, тогда, возможно, вы испытываете тревогу?
— Ой! Как вы догадались? Я действительно удивлена.
— Э-это просто интуиция…
Когда-то, на прошлой работе, у Байлета были подчинённые, и он выслушал множество их переживаний. Конечно, сейчас он не может об этом рассказать.
— Эта тревога… она связана с положением дворянина?
— Думаю, это касается всех, но если мы не оправдываем ожиданий родителей, то не можем принести пользу семье. Поэтому ошибки недопустимы. А ещё все меня неправильно понимают, и даже при помолвке приходится сохранять лицо…
— Понятно…
В этом мире слово влиятельных родителей — закон.
Более того, существует общее убеждение, что все должны объединять усилия ради укрепления власти.
Для дворян падение в глазах общества равносильно смерти.
— Судя по вашим словам, вы занимаете высокое положение?
— Вообще-то, не особо. А вы?
— Я тоже не из высокопоставленных.
— О, ну тогда ладно~
На этом их взаимные расспросы закончились.
Даже если каждый чувствовал, что другой лжёт, они не стали углубляться.
Сейчас они могли общаться так легко именно потому, что не знали ни статуса, ни происхождения друг друга.
Если бы правда вскрылась, эти отношения разрушились бы мгновенно.
— Но я понимаю ваши чувства. Тяжело, когда тебя неправильно понимают, да?
— Разве не «ошибки недопустимы» — главная проблема?
— Конечно, это тоже сложно, но с ошибками можно работать: анализировать, исправлять, находить поддержку. А вот когда тебя не понимают… кажется, будто этому не будет конца.
— Хе-хе, я тоже так думаю. В моём случае нельзя, чтобы кто-то узнал мою настоящую себя. Ни за что.
— Ну, вы хотя бы оригинальные песенки сочиняете.
— П-прекратите это вспоминать…
— Ха-ха.
Байлет говорил легко, но проблема была куда серьёзнее.
Для той, кого считали безупречной, её настоящая сущность создавала бы слишком резкий контраст.
Любое отклонение от идеала бросило бы тень на воспитание в герцогской семье и запятнало бы их имя.
— Надеюсь, вы сможете решить эту проблему. Если найдёте того, кто вас понимает, жизнь станет легче.
— Пфф, хе-хе… Возможно, но я уже смирилась~ Я слишком небрежна, чтобы кто-то мог принять меня настоящую…
— Настолько?
— Ага, настолько~ Например, в выходные я валяюсь в кровати, закутавшись в одеяло, целый день~
— …Что?
Что-то это ему напомнило.
— О, недавно меня даже назвали «гусеницей»!
— Ч-что?! Понял…
В тот момент, когда эти слова достигли его ушей, в голове Байлета будто грянул гром. По коже пробежались мурашки.
Точно такие же слова он слышал от Сони, которая приходила поприветствовать его ранее…
— Н-но… если вы делаете то, что должны, вас не за что критиковать… верно?
— Ой, да вы опять стали формальны, хотя пытаетесь отстраниться~
— Э-это просто шутка! Шуточка!
Даже произнося это, он уже понимал, кто перед ним.
Всё совпадало: и её странные песенки, и манеры.
Причина, по которой он быстро вернулся к обычной речи, была проста — он не хотел, чтобы она догадалась, что её раскрыли.
— Но то, что я сказал, было искренним. «Если вы делаете то, что должны»…
— Приятно это слышать, но однажды я, возможно, не смогу. Выполнять свои обязанности.
— Ээ?! Почему?
— Хм… Грубо говоря, меня перегружают. Я использую расходники, и когда график плотный, это даётся тяжело… понимаете?
— Вам точно нужно пересмотреть расписание. Обязательно.
— Но разве мнение таких, как я, часто учитывают?
— …
Её спокойный ответ не оставил ему аргументов.
— Именно. С моим положением я не могу высказываться. Всё решает власть. Поэтому я хочу поскорее выйти замуж и уйти из семьи… Мне ужасно не нравится, что мои достоинства могут стать недостатками.
