Катакомбы

Рассвет застал нас у старого колодца на окраине города — одного из входов в катакомбы. Воздух был влажным и тяжелым, а под ногами хрустели опавшие листья.

Лис зажег факел, и пламя осветило узкую каменную лестницу, ведущую вниз.

— Ты уверен, что хочешь это сделать? — спросил он, глядя в черноту.

— Нет, — я шагнул вперед. — Но я все равно сделаю.

Лестница оказалась крутой и скользкой. С каждым шагом воздух становился гуще, пахнущим плесенью и чем-то еще — чем-то древним и зловещим.

Внизу открылся просторный зал с низким потолком. Стены были покрыты фресками, изображающими странные ритуалы: люди в черных одеждах, склонившиеся перед тенеподобными существами.

— Это... — Лис поднял факел выше.

— Культ Урика, — я провел пальцем по фреске, изображающей жреца с кинжалом в руке. — Они приносили жертвы.

— Жертвы?

— Да. И, похоже, не только животных.

Лис побледнел.

— Ты думаешь, они до сих пор это делают?

Прежде чем я успел ответить, из темноты донесся звук — шепот.

«Ты видел. Ты прикоснулся. Теперь ты знаешь.»

Лис вздрогнул.

— Ты это слышал?

Я кивнул, сжимая рукоять ножа.

Тени сомкнулись вокруг нас, но вместо атаки они замерли, словно ожидая команды. Из темноты вышел высокий мужчина в черных одеждах, его лицо скрывал капюшон. В руках он держал кинжал с рукоятью в виде змеи.

— Метка... — его голос был сухим, как шелест мертвых листьев. — Ты видел Тенистого.

Лис прижался спиной к стене, дрожащими руками сжимая нож. Я же стоял неподвижно, чувствуя, как черная нить на моей руке пульсирует в такт с тихим гулом, исходящим от стен.

— Кто вы? — спросил я, стараясь не выдавать страх.

Капюшон откинулся, и перед нами предстало лицо пожилого мужчины с глубокими морщинами и бледными, почти белыми глазами.

— Я — Эзрик Вейт. А ты — свидетель. Тот, кого коснулась Тень.

Лис ахнул:

— Так ты... жив?

Эзрик усмехнулся, но в его глазах не было радости.

— Жив? Нет. Я — то, что осталось.

Он сделал шаг ближе, и я заметил, что его руки покрыты такими же черными нитями, как у меня, только их было больше — они оплетали его, словно паутина.

— Ты пришел за ответами, кузнец. Но знаешь ли ты, какие вопросы задавать?

Я сжал кулак.

— Кто убил моего дядю? Почему?

Эзрик медленно покачал головой.

— Ты спрашиваешь не о том. Ты должен спросить: кто заплатил за его смерть?

Тишина в катакомбах стала еще гуще. Даже Лис замер, забыв о страхе.

— Кто? — прошептал я.

Эзрик повернулся и жестом велел следовать за ним.

— Пойдем. Я покажу тебе правду.

Мы шли по узкому коридору, освещенному лишь тусклым светом факелов. Стены здесь были покрыты странными символами, а в воздухе витал запах ладана и чего-то гнилостного.

Лис шепотом спросил:

— Ты веришь ему?

— Нет. Но у нас нет выбора, — ответил я так же тихо.

Наконец, мы вошли в круглый зал, в центре которого стоял каменный алтарь, покрытый темными пятнами. Над ним висел огромный символ — коготь, заключенный в круг.

Эзрик подошел к алтарю и провел рукой по его поверхности.

— Ты знаешь, что такое Тенистые, кузнец?

— Демоны?

— Нет. Они — древнее. Они — долг. Когда кто-то хочет чужой смерти, он должен заплатить. Но не золотом, не серебром. Самой дорогой ценой.

Он посмотрел на меня, и в его взгляде было что-то почти... жалостливое.

— Твоего дядю убил не Тенистый. Его убил тот, кто позвал Тенистого. И заплатил за это.

— Кто?! — голос сорвался, эхо разнеслось по залу.

Эзрик вздохнул.

— Ты действительно не догадываешься?

Лис внезапно вскрикнул:

— Ротти... смотри!

Он указал на стену за алтарем. Там, среди фресок, была изображена сцена: кузнец, стоящий у горна, и человек в плаще, протягивающий ему мешок.

Но самое страшное было в деталях.

На руке кузнеца была черная нить.

Так же, как у меня.

— Что это значит?! — я повернулся к Эзрику.

Лис схватил меня за руку.

— Ротти, это бред! Давай уйдем отсюда!

Но я не мог пошевелиться.

— Почему дядя умер?

Эзрик закрыл глаза.

Внезапно из коридора донесся шум — шаги, лязг оружия.

Эзрик резко повернулся.

— Они нашли нас.

— Кто?! — Лис озирался в панике.

— Стражники! Бегите! — прокричал Эзрик.

Я выхватил нож.

— Сколько их?

Эзрик ухмыльнулся, но теперь в его глазах была только усталость.

— Достаточно, чтобы убить нас всех.

Первым в зал ворвался стражник в ржавых доспехах, за ним — еще трое. Но это были не обычные городские стражи. На их плащах красовался тот же символ, что и на алтаре — коготь в круге.

— Ты... Ротти из рода Рурдов. Мы искали тебя — уставившись на меня пробормотал стражник — Ты носишь метку. Ты видел Тенистого. Значит, ты знаешь, где ключ.

— Какой ключ?!

— Тот, что может открыть или закрыть врата.

Я ничего не понимал. Но Эзрик вдруг зашептал:

— Беги. В дальний коридор. Там есть выход.

— А ты?

— Я задержу их.

Стражники двинулись вперед.

Лис дернул меня за рукав.

— Ротти, нам надо уходить!

Я колебался.

Эзрик взглянул на меня в последний раз.

— Найди кузницу. Там ответы.

Затем он поднял руки, и черные нити на его коже вспыхнули, как угли.

Тени ожили.

— БЕГИТЕ!

Мы рванули в указанный коридор, пока за спиной раздавались крики и звуки борьбы.

Лис задыхался:

— Что за чертовщина происходит?!

— Не знаю. Но мы найдем ответы.