— …После таких слов и правда хочется опустить руки.
— Спасибо. Жаль… что я не знала раньше, что есть такие, как вы… в другом месте.
— А?
Тихо, будто шёпотом.
Искренние слова, словно идущие из самого сердца, коснулись его слуха.
— Ну что ж! Мне пора возвращаться. Глаза уже привыкли к темноте, а если задержусь, меня отругают.
— А, да. Хорошо.
Как будто заранее рассчитав время, тень в темноте поднялась со скамьи.
— Большое спасибо за сегодня~ Почему-то мне стало легче.
— И вам спасибо. Если будет ещё возможность…
— Но мы же не увидимся снова, да? Мы не видим друг друга, так что… глядь-глядь~
Она словно передала взгляд через голос, подчёркивая, что их лица скрыты тьмой.
— Ха-ха, это довольно поэтично.
— …Ясно. Вас часто называют бесчувственным, да?
— Ч-что?! Это какой-то резкий вывод…
— Фу-фу, я так и думала.
Это были её последние слова.
Она растворилась во тьме, мелкими шажками направляясь обратно в зал.
— …
Байлет, провожавший её взглядом, не удивился.
Когда она встала, её рост оказался таким же, как у Сии.
А силуэт выдавал пышные формы.
Всё совпадало с описанием «Прекрасной Певицы» — Арии.
Возвращение
Прошло несколько десятков минут с тех пор, как Байлет покинул зал.
— Ах…
Луна, заметившая его возвращение, быстро подошла к нему и окликнула:
— Где вы были?
— О, Луна. Просто вышел подышать. Стыдно признаться, но мне было немного не по себе.
— Как-то вы надолго исчезли…
— Н-ну, я был один. Неэтично было бы звать кого-то во время приветствий.
— Но я бы хотела знать. Звучит навязчиво, но…
Луна, никогда раньше не бывавшая на подобных вечерах, всё же понимала правила этикета.
Она знала, что он проявил деликатность, не отвлекая её в ответственный момент.
Но ей хотелось, чтобы он хотя бы предупредил.
— П-простите. В следующий раз учту.
— Не извиняйтесь. Это я веду себя эгоистично.
— Нет-нет, совсем нет!
Несмотря на разницу в статусе, он, как всегда, отнёсся к ней с добротой.
И она позволяла себе тонуть в этой доброте.
(Не думала, что стану такой назойливой…)
Хотя Луна могла оценивать себя объективно, лишь высказав эти слова, она почувствовала облегчение.
Ей хотелось, чтобы её капризные желания были услышаны.
— Эй, Луна. Можешь ответить мне честно?
— Да?
— Кто-нибудь… нехороший приставал к тебе во время приветствий?
— …
Ничто не радовало её больше, чем его забота.
Но в то же время она подумала: «С чего бы?» — а затем коварно улыбнулась.
— Не буду отрицать, что кое-кто меня беспокоил.
— !
(Просто обрати на меня больше внимания…)
Ради исполнения этого желания она сказала маленькую ложь.
Раньше она никогда так не поступала. Даже не думала об этом. Теперь же она осознавала, как сильно он её изменил.
— Мне так жаль! Я предполагал такое, но не мог вмешаться…
— Даже если бы так и было, вы ни в чём не виноваты.
Чтобы смягчить вину за обман, она поспешно добавила:
— Но если вас что-то беспокоит… просто будьте рядом. Приветствия уже заканчиваются.
— И это всё?
— Конечно.
И снова она купалась в его доброте.
Она понимала, что это неправильно, но не могла остановиться.
— Спасибо, правда. Вообще, это я должен просить об одолжениях.
— Это мне стоит благодарить вас.
— Я понял, ты проявила заботу, потому что я сказал, что мне «не по себе».
— Не совсем так, но если вам так удобнее думать…
— Тогда я так и сделаю.
— Хорошо.
Хотя её мотивы были эгоистичны, всё обернулось приятным недоразумением.
Обычно такого бы не случилось.
Ведь Луна — всего лишь третья дочь в семье барона, и другие дворяне смотрят на неё свысока.
С их точки зрения, она не заслуживает особого внимания.
Но он был другим.
Несмотря на высокий статус, он не считал, что «внимание — это что-то само собой разумеющееся».
Луна находила это удивительным… и трудным.
Ведь такое поведение могло сделать его объектом насмешек или привести к тому, что его начнут недооценивать.
Он, должно быть, понимал это, но всё равно шёл своим путём — и в этом была его сила.
— …Э-эм, простите за внезапность, но я… я очень рада, что познакомилась с вами.
— А-ха-ха… Это действительно неожиданно. Что-то случилось?
— Да.
— Я тоже рад нашей встрече, Луна.
— …
Взглянув на него украдкой, она увидела, как он слегка смущённо улыбается. От этого у неё перехватило дыхание.
— Э-эй, Луна. Хотя бы что-нибудь ответь…
— Вы вложили в эти слова слишком много чувств.
— Ну даже если так…
— Говорите так, только когда мы одни. Тогда я отвечу вам по-настоящему.
(Я не могу позволить другим увидеть моё смущённое лицо…)
Только тем, кому доверяет. Такова была её позиция.
— Разве не ещё более стыдно наедине…?
— Если мы одни — ничего страшного. Даже если будет неловко.
— Н-ну…
— Простите. Я, кажется, переборщила.
Её чувства опередили мысли, и теперь он смущён.
Нужно быть сдержаннее… Только она успела так подумать, как—
— Вы тут мило флиртуете~
— !
— Гха! Не пугай так, Елена…
Похоже, приём подходил к концу, и она подошла к ним с игриво поднятой бровью.
— Создаёте такую интимную атмосферу. Сами виноваты, что не заметили меня. Подождали бы хоть немного.
— Леди Елена. Я здесь жертва. Виновник — вот он.
Важно донести свою точку зрения.
Луна слегка подняла руку, обращаясь к ней взглядом.
Хотя на его лице написано «Что?!», она не поддаётся на эту уловку и твёрдо стоит на своём.
— …Вздох. Значит, это его работа? Так я и думала.
— Эй, это предвзято… Хотя бы выслушай…
— Разве ты не более склонен ко лжи, чем Луна? Судя по твоей репутации.
— Н-ну… может, и так, но… я ничего плохого не делал…
— Хм. Тогда я поверю тебе… чуть-чуть. Совсем капельку.
— Это же вообще не верить!
— Таков результат твоего поведения. Не жадничай.
Она смотрит на него, будто говоря:
«Он опять создал странную атмосферу, да? Как обычно.»
Луна в ответ энергично кивает. И затем добавляет:
— …Леди Елена.
— М-м? Что?
— Я уже говорила это, но я очень рада, что познакомилась с вами.
— Ч-что это вдруг…
Она покраснела.
— О, покраснела, покраснела— Офф!
Вместо того чтобы остановиться, он продолжил дразнить её — и получил локтем в бок.
Она ловко прикрыла его от посторонних глаз, ненадолго прижавшись, чтобы скрыть удар.
Более того, она даже сыграла невинность, спросив «Что случилось?», когда он скорчился от боли.
— Фу-фу…
Как бы отреагировала его горничная, будь она здесь?
Луна на мгновение задумалась, представляя эту сцену.
Это было приятнее, чем обычное чтение в библиотеке.
И всё же… ей хотелось большего.
(Меня больше не устраивает просто сохранять статус-кво…)
Ведь она уже приняла решение, когда согласилась прийти на этот бал.
Хочешь читать бесплатные главы раньше других, без задержек, и быть в курсе моих новых переводов?
Тогда тебе в мой ТГК: https://t.me/just_monika7
Поддержать переводчика:
Бусти: https://boosty.to/sad_side